— К сожалению, при первом нашем разговоре вы не назвали имя девушки, — стараясь сдерживать раздражение, проговорила директриса, — а теперь я должна вам сказать, что ее нет в колледже. Она в лагере в штате Колорадо.
— Ну так созвонитесь с ней и дайте знать, чтобы она немедленно мчалась сюда. Тетка, так и скажите, желает ее видеть;
— Да, я, безусловно, так и поступлю, — улыбаясь, заверила гостью мисс Армстронг. — Будьте так любезны, оставьте номер вашего телефона, и мы известим вас, как только ребята вернутся из лагеря. Это будет сегодня ближе к вечеру.
— Ну да, ну да, — каким-то странно угрожающим голосом подтвердила Тина, едва не тыча фотографию Джины и Сесилии в лицо директрисы. — Вот они обе тут, на этой фотке, так-то мой братец ее и опознал, доченьку свою дорогую. А ведь не виделся с ней целых десять лет! — Она снова всхлипнула. — С кровиночкой своей! Ну вот, явился, значит, к ней в среду. Весь следующий день ходит такой счастливый, так и светится, а сам собирается снова к ней на свиданку. И тут, — она в полном негодовании хлопнула себя по колыхающимся бедрам, — появляется какой-то легавый. — Голос Тины упал и стал доверительным, словно она рассказывала что-то весьма сокровенное лучшей подруге. — Ну, прикиньте, что сделал этот легавый? Избил Ала так, что сломал ему руку, вот что. А вызвала этого типа сама дочка, так-то. А теперь мой брат валяется на больничной койке и того и гляди отдаст концы.
— Да, я понимаю, — тихо произнесла мисс Армстронг, потом встала и протянула руки к Тине, чтобы помочь ей подняться с места.
— А вот обстановочку вы могли бы и обновить, — сморкаясь, заметила Тина. Бросив оценивающий взгляд на кабинет директрисы, она протянула ей фотографии. — Это оставьте у себя, вам они еще понадобятся.
— Э-э, благодарю, это очень мило с вашей стороны.
— Не думайте, у меня есть негативы, а то ни за что не отдала бы такое в ваши руки, — заверила ее посетительница.
Проводив Тину до ожидающего ее лимузина, мисс Армстронг вернулась в свой кабинет и принялась изучать фотографии. Строгое и обычно спокойное лицо директрисы прорезали сосредоточенные морщинки: на оставленном снимке сходство отца и дочери было явным. Перехватив фотографии эластичной лентой, мисс Армстронг засунула их в тридцатитомное издание Оксфордского словаря.
Что же теперь делать?
С подобными обстоятельствами ей еще не приходилось сталкиваться. Однако выход все-таки есть, надо встретиться с матерью Джины — Сесилией О'Коннор.
Глава 32
В сложившейся ситуации мисс Армстронг меньше всего хотелось беспокоить мать Джины, но делать было нечего. Она набрала номер телефона и, тщательно подбирая слова, медленно произнесла:
— Миссис О'Коннор?
— Да, я вас слушаю.
— Это мисс Армстронг из Тэлбота. Джина чудесная ученица, и нам всем будет ее очень недоставать, когда она уедет в Редклифф.
— Спасибо за такие слова, — звенящим от гордости голосом сказала Сесилия.
— Однако, если это возможно, мне бы хотелось встретиться с вами, и как можно скорее, миссис О'Коннор. Не могли бы вы приехать сюда?
— С Джиной что-то случилось? Она здорова?
— Конечно, здорова. Уверяю вас, с ней все в порядке. И все здесь очень ею довольны.
— А она знает, что вы вызываете меня в колледж?
— Нет, ей об этом неизвестно. Я… как бы это сказать…
— Умоляю, мисс Армстронг, скажите, в чем дело? — Голос Сесилии задрожал. — Ведь просто так вы бы не позвонили.
— Мне хотелось бы переговорить с вами наедине.
— Так я и знала! С Джиной что-то случилось!
— Да нет же, с ней все в порядке.
— Тогда вы не стали бы мне звонить, мисс Армстронг, я же понимаю. Я, конечно, немедленно приеду, но намекните хоть словечком, в чем проблема!
