Невероятным, невозможным ни для человека, ни даже для оборотня или вампира прыжком он переместился на крышу главного тюремного здания, где за ограждением скорчилась хрупкая девушка. В ее руках наливался злым золотом новый огненный шар, а в растрепанных рыжих волосах искрились крохотные алые огоньки.
- Получи! - закричала рыжая, швыряя шар в Здравовича.
Серый, тяжелый туман на мгновение окутал фигуру главы ООР и тут же рассеялся - но свою задачу он выполнил, поглотив большую часть жара. Вспыхнули, догорая, обрывки плаща - но сейчас Александру было не до плаща.
Голова потяжелела, виски сжала резкая, сверлящая боль. В следующий миг он уже знал, что делать.
Здравович резко шагнул вперед, переместившись сразу на десяток ярдов - его как будто перенесло резким порывом ветра. Раскинул руки, словно в объятии, между ними сгустился воздух, стал серым и влажным. Облако тумана окутало девушку, и Александр сомкнул объятия, тут же растаяв вместе с нападавшей.
Спустя мгновение оба оказались совершенно в другом месте. Высокие стрельчатые окна, закрытые глухими ставнями и завешенные тяжелыми шторами. Массивный стол красного дерева, гигантский книжный шкаф во всю стену, несколько кресел и стульев, узкая кушетка в углу, застеленная темно-красным бархатным покрывалом. Личный кабинет, а по слухам - еще и спальня главы Тринадцатого департамента.
Оказавшись в кабинете, Александр тут же разжал руки и сделал шаг назад, поднимая ладони в примиряющем жесте. Потрескавшиеся, обгоревшие губы не желали слушаться, однако Здравович все же заставил себя разомкнуть их.
- Асмодей, остановись! Я не враг тебе!
Он не знал, откуда взялись слова и язык, на котором он произнес их, и тем более - не знал, откуда взялось имя.
В глазах рыжеволосой девушки мелькнуло сперва удивление, а потом узнавание.
А в следующую секунду сознание Александра Здравовича померкло, вытесненное куда более могучим и древним разумом. Впрочем, не настолько уж и более древним… но это уже отдельная история.
Если бы кто-нибудь мог сейчас находиться в этом кабинете и со стороны наблюдать за беседой, он имел бы полное право решить, что глава ООР сошел с ума, и беседует с другой такой же сумасшедшей.
Александр, сдержанный порой до чопорности, развалился в кресле, закинув ноги на стол. Плащ небрежно лежал на полу. На самом столе, бесцеремонно сдвинув на край папки с секретными документами - а других документов в Тринадцатом департаменте просто не водилось - сидела, скрестив ноги, рыжеволосая синеглазая девушка.
И они разговаривали.
- Значит, это и впрямь тот самый Левиафан, что поставил на уши весь Прайм и ухитрился сделать своими врагами всю вашу компанию и Раадана в придачу? - недоверчиво протянул Александр. Его тело уже почти полностью восстановилось.
- Да, - коротко кивнула рыжая. - От меня тщательно скрывали эту информацию, но я все же узнал. Попросил о наложении Печатей и портале сюда - Раадан отказал. Пришлось искать обходные пути.
- Использовать человека?
- Именно. Это самое простое и самое эффективное решение в данных обстоятельствах. Да и девочке мое присутствие будет только полезно.
- Что ты собираешься делать, Асмодей?
- Пока еще не знаю. Я достаточно хорошо помню, как это было в прошлый раз, и не стану рисковать. Я прекрасно понимаю, насколько слаб здесь и насколько меня ограничивает это тело, но я уверен, что найти обходные пути можно. Левиафан должен быть уничтожен раз и навсегда. Знать бы еще, как это сделать…
- Александр с Лаареном сейчас планируют отправить к нему шпиона с калькой личности. Ты его видел, это Вега де Вайл…
- Которого так рвалась спасти Ниалэри? - рыжая усмехнулась. - Видел, видел. И даже раньше, чем ты думаешь. Впрочем, это неважно. И какую же задачу ты планируешь поставить перед Вегой?
- Не я, а Александр, - уточнил собеседник. - Для начала - разведка. Пусть узнает, что такое Левиафан, выведает его планы и так далее.
- Почему сам не скажешь?
