Армиэль машинально нащупала обручальный браслет. Золото было холодным и тяжелым — таким же, как и предстоящее супружество.
Глава 90
Нармин расхаживал по комнате, которую выделил ему Эл, и не находил себе места. Он понимал, что должен выбраться из башни любой ценой, но не видел ни единого способа это сделать. Дверь запиралась снаружи, а в коридоре дежурили два охранника. На окне отсутствовала решётка, но оно располагалось так далеко от земли, что нечего было и думать о том, чтобы спрыгнуть. А для спуска стена казалась слишком гладкой: ни щелей, ни трещин, ни выступов.
Нармин перебрал всё, что было в комнате, пытаясь придумать, из чего сделать верёвку, но ничего не нашёл. Можно было разорвать простыню, занавески, даже одежду и связать друг с другом, но длины всё равно не хватило бы.
В отчаянии Нармин принимался биться головой о стену, но помогало это мало. В конце концов, Армаок улёгся на кровать и вскоре забылся тревожным сном. Ему привиделось лицо Пирасионы. Самодовольно ухмыляясь, она протягивала ему пузырёк с ядом. Её губы беззвучно шевелились, но он знал, что она говорит ему. Нармину было страшно, однако он взял склянку. Она оказалась холодной, как лёд, и он не смог удержать её: она выскользнула из пальцев и со звоном разлетелась на тысячу осколков!
Армаок проснулся среди ночи в холодном поту. В комнате было темно: свеча, которую он забыл погасить, догорела. Нармин нащупал на прикроватном столике другую и чиркнул кресалом. Через несколько секунд фитиль занялся, и стало светлее.
Всё в комнате показалось Армаоку каким-то гротескным и чуждым — словно он оказался в ином мире, лишь внешне похожем на наш. Он встал и прошёлся, стараясь разогнать это неприятное ощущение, но оно не проходило, а напротив, только усиливалось. Очертания предметов стали расплываться, мебель то отдалялась, то приближалась, в её силуэтах проявлялись странные, порой отвратительные формы. Нармин остановился и зажмурился, думая, что ему нехорошо. Возможно, что-то было подмешано в питьё, которое ему принесли в комнату. От пищи он отказался, но сделал несколько глотков из кувшина. Видимо, напрасно.
Армаок не знал, зачем Элу опаивать его, но понимал, что иного объяснения быть не может. Возможно, его будут постоянно держать в состоянии дурмана, надеясь таким образом лишить способности мыслить и строить планы побега.
Нармин сел на кровать и постарался взять себя в руки. Он не собирался позволять снадобью овладеть его волей. Лучше умереть от жажды, чем прикоснуться к отравленной воде!
Тем временем пространство вокруг становилось всё более расплывчатым, стена напротив постепенно меняла очертания: она колебалась и дрожала, как желе. Затем из неё начали исчезать целые фрагменты. Они отодвигались вглубь и пропадали, словно кто-то невидимый вынимал их один за другим.
Нармин потряс головой, стараясь прогнать видение, но оно стало только ярче. Отверстие в стене быстро росло. Вдруг Армаок увидел в бреши человеческую фигуру. Вцепившись в одеяло, он сквозь зубы послал Элу проклятие за то, что тот лишил его оружия. Существо, которое пыталось проникнуть в этот мир, было, конечно, демоном, хоть и напоминало издалека человека, а Нармину даже нечем было защититься! Он хотел позвать на помощь, но тут же подумал, что едва ли кто-нибудь придёт: демон мог оказаться в его комнате, только если его вызвал Эл.
Что ж, значит, его решили принести в жертву. Вероятно, взамен тварь из иного мира обещала оказать казантарцу какую-нибудь гнусную услугу. Нармину было невыносимо думать, что его смерть окажется на руку казантарцу. Армаок застонал от бессильной злобы и отчаяния. Он решил броситься на демона, как только тот окажется в этом мире, и дорого продать свою жизнь. Схватив столик за ножки, он приготовился к атаке.
Тварь уже пробиралась через получившийся лаз. Когда её лапы и голова показались в неверном свете свечи, Нармин бросился вперёд, занося своё нехитрое оружие, и вдруг остановился, как вкопанный.
Сафир вылез из бреши в стене и отряхнулся, опасливо поглядывая на Армаока, замершего со столиком в руках и не сводившего с него ошарашенного взгляда.