Мисс Армстронг вздохнула и быстро произнесла:
— Сегодня утром меня посетила женщина, назвавшаяся Тиной Риццоли. Довольно неприятная особа. Сказала, что ее брат, Ал Риццоли, лежит при смерти в больнице и желает видеть Джину.
— Господи! — выдохнула Сесилия.
— А еще она привезла с собой фотографии. Они сейчас у меня.
— Все ясно, я сейчас же еду к вам, — безжизненным голосом произнесла Сесилия. — Джина знает о том, что случилось?
— Пока нет. Я хотела сначала поговорить с вами.
Как всегда в трудную минуту, Сесилия обратилась за помощью к лучшей подруге. Мириам приехала немедленно.
— Не знаю, как бы я справилась без тебя, — сказала Сесилия, глядя на нее огромными глазами, полными слез.
— Ну куда я от тебя денусь, малышка? Садись-ка скорее в машину, и поедем.
Эти две женщины были так близки, что особых слов не требовалось. Какую-то часть пути они проехали в полном молчании, а потом Сесилия тихо пробормотала:
— Я всегда знала, что он нас найдет, мне только почему-то не приходило в голову, что сделает он это на смертном одре…
— Да, малышка, все это действительно неприятно, что уж тут говорить…
Сесилия обхватила себя руками, как делала всегда в трудные минуты.
— Сначала Джина узнала, что Майк — не ее родной отец, а теперь еще обнаружит родство с чудесной тетушкой…
Мириам только тяжело вздохнула. Что тут сказать?
— И все эта чертова фотография в газете, — убитым голосом продолжала Сесилия. — Директриса сообщила, что Тина оставила вырезки у нее…
Наконец Мириам припарковала машину у подъезда главного здания Тэлбота. Проходя по широкому коридору, она еще раз спросила:
— Слушай, девочка, ты действительно хочешь, чтобы я присутствовала при вашем разговоре?
— Да, очень хочу.
— По-моему, мы приехали немножко раньше, чем она назначила.
— Какая разница? Я сказала, что приеду, как только смогу.
И снова в кабинете мисс Армстронг появились посетительницы. Мать Джины и еще какая-то дама, звенящая браслетами.
— Бога ради, извините, что врываюсь к вам, но Сесилия — моя лучшая подруга.
— Какая ерунда! — Мисс Армстронг радушно улыбнулась. — Дружбу, настоящую, искреннюю, я всегда ценила больше всего на свете.
Беседа потекла своим чередом.
— Святая Дева Мария! — обхватив голову руками, твердила Сесилия. — Столько лет Джина не видела отца, а тут вдруг он предстанет перед ней на смертном одре! Что же с ней после всего этого будет? Такое потрясение для девочки!
— Теперь вы понимаете, почему я вам позвонила. Хотела с вами посоветоваться, ведь ситуация складывается довольно напряженная.
— Это мягко сказано, — скорбно качая головой, вставила Мириам.
— Выбор решения, конечно, остается за самой Джиной, — продолжила мисс Армстронг, словно не слыша слов Мириам.
— Значит, нам надо ей рассказать? — ужаснулась Сесилия.
— Иного выхода, как мне кажется, у нас нет, — твердо проговорила директриса.
— Но если вы намерены все рассказать Джине, — звенящим от волнения голосом вмешалась Мириам, — значит ли это, что вы заодно посоветуете ей отправиться в больницу?
Через час, после долгих и жарких дебатов, было решено, что поставить Джину в известность о тяжелом состоянии ее отца просто необходимо. Узнав о том, что он при смерти, Джина непременно поедет в больницу. Мириам, правда, с последним выводом не согласилась.
— Да ни за что на свете ее туда не вытащить, вот увидите!
Мисс Армстронг отправила секретаршу на поиски Джины. К тому времени как девушка наконец появилась, кабинет уже успел наполниться сизым дымом от выкуренных Мириам сигарет.
— Ой, мамочка, здравствуй! Привет, Мири! — Джина подбежала к гостям и по очереди расцеловала их. — Что случилось? Что-нибудь с Кейт? — У Кейт началась депрессия, и ее отослали домой.
— Нет-нет, с Кейт все в порядке, она поправляется, — поспешила успокоить девушку мисс Армстронг. Переведя дыхание, она сказала: — Даже не знаю, как тебе сообщить…
Но тут из-за закрытых дверей донеслись возбужденные голоса.