Беседа несколько обострилась. Горбачев повторил, что он приглашал Геншера к откровенному разговору. В Советском Союзе все никак не могут понять, чего хочет правительство ФРГ. Философия вроде бы излагается правильная, но нас ставит в тупик тот факт, что ФРГ в последнее время демонстративно поддерживает довольно воинственный курс администрации США. Правительство ФРГ было самым активным сторонником размещения новых американских ракет в Европе. Нам пытались продиктовать условия, нередко выступали с ультимативных позиций, в то время как были реальные возможности пойти на компромисс и договориться. В Бонне не могли не знать, что в головах администрации США тогда ходили мысли об упреждающих ядерных ударах по СССР, об ограниченных войнах. Конечно, для США было бы лучше, чтобы действия по этим сценариям разыгрывались не в США, а в Европе. Это понятно. Но непонятно, почему правительство ФРГ так старалось подыграть при этом Соединенным Штатам.
Оставим, однако, этот вопрос истории, заметил М. С. Горбачев. Начнем с новой страницы. СССР внес план полной ликвидации ядерного оружия. Однако опять не чувствуется никакой собственной позиции ФРГ в этом деле. В только что переданном послании канцлера речь идет о промежуточном варианте по ракетам средней дальности. Что это за промежуточный вариант? Опять американский вариант. Через правительство ФРГ мы получаем вашингтонскую политику в немецком переводе. Но с английского языка лучше прямо переводить на русский. Мы хотели бы вести с ФРГ солидные политические дела. Способна ли ФРГ на это? Вот Геншер говорит, что ФРГ за сохранение договора ОСВ-2, договора по ПРО. А почему же она тогда решила принять участие в НИОКР по американской программе СОИ? Вот у нас и возникает вопрос, в чем же истинная суть политики ФРГ, на какую чашу весов она положит свой авторитет?
Все видят, подчеркивал М. С. Горбачев, сколь неактивна позиция ФРГ в вопросах сокращения вооружений. Самое большое, на что решается правительство ФРГ, так это желать успехов США и СССР на переговорах. А американская сторона эти переговоры пока саботирует и озабочена лишь тем, как скрыть этот факт от внимания мировой общественности. Поэтому Советский Союз вносит все новые компромиссные варианты, добиваясь, чтобы наконец, сдвинуть дело с мертвой точки.
Речь, конечно, не о том, говорил М. С. Горбачев, чтобы оторвать ФРГ от США. Это была бы с нашей стороны несерьезная политика. ФРГ все равно стала бы искать себе союзника, способного обеспечить ее безопасность. Но мы хотели бы рассчитывать, что ФРГ будет вести собственную ответственную политику хотя бы в вопросах ограничения и контроля ядерных вооружений, уменьшения военной опасности в Европе. Если это будет так, она обретет в лице СССР активного партнера, причем мы придем к ней не с пустыми руками.
«В общем, — заметил М. С. Горбачев, — мне кажется, что вы в некоторых вопросах все еще пребываете в прошлом, а надо выходить на новые пути».
Постепенно беседа вошла в более спокойное русло. Геншер доказывал, что каждое государство имеет право обеспечивать свою безопасность, а их действия в вопросе о средних ракетах проистекали из того, что наши СС-20 были угрозой, разумеется, не для США, а прежде всего для ФРГ. В этом вопросе они не стоят на позиции «все или ничего», готовы учесть наши «озабоченности» в Азии, но призывают сделать хотя бы первые шаги. Даже минимум лучше, чем ничто. Особенно он подчеркивал решимость ФРГ избавиться от химического оружия. Участие ФРГ в программе СОИ Геншер объяснял заинтересованностью фирм ФРГ не отрываться от научно-технического прогресса. Собственных интересов ФРГ, по словам Геншера, в отношении создания ПРО не преследовала. Она выступала не за широкую, а за узкую интерпретацию договора по ПРО, хотя это многим не нравилось в США.
Затем Геншер заговорил более открытым текстом. Он предложил по-новому строить отношения между Западом и Востоком. В этом направлении хотело бы начать движение правительство ФРГ. Можно, конечно, концентрировать внимание на том, что нас разделяет, но правильнее все же выделять то, что есть конструктивного, не взрывать, а строить путь вперед. Случилась бы беда, если бы европейцы забыли, что они европейцы и у них свои общие интересы. Это не слова. Таковы сейчас преобладающие настроения в ФРГ. Московский договор и Хельсинкский акт надо рассматривать не как историю, а как основу для движения в будущее. В правительстве ФРГ есть люди, которые в прошлые годы были за Московский договор, и люди, которые были против него, но тем не менее правительство будет уважать не только дух, но и букву этого договора. Это, подчеркивал он, касается и нерушимости европейских границ.