нос оленихи мгновенно покрылся липкой росой. Содержимое кувшина быстро разошлось по
остальным чашам, а сам кувшин откочевал в угол к медведице. Из угла донеслось
задумчивое бульканье.
Взяв чашу, олениха сразу постаралась забыть про её обгрызенные края и сделала большой
глоток.
- Во-во! - радостно рявкнул её в ухо Бекан, когда она закашлялась, - Бурн у Каоры, всем
бурнам бурн! Аж в сопли шибает.
Белая сверкнула великолепными клыками, каким и Ягморт бы позавидовал, отхлебнула из
своей чаши и угольки её глаз блаженно погасли.
- Хороший у тебя хвост. - похвалила Шелла.
- Рассказывай. - внезапно пророкотала из тьмы Таллис.
Олениха отпила ещё глоток. Омерзительный на вкус бурн неплохо согревал и успокаивал.
- Что рассказывать? - спросила Мрита, но медведица, как оказалось, обращалась не к ней.
- Две бочки смолы просят. - доложил заглянувший в комнату Бахор, - Шмотки вот на обмен
принесли.
Волк показал медведице мешок.
- Если осталось чего, отдай. - великодушно разрешила Таллис. - Ещё что?
Бахор на мгновение исчез за занавесью.
- Сказал бочку открыть. Проверять хочет.
- Смола же, чего её проверять? - удивилась Таллис.
Понимая, что сделка, вероятно, завершилась, Мрита встала, собираясь откланяться, но волки
усадили её на место. Пошарив под столом, Бекан вытащил на свет старинный резной ар.
Волк провёл пальцем по струнам и протянул инструмент Мрите.
- Я не умею.
- Тогда пой.
- Что?
- А что знаешь, то и пой.
Появился Нильс со вторым кувшином, побольше первого.
- Пой. Это часть платы за смолу. - пояснила Таллис.
- Штанов на всех не хватит. - с сожалением добавила Каора.
Шелла молча погладила её хвост.
- Бекан с Бахором уже год ни ароги ни асталлы новой сложить не могут. - продолжала
Каора, - А те кто могут к нам не заглядывают.
- А если не буду петь? - вырвалось у Мриты.
Избу накрыла тишина.
Шелла перестала гладить её хвост и как бы невзначай завела левую руку под полу своей
облезлой лисьей хурки. Эдна встала и переместилась к выходу. Каора поставила кружку и
медленно убрала руки под стол. Мрита встретилась взглядом с замершим у стены Нильсом.
Манул смотрел умоляюще.
- Ладно... - медленно произнесла Мрита, сообразив, что этим хозяевам гости обычно не
отказывают, - Спою.
Бекан покрутил колки ара и вопросительно посмотрел на неё.
- Арога о войне с камышами.
Мриту никогда не хвалили за голос, то ли дело, Лирну, но...
Где дремлют ели у болота,
И ветер спит в сырой глуши.
Там пуще филина и волка,
Пугали зайцев камыши.
Но раз, собравшись в вольном поле,
Решили зайцы: "А, доколе..."
Вождём был Ахлабар Суровый,
Сам Хортас предком был его.
Вторым был Нерсс Волкоголовый,
Губитель брата своего.
Жена его, Рябая Нерсса,
Ведунья и убийца лис,
Взяла в поход Копьё Орфары,
И страшный яд из дохлых крыс.
Четвёртым шёл свирепый Логри,
Воитель Тьмы, Гроза Теней,
Молчащий Ужас, Шелест Стали,
Палач, Тиран, Гонитель Змей.
И была битва!
Смерти рвота!
Объято пламенем болото!
"Свершилось!" - Ахлабар сказал,
Когда остыла сталь ножей.
Лишь Логри выл и ухал где-то:
Спасал мышей от камышей.
Олени в поле, при луне,
Проснулись в собственном ...
ТРРРААХ!!!
За окном полыхнула белая зарница! Горячая волна сорвала занавесь. Изба подпрыгнула, стол
опрокинулся, посыпалась посуда. Мрита оказалась на полу и кто-то тяжёлый наступил ей на
поясницу. Откуда-то в избу вползли плотные клубы едкого дыма.
