— Но здесь слишком много лап, — заметил Сафир. — И других частей. Мы будем делать несколько существ?
Эл отрицательно покачал головой.
— Только одно. Зато большое.
— А может, вначале попробуем что-нибудь попроще? — предложил Сафир робко.
— Не вижу смысла, — Эл развёл ладони в стороны, и их окутало желтоватое свечение. — Сосредоточься! Следи за моими действиями.
Глава 78
Сафир послушно начал вводить себя в транс. Внутренним зрением он постепенно нащупывал энергетические нити, которые с каждой секундой становились всё отчётливей. Наконец, он смог разглядеть, что Эл собирает их в пучки, концентрируя на своих ладонях. Нити проходили через голову рыси и тело кабана. Колдун начал посылать сигналы, повелевая плоти измениться. Сафир видел, как голова начала менять очертания: морда сплющивалась, глаза двигались навстречу друг другу, образовывались новые глазницы, шерсть выпадала, зубы удлинялись, уши укорачивались до тех пор, пока не исчезли. Сафиру стало жутковато, когда он увидел на столе плоскую голую голову с двумя рядами дыр, в которые Эл начал вставлять глаза, которые брал из стеклянной коробки. Он сживлял их с головой, и они становились единым целым.
— Подай тело! — повелительно проговорил некромант, и Сафир подвинул к нему кабанью тушу. — Теперь соедини его с головой. Я помогу тебе, — с этими словами Эл сдвинул голову и тело так, чтобы они соприкасались. — Ты можешь замкнуть часть волшебства на эти статуэтки, — он указал на фигурки змей. — Они удержат его, пока ты будешь творить новое.
Сафир кивнул. Он начал создавать связи между частицами тел рыси и кабана, сращивать кости, соединять мускулы, сухожилия, нервы и сосуды. Теперь ему стало ясно, для чего Эл учил его препарировать животных и объяснял, как они устроены. Без этого он не сумел бы сделать единый функциональный скелет и нарастить на него действующую плоть. Когда Сафир приступил к кожному покрову, Эл достал из-под стола две здоровенные бутыли с кровью.
— Она нам скоро понадобится, — пояснил он.
Сафир замыкал часть волшебства на фигурки змей, чтобы освободить сознание для новых операций. Эл помогал ему, придавая получающему существу более подходящие формы, в которых Сафиру постепенно начало видеться что-то на удивление знакомое.
Прошло не меньше двух часов, прежде чем они закончили вливать кровь в жилы получившегося монстра, а затем запустили его сердце и мозг, создав в них электричество. Но это было только полдела. Отвратительное существо конвульсивно подергивалось, не способное ни мыслить, ни совершать осознанных движений. Им управляли примитивные рефлексы: нервы реагировали на внешние раздражители, мозг посылал непроизвольные сигналы.
Эл принёс из соседней комнаты клетку со щенком волкодава.
— Зачем это? — спросил Сафир. — Мы ведь уже закончили с телом.
— Но нам требуется душа, — напомнил некромант.
— Ты хочешь переселить этого пёсика в тело монстра?
— Мне нужна ручная тварь, а кто подойдёт для этого лучше, чем собака? Со временем я научу его всему, что он должен уметь.
— Убивать?
— Охотиться. И подчиняться.
Сафира так и подмывало задать мучивший его вопрос, но он решил повременить.
— Надо извлечь душу и переместить в другое тело, — сказал Эл, ставя клетку на стол. — Будь внимателен и следи за всем, что я буду делать.
— Я должен помогать тебе?
— Не в этот раз. Процесс слишком сложный, важно ничего не испортить. Я доверяю тебе, но лучше, чтобы ты вначале получил представление о том, как это происходит.
Сафир кивнул.
— Согласен.
Эл взял восемь чёрных и столько же красных свечей и расставил их вокруг монстра.
— Это чтобы удержать душу, не дав ей улететь, — пояснил он. — Не хочу тратить на это собственные силы.
Затем Эл разложил в курильницах и зажёг пучки магических трав, дым которых должен был повысить чувствительность совершающего обряд. Это было важно, так как ему предстояло работать с огромным количеством энергетических нитей. После этого Эл поставил фигурки змей с чётырёх сторон стола — они должны были помочь ему, освободив от необходимости поддерживать уже наведенное волшебство. При работе с душой это имело особое значение, поскольку подобное колдовство требовало максимальной сосредоточенности.