— Я уж думал, ты раскроишь мне череп! — заметил он, невесело усмехнувшись.
— Стоило бы! — ответил Нармин недоверчиво. — Это действительно ты?
— А то кто же?
— Вообще-то, я думал, что вижу демона, — признался Нармин, опуская, наконец, столик.
— Ну, спасибо! — Сафир приложил палец к губам и прислушался. — Всё нормально, — кивнул он через несколько секунд. — Можем поговорить.
— Как ты здесь оказался? — Нармин сел на столик как на табурет.
Сафир прислонился к стене.
— Волшебство, — ответил он.
— Не знал, что ты колдун.
— А я и не был. До недавнего времени.
Нармин покачал головой.
— Понятно, — протянул он. — Штучки твоего казантарского друга?
— Он мне не друг.
— Тогда кто?
— Учитель.
— С чего бы ему стараться?
— У нас общая цель.
— Ну, конечно! — саркастично воскликнул Нармин. — Убить императора!
— Потише, охранники за дверью! — напомнил Сафир, досадливо поморщившись.
— Зачем ты явился? — спросил Армаок шёпотом. — Полагаю, Эл тебя не посылал.
— Нет. Иначе я не вошёл бы через стену.
— А может, это такой маневр? Чтобы втереться комне в доверие.
— Мы с тобой знакомы не первый год.
— Ладно! — Нармин хлопнул себя ладонью по колену. — Давай к делу! Зачем пожаловал?
— Хочу тебе помочь.
— Сбежать, надеюсь⁈ — усмехнулся Армаок.
— Именно, — кивнул Сафир.
Нармин взглянул на него с недоверием.
— Неужели? — протянул он.
— Как бы то ни было, мы были друзьями.
— Я и сейчас тебе не враг, — заметил Армаок.
— Это не важно. Мы по разные стороны баррикад. Каждый сделал свой выбор.
— Пусть так. Продолжай.
— Я принёс верёвку, — Сафир кивнул в сторону бреши. — Она в соседней комнате. Её длины хватит, чтобы спуститься. Там же еда и тёплая одежда. Если повезёт, сможешь добраться до Урдисабана.
— Далековато, — заметил Нармин.
— Ничего другого предложить не могу.
— Как насчёт лошади?
— Исключено. Животное здесь не украсть.
— Ладно. Но я всё равно не понимаю…
— Попасть в Урдисабан раньше меня ты всё равно не успеешь, — перебил Сафир. — Значит, и помешать тоже.
— Ясно! — кивнул Нармин. — Значит, ты рискуешь по дружбе?
— Я ничем не рискую.
— А если казантарец узнает, что ты помог мне?
— Я нужен ему. И я не раб.
Нармин внимательно оглядел Сафира.
— Что ж, главное, чтобы ты сам в это верил, — проговорил он задумчиво.
— У меня есть к тебе одна просьба, — сказал Маград, игнорируя слова Нармина.
Армаок усмехнулся.
— Значит, всё-таки не даром! — заметил он.
— Можешь её не выполнять.
— Ладно, говори. Только не проси убить Камаэля.
— Нет, не его, — ответил Сафир спокойно.
— Что? — Нармин поднял брови. — Кого же? Кто ещё тебе не угодил?
— Квай-Джестра.
Армаок покачал головой.
— Понимаю, — протянул он.
— Это не ревность, — пояснил Сафир.
— Уверен?
— Да.
— Тогда почему?
— Ты знаешь его?
— Достаточно.
— Думаешь, он будет хорошим правителем?
— Едва ли, — Нармин нахмурился. — Кажется, я начинаю понимать, куда ты клонишь.
— Они с Армиэль поженились — я знаю. Мы здесь быстро получаем новости. Когда я убью Камаэля, Ормак взойдёт на трон, а его дети станут наследниками. Урдисабан получит новую династию.
— Не самую лучшую, надо сказать, — заметил Нармин.
— Я знаю, ты любишь нашу страну, — Сафир говорил сдержанно, но его руки сжались в кулаки, — и не допустишь этого!
— Что я могу сделать? — Армаок взглянул на него с удивлением. — Думаешь, Ормак подпустит меня к себе с оружием? И ещё телохранителей отправит погулять?
— Ты ассасин! — воскликнул Сафир.