— Странно, что человек без семьи, каким был мой отец, вдруг начинает обрастать родственниками, — пожаловалась она. — Ведь вряд ли он выиграл в лотерею!
— В лотерею?
— Ну, когда на какого-нибудь человека сваливается куча денег, у него обычно появляется масса друзей и родственников, о существовании которых он и не подозревал… — Она оборвала себя и замотала головой. — Я не верю всем этим россказням, Кейт. Не верю ни на йоту. И не поверю даже, если кто-то станет доказывать его вину.
Кейт взяла ее за руку.
— Я тоже не верю, — сказала она мягко. — Кем бы ни был твой отец, растратчиком он не был.
Кейт Колби Пирсон не могла уснуть. Всю ночь она провела в кресле у окна своей спальни, взволнованная воспоминаниями, которые всколыхнул в ее памяти приезд Джейми. Она так отчетливо помнила себя молоденькой девушкой, безумно и тайно влюбленной в мужа своей сестры! Накануне их венчания она проплакала всю ночь. Господи, какие муки она испытала на свадьбе сестры с человеком, в которого она была безнадежно влюблена. Свою любовь она изо всех сил скрывала, особенно от родителей и Фрэн. Ах, ну конечно же, они, может быть, о чем-то догадывались, но только ничего не знали. Она тогда круто изменила свою жизнь, объявив, что желает путешествовать, жить без путешествий не может.
Ну и что хорошего из этого вышло? — спрашивала она себя сейчас. Вернувшись в Штаты, она поняла, что любит зятя по-прежнему, что не может примириться с их браком, что их отношения не стали для нее менее болезненными. И она снова уехала. Потом опять. Все было лучше, чем смотреть на молодоженов. Господи, ведь она так любила Фрэн, но Джима она тоже любила, и сильнее, чем ей хотелось. Но видеть их вместе… это было выше ее сил.
А потом она встретила Крэга.
Крэга Пирсона, молодого сенатора от штата Вирджиния, продвигал ее отец. Внешне привлекательный, образованный, он происходил из семьи потомственных политиков, вроде Кеннеди. Как и Джону Кеннеди, ему удавалось завоевывать голоса избирателей, симпатии и мужчин, и женщин. Он настойчиво домогался Кейт, едва они познакомились. Выходя за него замуж, она отдавала себе отчет, что делает это от отчаяния, рассудив, что это лучше, чем оставаться одной. Не самая убедительная причина для замужества, сейчас она это понимала, но тогда это показалось ей решением всех проблем.
Честно говоря, она любила Крэга без страсти, с какой любила Линда, страсти, которую ей приходилось скрывать всеми правдами и неправдами столько лет, но все же по-своему она любила и Крэга. Им не приходилось часто бывать вместе — каждый жил своей напряженной жизнью. Она по-прежнему много путешествовала, занималась благотворительностью, а Крэг был выше головы занят делами в сенате — то один комитет, то другой, он не рассказывал о работе даже ей, а последнее время все чаще ездил на Ближний Восток. Разумеется, она беспокоилась, но возражать было бесполезно, он лишь отмахнулся бы и сказал, что выполняет свой долг. Долг для Крэга был превыше всего — после каждой зарубежной поездки он по полдня — а то и дольше — проводил на совещаниях за закрытыми дверями в Лэнгли.
«Лэнгли, — напряженно думала она. — В Лэнгли находится штаб-квартира ЦРУ…»
Джейми в спальне напротив тоже никак не удавалось уснуть. Лежа в темноте, она мысленно перебирала свой разговор с Кейт.
— А почему мне нельзя остаться жить у вас? — спросила она за ужином Кейт. — Разве твой муж против…
— Дело не в этом, — принялась горячо уверять ее Кейт. — Крэг — мы оба — считаем, что вряд ли тебе будет здесь хорошо. Видишь ли, ты еще маленькая, а нас так часто не бывает дома. Ты просто сменишь один пансион на другой, вот и все.
Джейми ни секунды не верила ей, слишком хорошо она знала Кейт и не сомневалась, что Кейт предпочла бы не разлучаться с ней. Она всегда была уверена, что именно Крэг против того, чтобы она жила с ними. А Кейт лишь покрывала его.
Между прочим, сенатор Крэг Пирсон имел самое непосредственное отношение к ближневосточным делам. Может быть, ему что-то известно, подумала Джейми. Может быть, уже добрались и до него?
Или, может быть, я просто схожу с ума…
Голос секретарши из динамика оторвал Гарри Уорнера от бумаг, присланных из Совета Национальной Безопасности.
— Вас спрашивают по телефону, сэр, — доложила она.
— Кто? — И услышав ответ, разрешил: — Соединяйте.
Послышался щелчок, а затем знакомый мужской голос произнес:
— Гарри, тут возникла одна загвоздочка…
— В Сирии?
— Поближе к дому, я бы сказал. Дочка Линда начала копать, лезет ко всем с вопросами.