- Не бери в голову. У нее есть полное право так реагировать, а у меня было полное право поступить, так как я тогда поступил.
- Кажется, я поняла, почему Грохотов от тебя без ума! – вспылила Лада. – Вы оба выражаетесь так, что вас без бутылки понять невозможно! Пошли!
Искомый дед, которого они, по мнению крикливой барышни, должны были довести до смерти обнаружился в кресле за домом. Старик, которому на вид можно было дать от семидесяти до ста, потягивал вино и смотрел на стройные ряды винограда.
- Говорил, что придешь. – вместо приветствия заметил он. – Не права Гаянэ. Моей смерти ты не дождешься. Раньше сам под виноградом ляжешь. - и без перехода спросил: - Не передумал?
- Не передумал. И давай закончим на этом.
- Не уважаешь, не слушаешь. Я уйду, ты уйдешь. На кого дом останется? На кого женщин бросим? На Севу? Какой из него мужчина? Чужая кровь..Зачем пришел?
- Нужны твои книги, Айрик.
- Раньше они тебе были не нужны. Что ты ищешь?
- Говоря твоим языком, Айрик –джан, я ищу родственников шайтана, который держит наш порт. Дай свои книги.
Старик задумался.
- Дам, - через некоторое время произнес он. – Я тебе книги дам, а ты у него деньги возьмешь. Ты сам подумай, Ахмет-джан, что с нашей семьей будет, если Айка выпустят, а кроме Севы ему возразить некому будет? Я-то свое отжил. Ты мать и сестру пожалей.
Ладе хотелось провалиться под землю. Она чувствовала себя крайне неловко и неуютно. Во-первых, потому что при ней разговаривали так, словно ее не было, а во-вторых, от того что невольно сунула нос в чужие дела, и от этого любопытство разгорелось еще сильнее.
- Вот книги. – прервал голос Айрика ее горестные раздумья. – Девочка хорошенькая. Твоя?
- Нет. Я внучка шайтана. Зовут Владислава. - зло отозвалась Лада. – Здравствуйте.
- У него другая была. – покачал головой тот. – Пробы ставить негде. А ты на гулящую не похожа, Лада-джан. Чаю хочешь? Гаяне только заварила.
- Не..Очень хочу, спасибо. – моментально поправилась Лада. – Можно? – она нацелилась на книги. – Они рукописные? – через секунду удивилась она. – Еще бы я понимала, что здесь написано…
- Ты бы лучше сказала, с какого времени начинать искать, - переворачивая страницы, поинтересовался Ахмад. – Что тебе Шахерезада рассказывала?
- Давай с конца девятнадцатого века. До революции. Он сказал, что какой-то наш предок монастырь разграбил, а потом начались проблемы в семье.
- Разграбил и сжег, – через некоторое время дополнил Ахмад. – Тут довольно подробно описано.
- Откуда эти книги?
- Прадед записывал все происходящее. Его сильно потрясли события конца девятнадцатого века. Он начал вести записи еще на родине, продолжил после того, как семья перебралась в этот город. Потом летопись стала чем-то вроде семейной традиции.
- А зачем ему Грохотовы? Они же вам не родственники, даже не соотечественники?
- Нет. Но в монастыре, который разграбил ваш печально известный предок, были и наши родственники, и соотечественники. После этого за его судьбой и судьбой его семьи следили довольно внимательно. По ним уголовный кодекс горькими слезами обливается.
- Что ты имеешь в виду?
- В каждом поколении были представители семейства, которые вели себя как минимум странно. И все тихо исчезали. До того, как успевали скомпрометировать семью. Последними были матушка и тетушка уважаемого Тимура Родионовича. Грипп, страшное дело. Потом никаких эксцессов, разве что смерть Вадима.
- Вот как? – Лада вспомнила слова деда. «Знать должны только члены семьи».
- Услышала альтернативную точку зрения? Может, скажешь, что мне на самом деле искать?
- Там есть что-нибудь про его брата? Он был художником.
Судя по выражению лица, Ахмад собирался сказать ей много ласковых слов, но на Ладино счастье, появилась хмурая Гаяне с подносом.
- Про брата есть. – проглотив ругательство, почти спокойно ответил Ахмад. – На удивление приличный человек. Чай пей.
- Тогда почему Вадим говорил, что его подставляет художник? Приличные люди так не поступают.