- Асмодей, ты не хуже меня понимаешь, какие ограничения накладывает на меня мое… состояние. В нем есть свои преимущества, но есть и минусы. Если бы я мог просто сказать, кому и что надо делать…
- То твоя империя давно бы уже захватила весь мир, - перебил Асмодей. - И шаткое равновесие, которое только недавно удалось восстановить, было бы нарушено.
- Именно. А я все же хочу добиться снятия сферы вокруг Мидэйгарда. И ты не хуже меня знаешь, что для этого необходимо сделать.
- Снизить вероятность прихода…
- Не называй! - демон содрогнулся. - Не надо лишний раз… касаться этого. Я тебя понял.
- Вот и хорошо. Ладно, вернемся к делу.
- Вернемся. Итак, Вега отправляется шпионить за Левиафаном, правильно? Кто пойдет с ним?
- Его приятели, Рагдар и Киммерион.
- Этот молодой вампирчик?
- Он самый.
- Александр все пытается найти способ освободиться?
- Он имеет на это право. Если сможет - что ж, честь ему и хвала. Если нет - его проблемы. Его сил хватит еще на пару тысяч лет, а потом я что-нибудь еще придумаю.
Асмодей только усмехнулся.
- Что ж, хорошо. Раз отправляется Киммерион, то поедет и моя девочка, а соответственно - я. Может, тоже что-нибудь… узнаю.
- Только не рискуй. Левиафан может почувствовать тебя даже при такой маскировке.
- Я и не собираюсь рисковать, - пожал плечами демон. - Ты не поверишь, но мне уже даже все равно, кто конкретно уничтожит эту тварь. Я, ты, Александр, де Вайл - кто угодно, лишь бы он сдох наконец!
- Тогда зачем ты сюда так рвался?
- Пропустить самое главное и радостное событие последних пяти тысячелетий? Ну уж нет! Да и… я все же надеюсь, что честь прикончить Левиафана выпадет мне. Ну вдруг есть в Прайме справедливость?
- В Прайме-то она есть. Вот только Мидэйгард достаточно надежно отрезан от Прайма, чтобы на него не распространялась эта самая справедливость.
- Там посмотрим, - поморщился Асмодей.
- Посмотрим. Ладно, мне пора. Не могу долго здесь находиться, к сожалению. Да и Александру надо идти на церемонию оживления де Вайла.
- Мы еще увидимся, - кивнул демон, спрыгивая со стола. Подошел к камину, бросил взгляд на подготовленные в нем дрова - они вспыхнули жарким пламенем.
- Да, кстати - пожалуйста, присмотри все же за своей… девочкой, - бросил ему вслед собеседник. - Сегодня она едва не спалила Лаарена.
- Это она случайно, перенервничала просто, - хмыкнул Асмодей, ступая в пламя. - До встречи!
- До встречи, - пробормотал опустевшему камину тот, кто занимал сейчас тело Здравовича.
Гроздьями висевшие в воздухе осветительные шары медленно перемещались по залу, создавая удивительно мягкую игру света и тени.
Александр приблизился к ящику, небрежным движением сорвал крышку. При виде мертвого тела его зрачки на короткое мгновение расширились, и Киммерион, прекрасно знавший, что это означает, едва сдержался от смертоносного броска.
- Прошу вас, мэтр Ленаор, - вежливо и как-то даже почтительно проговорил он.
И только после этих слов все присутствовавшие поняли, что Здравович пришел не один.
У дверей стоял старый эльф. Нет, не так: у дверей стоял очень, очень древний эльф. Глубокие морщины избороздили лицо, почти полностью лишив его присущего эльфам изящества, длинные, почти до пят, волосы отливали седым серебром, а в руках мэтр Ленаор сжимал легкий, но прочный посох. Посох можно было бы принять за магический, если бы в нем была хоть капля энергии, но на самом деле он служил старику всего лишь опорой. Глаза эльфа скрывала широкая белая повязка.
- Старейший из известных мне представителей лесной ветви, - шепнул Кирандрелл, поймав непонимающий взгляд Кима. - Слабенький друид, когда-то был хорошим магом-целителем, но потом лишился Силы. Стал хирургом, оперировал - без магии, только одним умением. Около трехсот лет назад, во время войны, попал в плен, где ему выжгли глаза. Вот только на его умении это увечье никоим образом не сказалось…