Я вспомнил, как некоторые городские дома Тэллоса смотрелись на территории Руин. Они были либо копией самих себя, либо разительно отличались. Отделкой, количеством этажей, возможно даже архитектурой.
— Наверное, так же. Шторма и Смещение ведь не могут кардинально менять размер предметов и мест, верно?
— Пожалуй. Но не забывай про Храм Халассира. В реальности его так и не построили, а на территории Мёртвого Города он красуется в полноценном и законченном виде.
— Помню. До сих пор ломаю голову над этой загадкой.
— Вот вам ещё один вопрос, парни. — сказал нам шагающий сбоку Тораэль. — Эти проклятые игольщики — просто огромная колония отдельных тварей или какой-то невероятный единый организм?
— Единый организм??!
— Ну смотрите. — в ответ на наши вопросительные взгляды принялся пояснять Тор. — Эти монстры невидимы, но встречаются практически повсеместно. Раз.
Для наглядности он загнул один палец и потряс рукой в воздухе.
— Они занимают огромную территорию. Это два. И они никого не оставляют без внимания. Это три. Нельзя просто так пробраться к ним в логово, они атакуют практически моментально. Это наводит на размышления. Не может же их быть настолько много…
— И ты думаешь, что это может быть одно… существо? Единое, но рассредоточенное по всей территории? По цехам, по всем постройкам…
— Звучит странно, не спорю. Зато это объясняет, отчего игольщика нельзя ранить. Его просто нет! Единое псевдо-создание может не иметь конкретного плотного тела!
— Надеюсь, Тор, что это не так. Потому что если это твоё псевдо-создание решит не дать нам пройти к артефакту, то я не представляю, как мы будем сквозь него пробиваться.
Наконец мы достигли первых построек и остановились, с осторожностью к ним присматриваясь. Какая-то давящая тишина висела в воздухе и я почувствовал некоторое смутное опасение.
— Ближе не подходим. — сказал Тальн. — Если твари здесь, то они о нас уже знают. И, вероятнее всего, видят.
— В отличие от нас. — заметил Лор, неторопливо оглядывая ряды строений. — Интересно, выходят ли они за пределы стен ночью…
— Куда уж интереснее! — пробормотал Сорниус, водя арбалетом по сторонам.
Исследователи в это время приступили к изучению территории. На земле перед ними появились ритуальные плитки и различные амулеты, в воздухе завращались иллюзии и узоры.
— А вот, похоже, и последний… — вполголоса прокомментировал свою работу Корниус.
Посреди линий иллюзии перед ним мягко светился небольшой участок.
— Похоже, он где-то здесь. Однако это не седьмой сектор…
— Странно. — сказал Танто. — Он ведь… Ого! Тальн!
— Нужно было сразу выдвигаться на максимально близкие к черте города места. — сказал Тораэль, оглядываясь на нас. — Здесь не три артефакта, как мы думали дальше, а все четыре. Уравнения сочетания дают интересные результаты.
Танто закивал.
— Артефакты имеют различные уровни воздействия на геомагическое поле, по которому мы их, по сути, и видим. Четвёртый "якорь" — самый слабый из всех. Он… немного странный.
— А где он? — спросил Тальниир. — Меня прежде всего интересует именно это.
— В этом и дело! Он в двенадцатом секторе!
— Это… это же совсем близко к границе!
Тальниир кивнул и, развернув карту, провёл по ней рукой, показывая нам.
— Нужный сектор находится в стороне от нас, это вот здесь… И он действительно близко к границе. Пробить проход на такое расстояние вполне реально.
Все приободрились. Похоже было, что удача нам улыбнулась и посещение южного фрагмента окажется не таким опасным, как предполагалось на первый взгляд.
— Похоже, Тальн, твои желания начинают сбываться. — улыбнулся Лор. — Думаю, имеет смысл вернуться за крыльями и подобраться к этому сектору поближе.
— Мы там сегодня уже были? Или ещё нет? — поинтересовался Монроэль.
— Нет, не были. Этот сектор расположен сильно правее тех, что были нам интересны.
— И из предыдущих точек этот артефакт виден не был?
Тораэль усмехнулся и бросил взгляд на Корниуса, который пожал плечами.
— Вообще-то был. Но так паршиво, что мы приняли эти данные за помехи.
— Подошли бы к городу сразу, получили результаты гораздо раньше. — сказал Танто.
— Говоря о городе, — сказал Анвазор, рассматривая постройки. — Здесь как-то странно.
— Чем именно?
— Ну… тишина какая-то давящая. Смотрите — мы даже разговаривать стали тише. А, спрашивается, почему? И зачем? Если игольщики здесь есть, они наверняка нас видят. Местность открытая совершенно.