— Ты настоящий мастер, — похвалил Ормак. — Позовите писца.
— Он уже здесь, — ответил палач, указывая на худого человека в серых одеждах, стоявшего поблизости с пером и чистым свитком.
— Я не заметил тебя, Джаррат, — сказал Ормак, — подойди.
Когда писец приблизился, Ормак кивнул палачу, и тот, крякнув, подошел к своей жертве и, ткнув кулаком, сказал:
— Эй ты, ничтожество! Господин Первый Советник хочет послушать, что ты скажешь. Советую начать немедленно, если не хочешь, чтобы я вскрыл тебе брюхо и запустил туда пару полевых мышек. — При этих словах палач хохотнул так свирепо, что допрашиваемый вздрогнул, словно к нему приложили раскаленное железо.
— Я готов! — прохрипел он. — Что вы хотите знать?
— Как тебя зовут? — спросил Ормак громко.
Человек облизал тубы и проговорил, тщательно выговаривая слова:
— Акван Диарг Малладок.
— Кто ты такой?
— Капитан армии сопротивления.
— Сопротивления кому? — спросил Ормак, уже зная ответ.
— Вам.
— Ты имеешь в виду Урдисабан?
— Вот именно! — человек судорожно сглотнул. Было заметно, что ему трудно говорить.
— Дайте ему воды, — велел Ормак.
Когда палач поднес ковш к губам допрашиваемого и позволил тому напиться, Квай-Джестра задал следующий вопрос:
— Чем вы занимались в лесу?
— Пытались скрыться.
— Почему?
— Мы не знали, что нас обнаружили, и пришли на пункт, следуя договоренности. Но в доме никого не было, только записка, что нужно бежать, — человек через силу усмехнулся. — Но мы не успели.
— Куда вы направлялись, когда были задержаны?
— Задержаны? — человек замолчал, словно задумался, и палач немедленно приложил к его груди раскаленные щипцы, которые все время держал наготове.
— Отвечай быстро, — предупредил он спокойно.
— Хорошо, я понял, — простонал человек, скривившись от боли. — Мы хотели добраться до Шуадана, а оттуда переправиться в Казантар.
— Почему туда?
— Все знают, что он опасается Урдисабана и, несмотря на заключенный мир, возможно, даже готовится к войне с ним. Мы хотели найти там укрытие.
— У вас есть перевалочный пункт в Шуадане?
— Нет. Эти слабаки сразу покорились вам, — человек презрительно сморщился. — С ними не удалось договориться. Все боятся тайной полиции и готовы донести на кого угодно, лишь бы не подумали, что они замышляют что-то против своих новых хозяев.
— Кто вы такие? — спросил Ормак, не обращая внимания на реплики допрашиваемого.
— Я же сказал: армия сопротивления.
— Подробнее. Кто вас организовал, какие у вас цели и задачи? Как вы работаете? Рассказывай по порядку, если не хочешь умереть в мучениях.
— Ладно, — пленник перевел дух. — Насколько мне известно, главный у нас Магоро, но я его никогда не видел я даже не знаю, кто он и где живет. Думаю, это секрет, в который мало кто посвящен.
Меня завербовали после того, как нашу армию разбили, и мы отступали к северной границе. Я был ранен, и меня захватили, но потом оставили умирать, так же как некоторых других. Нас нашли люди, как потом оказалось, члены тайной полиции Лиам-Сабея. Они занимались тогда тем, что старались объединить разрозненные остатки нашей армии. Думаю, Магоро один из них.
— Что ты слышал о нем?
— Очень немного. Говорят, ему около сорока или больше, он явно из аристократов. Но он редко показывается на глаза.
— Кто его видел?
— Почти никто.
— Назови имена! — потребовал Ормак. Он даже подался вперед от нетерпения.
Человек молчал. Квай-Джестра кивнул палачу, и тот прижал щипцы к животу допрашиваемого. Тот застонал, стиснув зубы, но ничего не сказал.
— Послушай, — Ормак старался говорить хладнокровно, — запираться поздно. Ты уже почти все рассказал, не осложняй себе жизнь. Мы все равно заставим тебя говорить.
— Знаю, — прохрипел человек, тяжело дыша. — Жаль, нет у меня… должной выдержки. Магоро небось не раскололся бы.
— Это еще неизвестно, — заметил Ормак. — Итак, я задал вопрос. Ты знаешь этих людей?
— Да.
— Тогда отвечай.
— Сипурис Альмк и Рутер Капорн рассказывали мне о нем.
— Кто они и как их найти?
— Первый мертв, — человек усмехнулся. — Его вам уже не достать. А Рутер успел скрыться в Казантаре. Он ушел еще семнадцать дней назад.
— Ты знаешь, где его можно найти?
— Нет.
— У этих… Альмка и Рутера, — Ормак поморщился, произнося непривычные имена, — есть родные?
— Нет, все погибли. Поэтому они и вступили в армию сопротивления, я думаю.