Все знают, что Торговый Центр "Вселенная" находится в центре города на улице Вернадского. Несколько гектаров торговых площадей, соединённых друг с другом лестницами, эскалаторами, галереями и мостиками. Собственные минипарки, фонтаны, гостиница, места для отдыха детей и взрослых на любой вкус. Здесь есть действительно всё. Название оправдывало себя. Но и цены здесь просто космические.
В моём представлении, покупка мне наряда должна была походить на всем известный эпизод из фильма «Красотка»: он сидит на диванчике и пьет кофе, а я прогуливаюсь перед ним в разных сексуальных платьях.
Но пока я мечтала, мы успели подняться на эскалаторе на второй этаж. Михаил со знанием дела направился в один из магазинов, увлекая меня за собой.
Дальше была картина «Не ждали». На диванчик была усажена я, а Михаил, тут же окружённый толпой откуда ни возьмись набежавших продавщиц, твёрдой походкой решительно направился вглубь стоек с женскими костюмами, платьями, сумками, бусами и прочей блестящей и матовой мишурой.
Не успела я пролистать и одного журнальчика под подходящим названием «Гламур», как буквально через пару минут Михаил появился передо мной с вещами наперевес. Я от неожиданности даже встала. Но тут же получила на руки все это богатство и начальственное указание быстренько переодеться в ближайшей примерочной. Интересно девки пляшут, — подумала я, но пошла выполнять ЦУ, как говорится.
Ну, что сказать, это был деловой костюм из юбки и небольшого пиджака без воротника, всё — однотонного бирюзового цвета. К нему прилагалась бижутерия и бежевые туфли. Всё настолько хорошо на мне сидело, что мне сделалось страшновато от того, насколько у Михаила намётан глаз.
Вышла к шефу, неся в руках свою старую одежду в пакете.
— Катюша, цигель, цигель, — Михаил лишь мельком окинул меня взглядом и постучал по циферблату своих часов, подсунув их мне под нос.
— Ай лю-лю, — обиженно ответила ему я, расстроившись, что он так и не сказал, как я хорошо выгляжу, ведь я сама заметила, как преобразилась в этой одежде.
— Ка-тя-я-я-я-я, в машину, нам надо немного ускориться.
И мы снова поехали, а я уныло уставилась на дорогу перед собой.
Глава 14. Встреча с прошлым
Мы доехали до посольства за полчаса. Я всю дорогу молчала и следила за пробегающем пейзажем, старательно избегая встречаться с Михаилом глазами в отражении вечерних окон.
Вот и прибыли. Небольшой старинный двухэтажный особняк в элитном районе. Металлическая ограда, ухоженный двор. Охрана. Множество иномарок на парковке и флаги, флаги, флаги.
Зашли внутрь. Ну, что сказать. На приемах я раньше не бывала, но происходящее вполне вписывалось в моё представление о том, как он должен происходить. Человек двадцать парадно одетых мужчин и женщин уже разбились на небольшие кучки по интересам. Несколько помещений, где народ медленно продвигался туда-сюда. По стенам — картины, о которых говорил Михаил. В углу стоял столик с закусками и подносом с вином. Незаметными тенями сновали официанты.
Он быстро оставил меня одну. И я, чтобы занять себя чем-то, медленно прохаживалась, постоянно подсчитывая, сколько времени ещё всё это займёт.
Остановилась напротив непонятной композиции из приклеенного скотчем к стене уже полусгнившего банана. С минуту разглядывала ЭТО, пытаясь понять идею автора.
— Любопытная инсталляция, неправда ли? — приятный мужской баритон удивительно знакомого голоса раздался над самым ухом, заставив меня чуть ли не подпрыгнуть от неожиданности.
Обернувшись, я едва не выронила бокал.
— Но это не Маурицио Кателана, — продолжил он, указывая на композицию, — это только лишь подражание. Вот, здесь написано на бирке: «Американский художник Дэвид Датуна уничтожил инсталляцию художника из Италии Маурицио Кателана под названием «Комик», которая выставлялась в музее Art Basel Miami. Датуна съел приклеенный скотчем к стене банан, который ранее продали за $120 000.» Этот арт-объект, судя по его состоянию, тоже скоро съедят. И не исключено, что уже сегодня.
Мужчина рассмеялся.
— Ох, простите, я вас напугал, кажется. И я не представился. Меня зовут Алексей Земцов. Предприниматель. А я вас знаю, или где-то уже видел, у вас знакомое лицо. Но не припомню, простите.
Так, Катерина, соберись и не раскисай. Сейчас нельзя быть нюней, — настраивала я себя и тянула с ответом, чтобы голосом не выдать своё смятение.
— Вот как... А-а-а-а вообще меня часто узнают. Такое лицо узнаваемое, наверное, — выдавила я улыбку. Да узнала я его, конечно. Не так много времени прошло, оказывается, чтобы стереть этот эпизод из моей памяти.