— Да послали меня за руководством… — ответил тот. — Вы старшего батальонно-го комиссара Дашевского, часом, нигде не видели?
— Ну как же, конечно видел! — Круг махнул рукой в сторону леса. — Он там, где ваши ребята минометную позицию оборудуют. На конце овражка.
— Вот незадача, — огорчился сержант. — А Бердышев с москвичом и инженерами в противоположной стороне… А мне велено их всех как можно быстрее к "Черны-шу" доставить.
— Ну так давай я за Дашевским сбегаю! Я ж вроде как, по приказу из Могиле-ва, к нашим москвичам для посылок теперь приставлен, — предложил парню Круг. — Ты мне только скажи, что ему передать-то надо?
Сержант покрутил головой по сторонам, а потом, немного подумав, прибли-зился к Якову вплотную и тихо шепнул ему на ухо:
— Передайте, что парню удалось открыть аппарат. Только смотрите, больше никому!
— Понял! Передам в лучшем виде! — радостно промолвил Круг, и помчался ра-зыскивать Дашевского.
Вот это удача! Пожалуй, этому сообщению Райдер будет очень рад! Позавче-ра, на установленном месте встречи, он, выслушав сообщение Круга о прибытие в район проведения работ представителей наркомата, не мог скрыть своей радости. Предположение о проведении русскими секретных работ полностью подтверди-лось! Неспроста ж сюда примчались столь высокие шишки из большевицкой сто-лицы.
— Будьте осторожны, Круг, — предупредил он на прощание. — Наши войска уже в полусотне километров отсюда. В районе сосредотачиваются части Красной Ар-мии, вырвавшиеся из "котла" под Минском. Вызывайте меня лишь в случае крайней необходимости…
Круг нашел Дашевского, передал ему приказ прибыть к черной полусфере, а затем, незаметно шмыгнув в кустарник, направился в глубь леса, к находящейся за оврагом сломанной березе. Он благополучно миновал передовые посты и вскоре уже был на месте. Вот и место встречи — старая, потемневшая от времени расщеп-ленная надвое береза, напоминавшая огромную букву Л.
Яков обошел ее пару раз, внимательно озираясь по сторонам, и прислушался. Нет, вроде никого! Он быстро достал из кармана галифе несвежий носовой платок и быстро привязал его к нижней ветке. Оставлять письменное сообщение Круг не рискнул: слишком опасно!
Неожиданно за спиной раздался шорох листьев. Чекист вздрогнул и схватил-ся за кобуру. Тьфу, это всего лишь двое связистов, тянущих откуда-то телефонный кабель. Все равно не нужно, что бы его тут видели. Он собрался было скрыться в лесных зарослях, но знакомый голос произнес:
— Не торопись, Яков! Ты ведь хочешь видеть нас, не так ли?
Руди! Рудольф Шмидт собственной персоной! У Круга сразу отлегло от серд-ца.
— Господи, Руди, напугал ты меня! — взволнованно сказал Круг и натянуто улыбнулся. — У меня срочное сообщение для вашего обер-лейтенанта. Дело очень срочное и вечера ждать нельзя.
Увидев чем-то серьезно озабоченное лицо друга детства, Рудольф на-хмурился.
— Тогда говори. Наш командир сейчас довольно далеко, будет к ночи, не рань-ше.
Круг еще раз поглядел по сторонам и, приблизившись почти вплотную к не-мецкому радисту, прошептал:
— Я должен сообщить, что этот русский мальчишка, наконец, сумел каким-то образом открыть аппарат. А может он знал с самого начала — как это делается. Они сейчас там, внутри.
Брови Рудольфа удивленно поползли вверх, но он сдержал свои эмоции.
— Хорошо, Яков, я все понял, — сказал он после непродолжительного раздумья. — Сделаем так… Приходи сюда сегодня в десять вечера. Один… И будь крайне осто-рожен. Я думаю, у нас будет еще о чем поговорить…
С этими словами он похлопал Круга по плечу, махнул головой стоящему в стороне напарнику, и вместе с ним быстро скрылся в лесных зарослях.
21
В коридоре раздались гулкие шаги, потом в замке заскрежетал ключ, дверь с металлическим лязгом отворилась, и на пороге возник охранник. За его спиной стоял незнакомый чекист со знаками различия сержанта госбезопасности.
— Гражданка Берестова, с вещами на выход. Быстрее, пожалуйста!
Лена неторопливо встала с кровати. С вещами на выход — это уже было инте-ресно! Неужели ее двухнедельное заточение подошло к концу? Или это просто пе-ревод в другое место?
Конечно, это помещение трудно было сравнить с тем, в котором она находи-лась первые сутки после ареста. То была настоящая тюремная камера — грязная, сы-рая, с намертво привинченной к полу металлической койкой, и к тому же совер-шенно без окон. Сюда ее перевели по приказу Бердышева, который устроил Лист-ратову большой разнос за грубое отношение с ней и с Андреем. Условия тут были вполне сносные. Скорее всего — это было что-то вроде командирской гауптвахты. Светлая и сухая комната, даже с умывальником, оклеенная обоями "в цветочек"; нормальная кровать с чистыми постельными принадлежностями и шерстяным одеялом; лишь обитая железом дверь, да решетки на окнах с матовыми стеклами напоминали о том, что это место предназначено для содержания арестованных.