- Горим! - истошно заорал кто-то и об олениху снова споткнулись. Мрита откатилась к стене
и вовремя. Началась паника. Жители Хольнума полезли из избы. На выходе незамедлительно
возникла давка. К счастью, закончилась она тоже быстро. Очнувшаяся Таллис, как и все,
решила спасаться бегством, и давящиеся вылетели из избы вместе с косяком и лестницей,
судя по треску снаружи.
Кто-то невысокий, но сильный подхватил Мриту под руки и потащил к выходу.
- Нильс?
Манул молча помог ей подняться на ноги и протянул секиру. Олениха выглянула за порог.
Лестница отсутствовала. Внизу у сваи, среди обломков сидела Таллис и держась за голову
что-то монотонно подвывала. Весь двор был усеян клочьями какой-то горящей источающей
смрад дряни. Бекан с Коном скакали по двору, яростно затаптывая огонь. Остальные
толпились поодаль, заворожено рассматривая глубокую дымящуюся яму.
- Хорошо. - Оррий выглядел очень довольным, - Так значит две бочки. Большая и маленькая,
как и договаривались, Бахор. Бахор? Бахор!
- А? - волк растерянно покрутил головой и полез пальцем в ухо, - Чего?
- Твой приятель ужасно сильный вудул. - с уважением прошептал Нильс, помогая оленихе
спуститься.
- Оррий. Что это было? - шёпотом спросила Мрита шакала.
- Проверил. Чего тебе, Каора?
Белая волчица не доходя пяти шагов, остановилась и выразительно указала на ворота.
- Иди!
- Ладно. - заискивающе улыбнулся шакал, - Только бочки заберём.
К Мрите подбежала Шелла и сунула ей в руки тяжёлый свёрток, затем она лизнула в нос
шакала и вновь убежала к дымящейся яме.
- Чего она?
- Громко было. Шелла счастлива. - сурово ответила Каора, и вновь указала на ворота - Иди!
Катить бочки по деревянным мосткам было удобно. Выбравшись за ворота и отойдя от
посёлка шагов на пятьдесят, Оррий и Мрита устало присели на таким трудом добытые
бочки.
- Оррий, ты вудул... - прошептала олениха.
Шакал улыбнулся.
- Маленький бочонок, а как бахнул!
- ... и я тебя боюсь.
- Пусть Унгал меня боится. - шакал поднялся с бочки и с хрустом потянулся, - Пошли
отсюда.
- Пойдём. - отозвалась Мрита.
Подаренный волчицей свёрток не давал ей покоя, и она заглянула в него. Там были свежие
сухари, мука, сушёные яблоки и грибы, орехи. Прежде чем уйти олениха благодарно
поклонилась вновь погрузившемуся в темноту посёлку.
Беготня в Хольнуме очень скоро улеглась. Таллис кое-как забралась обратно в избу.
Бекан и Кон принялись чинить лестницу, время от времени заковыристо браня шакала.
Шелла по-прежнему бродила вокруг чадящей ямы, будто ждала чего-то.
Нильс запер ворота и вернулся к себе в сторожку. Погасив фонарь, манул свернулся
калачиком на пропахшем мышами тюфяке, но сон не шёл. Нильс встал, отцепил
закрывавшую окно промасленную тряпку и долго смотрел на размытую дождём тропу и
чёрный осенний лес.
***
Ягморт критически осмотрел принесённые Оррием и Мритой бочки.
- Они что? - переспросил волк.
- Бахнут, когда нужно будет.
Потеряв интерес к шакалу, Ягморт обернулся к Рохому.
- Готов?
Барс кивнул.
- Оррий, Мрита, Айн. - продолжал волк, - остаются в лагере.
- Ягморт, - вскинул остроносую морду гривистый волк, - возьми меня. Ты же знаешь, что я
не трус.
- Знаю. Поэтому возьму тебя в пещеру, мешок искать.
Айн заметно скис, но возражать не стал.
Мрита промолчала. Она и надеяться не смела, что её позовут сражаться с ликаонами. Оррий
же был доволен и даже что-то напевал под нос, прохаживаясь возле своих бочек, пока не
столкнулся с Рохомом.
- Как работает? - сурово спросил барс, указав на бочку.
- Оставляешь у входа в нору, - шакал важно похлопал бочку по чёрному боку, затем указал
на длинный просмоленный жгут, торчащий из крышки, - поджигаешь и отходишь подальше.
Разгорится так, что водой не потушишь.
- Ого... - Рохом с опаской понюхал бочку. Пахло смолой, серой, чем-то едким и кислым.