Бледа выдал двадцать пять рунных стрел двадцати отобранным воинам, включая его самого. Они были лучшими лучниками в его отряде, и Рив сказала ему, как важно уложить Гуллу или его капитанов.
Не говоря ни слова, Руга помогла Рив с ламеллярным плащом Бледы. Он стоял, вытянув руки, и помогал им натягивать плащ на себя, затем застегивал его сзади и застегивал пряжки. Он передернул плечами, наслаждаясь его приятной тяжестью. Рив и Руга надели ему на талию пояс с оружием, Рив застегнула его, а футляр с луком и колчан удобно расположили на каждом бедре. Наконец, ремень с мечом был перекинут через плечо, кожаный балдрик, а ножны разместились на спине. Это был не меч его отца, который подарила ему Эрдене. Его отобрали Джин и Ульдин, когда он попал в плен в лесу Форн. Но это был хороший меч Сирака, взятый у павшего воина. Он перегнулся через спину, обхватил рукоять, обтянутую кожей, проверил, не заедает ли меч в ножнах. Он был безупречен.
Они с Ругой помогли Рив надеть пояс с оружием. Лук, который он ей сделал, в чехле, колчан рунированных стрел. Два коротких меча и нож.
Рив проверила свои клинки на прочность, поправила ремни колчана, провела ладонью по наконечникам перьев.
"Думаю, мы готовы", - сказал Бледа. Он сделал паузу, оглядел всех.
"Мои храбрые воины", - обратился он к ним. "Вы следовали за мной, спасали меня, тысячу раз доказывали мне свою храбрость и сердце". Он кивнул сам себе. "Что бы ни случилось в этот день, я горжусь тем, что знаю вас и называю друзьями".
Эллак, Руга и Юл оглянулись на него, в их глазах стояли слезы.
Бледа глубоко вздохнул. "Давайте убьем наших врагов и будем жить, чтобы пить и хвастаться этим вместе", - сказал он, и все четверо ухмыльнулись ему в ответ. Для Руги, Эллака и Юла это была самая большая честь, которую они могли оказать.
Руга распахнула полог и вышла перед ним, отодвинувшись в одну сторону, Бледа вышел на яркий утренний солнечный свет.
Перед ним выстроилась его дружина - тысяча воинов, все верхом, молча смотрят на него. Дыхание лошадей клубилось облаками на утренней прохладе. Заскулила лошадь, скрипнула кожаная сбруя. Бледа подошел к своей лошади Дилис, положил кулак на повод седла и вскочил ей на спину, затем посмотрел на своих воинов.
"Вы следовали за мной так далеко, сражались рядом со мной в бесчисленных битвах. Проливали свою кровь. И все это дошло до сегодняшнего дня. Теперь у нас есть шанс отомстить за наших сородичей; теперь у нас есть шанс предать нашего врага земле. Сегодня Черен умрет".
"ХАЙ!" - закричал его отряд, а затем они пришли в движение, и Бледа повела их за собой. Крылья Рив распахнулись, и она поднялась в воздух, возвышаясь над ними.
Бледа оглядел поле боя. Он расположился на полпути вверх по невысокому холму на восточной окраине равнины, Рив стояла рядом с ним. Стена изгибалась перед ним, обходя холмы, к которым он стоял спиной, огромным полукругом, который охватывал лиги открытой равнины, а затем закручивался обратно к побережью, заканчиваясь на берегу реки, вытекавшей из тьмы Сарвы. Бледа мог различить огромных гигантов Кургана, сгрудившихся вдоль берега реки.
Белокрылые воины шли вдоль частокола, более тысячи воинов в своих начищенных черных кирасах и кольчугах. Среди них были лучники, и в десятках точек Бледа видел мерцание жара в воздухе, отмечая, где нагреваются огромные железные горшки с питтой. На стенах вокруг них воины опрокидывали бочки с водой на деревянные палисады и дорожки, смачивая дерево, готовя его, как могли, к предстоящему огню и смоле.
На равнине сразу за стеной земля была пуста. В двухстах или трехстах шагах сзади первый ров пересекал равнину темной линией. Он шел параллельно стене, вода в нем блестела, а шипы сверкали. Через него в данный момент были переброшены временные переносные мосты. По обе стороны рва в земле были вырыты десятки ям, заполненных кольями, хворостом и смолой, хотя она еще не горела. Ямы были прикрыты решетчатыми ветками, на них набросали рыхлую землю и траву. На каждой яме лежал камень, покрашенный известняковой побелкой, чтобы Бледа и все союзники могли видеть их и знать, где находятся ямы. Они блестели в лучах солнца, поднявшегося над холмами и скалами у Бледы за спиной.
Еще дальше, за ямами, стояли три полка белокрылых, каждый из которых насчитывал тысячу мечей. Бледа никогда не видела щитовой стены такой численности. За ними была открытая равнина, затем второй ров, а за рвом еще два полка белокрылых - подкрепление или защита при отступлении. Позади них располагался лагерь, раскинувшийся на холме, на котором стояла башня Рипа. Бледа видел кружащих чаек, а за всем этим мерцало море.
"Много воинов", - сказал Руга рядом с ним.
"Да", - ответил Бледа.
"Но не так много, как их", - сказала Рив. Она стояла рядом с Бледой.
"Нет", - сказала Бледа. Они находились достаточно далеко на холме, чтобы с него открывался вид на внешнюю стену. На равнине к северу, все еще на расстоянии лиги или около того, приближалось воинство Асрота. Оно заполнило землю, словно темное пятно, и ползло к ним. На этом восточном краю, на их правом фланге, над землей клубился черный туман, скрывая все вокруг. Однако в центре туман поредел, и Бледа смог разглядеть марширующих воинов со щитами - такими же прямоугольными щитами, как у белокрылых.
Западный фланг был окутан туманом.
Где же Джин?
Над отрядом летели Кадошим и их полукровки.
Сверху показались крылья, и Бледа, подняв голову, увидел, что к нему спускается отряд Бен-Элима. Их вел Мейкал.
"Хорошо встретились", - сказал Мейкал, приземляясь, и его крылья подняли пыль с земли. Хадран приземлился вместе с ним, другие Бен-Элимы зависли в воздухе над ними. "Хороший день для битвы", - заметил он, глядя на небо. Оно было безоблачным, солнце было у них за спиной, легкий ветерок отнимал тепло от солнца, но не слишком сильно, чтобы испортить работу лука.