Когда всё было готово, Эл зажёг по очереди все шестнадцать свечей. К этому времени комната уже была наполнена ароматным дымом трав, и Сафир чувствовал, как в его сознание врываются невидимые обычному зрению реалии. Окружающий мир стремительно менял очертания, превращался в подобие энергетического скелета. Можно было познать природу вещей, разъять их и преобразовать по собственному вкусу. Дым стимулирующих благовоний делал возникающие картины куда ярче тех, что появлялись во время предыдущих тренировок, и Сафир удивился, почему они не пользовались этим средством раньше. Впрочем, ответ пришёл к нему почти сразу: очень редко у мага есть возможность воскурить фимиамы. Чаще всего приходится работать в условиях, когда всё вокруг мешает сосредоточиться — например, как тогда, когда Эл порезал Сафиру руку, и юноше пришлось делать кожу, превозмогая боль. Кроме того, всегда существует опасность впасть в зависимость от подручных средств. Поэтому применять стимуляторы можно только во время ритуалов, требующих действительно большой концентрации — например, таких сложных, как перенос душ.
Глава 79
Погрузившийся в транс Сафир чувствовал, что Эл сосредоточился на нитях армирующей решётки. Они были натянуты и готовы исполнять его приказы. Несмотря на то, что на крошечный кусочек пространства их приходились тысячи, Сафир, так же, как и Эл, видел каждую и мог проследить, куда и откуда она ведёт. Это было потрясающее ощущение, пьянящее и пугающее одновременно. Казалось, весь мир лежит у твоих ног, и ты можешь делать с ним всё, что вздумается!
Изо рта Эла вдруг потёк зелёный дым, назначения которого Сафир не понимал. Колдун начал нараспев произносить слова заклинания, свечи разгорались ярче, запах благовоний усиливался. В комнате стало душновато, но это ощущение прошло, как только некромант коснулся нитей, проходивших через душу щенка, которая виделась Сафиру сияющим сгустком движущейся и пульсирующей энергии. Атаи собрал их в один пучок, связал концы в петлю и закрепил на одной из статуэток.
Затем Эл наполнил тело чудовища энергией, заставив его извиваться и биться об стол. Он зафиксировал нити, проходившие через него, на другой фигурке и заставил замереть. Теперь монстр казался совершенно мертвым, хотя на самом деле магия просто заставила его мышцы временно перестать реагировать на раздражители.
Эл исторг душу из щенка и перебросил её в тело чудовища. Он ловко закрепил её в нём, оплетя нитями на манер паучьего кокона. Щенок замертво упал на дно клетки, зато созданное Сафиром и его учителем существо, как только Эл освободил его от энергетических пут, забилось на столе, и теперь в его движениях не было той хаотической беспорядочности, которая присутствовала вначале. Сразу чувствовалось, что тварь мыслит и пытается освоиться с новой формой.
Некромант втянул в себя остатки зелёного дыма. Погасив свечи и травы, он с довольной улыбкой взглянул на Сафира.
— Всё получилось? — спросил тот.
— Как видишь. Теперь наш монстр должен свыкнуться со своим телом, а затем я займусь его воспитанием.
— Значит, это ты послал ту тварь⁈ — спросил Сафир, заворожённый зрелищем извивающегося гладкого чёрного тела.
— Какую?
— Которая напала на императора Камаэля в Городе Мёртвых!
— Ах, ту… Да, я. Неудавшаяся попытка. Ты спас его.
Сафир усмехнулся. Он подумал об иронии, заключавшейся в том, что после этого случая он стал телохранителем своего злейшего врага.
— Да, всё могло закончиться ещё тогда, — Эл покачал головой. — Но не беспокойся, Камаэль не избежит своей участи.
Сафир кивнул. Он смотрел, как свивались и развивались кольца суставчатого тела, как трепетали многочисленные конечности и думал о том, что это новое существо могло бы повторить попытку, неудавшуюся его предшественнику. Но в то же время он понимал, что хочет сам вонзить клинок в сердце Камаэля.