В этот момент сзади послышался жуткий грохот. Компаньоны в тревоге обернулись и увидели, как тяжеленная плита закрыла проход, из которого они только что вышли. Полония, успевшего прошмыгнуть в пещеру несколькими мгновениями раньше и спрятавшегося за большим валуном, они увидеть не смогли.
— Теперь мы ещё и заперты! — пробурчал Рокуэлл. — Что дальше? Начнется землетрясение, и нас завалит…
Не успел он договорить, как сквозь дыру в потолке пронеслась молния и ударила в пол рядом с компаньонами. Ирвин, Люмора и Рокуэлл тут же отпрянули назад, к плите. Только тролль остался стоять на месте, сжимая кулаки и сурово глядя вверх. Туда, где прекрасно себя чувствовал его старинный Враг.
Где-то на поверхности раздался новый удар. По каменному потолку поползли трещины, и массивная глыба, отколовшись от потолка, полетела на компаньонов. Барон, гвардеец и волшебница, вскрикнув, бросились врассыпную. Здоровенный песчаник с чудовищной силой рухнул на то место, где они стояли, а Фер незамедлительно обратил на пещеру ещё один глаз сквозь образовавшуюся дыру.
— Он найдёт нас! — закричал Ирвин. — Ему помогает Атмос! А если и не найдёт, то пещеру затопит Гидрос! Надо что-то делать!
«Делайте, делайте что-нибудь!» — нервно приговаривал про себя жрец, сидя за валуном.
— Мы сгорим сразу же, как войдём в луч! — рявкнул барон. — Ирвин, у тебя есть план получше?
— План получше… — раздумывал гвардеец, кусая губы. — План полу… Эй, Томас, ты что делаешь?
Тролль стоял у каменной глыбы и сосредоточенно похрустывал кулаками.
— Камень! — пробасил он, засовывая руки под глыбу. — Камень укроет меня!
— Что? — растерялся Ирвин. — Томас, Он убьёт тебя! Не вздумай…
— Ы-Ы-Ы-А-А-А-А-А-А, — взревел тролль от натуги, взваливая увесистую глыбу на плечи. Затем, пошатываясь, сделал несколько тяжелых шагов и пересек границу света и сумрака. Тень скрывала его от испепеляющего взгляда Фера.
— Осторожнее, Томас! — предупредил Ирвин и невольно вздрогнул, услышав очередной грохот на поверхности. По каменному потолку вновь поползли трещины, но на этот раз обошлось. — Не торопись! Мы не можем потерять тебя!
Барон и Люмора, взявшись за руки, с беспокойством наблюдали, как Томас несёт на себе камень в сторону рычага, а сквозь дыру влетают новые молнии и безжалостно бьют по глыбе, откалывая от нее куски. Не обращая внимания на угрозы, тролль упорно двигался дальше, стиснув зубы. В этот момент Ирвин опомнился, взмахнул руками и сотворил вокруг Томаса фиолетовый купол, который мог уберечь его от гнева Атмоса, но, увы, не от гнева Фера.
— Томас, я тебя прикрываю! — дал знать Ирвин на всякий случай. Рикошетящие молнии разлетались по всей пещере, но гвардеец стоял на месте, не опуская рук.
Томас сделал последний шаг и остановился посередине светового потока. Поднял ногу и с силой опустил её на рычаг.
— ТОМАС! — выкрикнул Ирвин, увидев, как тролль с грузом на плечах слегка пошатнулся.
Зеленокаменный детина с трудом выровнял глыбу, отдышался, набрал воздуха в грудь, вновь поднял ногу и с ещё большей силой попытался придавить ею к полу рычаг.
— Он не может! — замотал головой потрясённый барон. Люмора, едва сдерживая слёзы, прильнула к его плечу.
— Томас! Передохни! — советовал Ирвин. — Если камень слишком тяжёл, возвращайся! Не трать силы попусту!
— Мне нужны обе руки, — ответил тролль. — Этот рычаг заклинило. Прости, гвардеец, но я должен…
— НЕТ! — выпалил Ирвин. — Даже не вздумай! Томас! Ты… Ты поклялся довести нас до самого конца!
— Я уже не смог довести вас до самого конца, — грустно произнёс Томас, повернувшись к компаньонам. — Маленький мужчина лежит мёртвый в подземельях, и меня не было рядом, чтобы спасти его.
— Ты ни в чём не виноват! — уверенно произнёс Эббот. — Ты разносил скелетов и не знал, что происходит там, в коридоре!
Томас тяжело вздохнул и на несколько мгновений задумался о чём-то.
— Когда даёшь легкомысленные обещания, — наконец начал он, — никогда не думаешь об очевидных вещах. О том, что не сможешь быть рядом в нужный момент. О том, что время может обернуться против тебя. О том, что нерушимые клятвы могут столкнуться с непоколебимыми убеждениями… Должен ли я, невольно оступившись и нарушив обещание, всю жизнь тащить на себе этот груз вины, беспрекословно выполняя то, что прикажет Камень? Он давит на меня, говорит, что я должен продолжить Путь. Но если я сдержу Слово и вернусь к вам, не сумев опустить рычаг, вы погибнете под каменными обломками в этой пещере.
Эббот молчал, понимая, что это правда. Люмора и Рокуэлл тоже не знали, что сказать. Где-то сверху по-прежнему раздавались удары, но сейчас они казались чем-то далеким и недостижимым.