"Ха, он это заслужил", - сказал Асрот. "Мы все заслужили. Столкнулись со своим страхом и победили, убили своих врагов. Но даже несмотря на это, план прошел не совсем так, как я надеялся". Он посмотрел на башню на холме. Синее пламя охватило ее и большую часть холма вокруг, дым поднимался в багровое небо по мере того, как солнце опускалось на запад. "Я хотел попировать в башне Рипы".
"Мы возвращаемся в Балару", - сказала Фрита.
"Да", - согласился Асрот. "Выпьем вина, отпразднуем, а потом будем точить оружие для Ордена Яркой Звезды".
ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ПЯТАЯ ДРЕМ
Дрем сидел на поляне в лунном свете. Он поднял голову и, взглянув на луну, увидел, что уже близко к полуночи.
Когда Дрем достал свой сикс, он погладил сталь кончиками пальцев. Затем он ослабил кожаные стяжки вамбраса и снял его с предплечья, обнажив грязную, пропитанную потом кожу. Он провел по ней своим сиксом и увидел, как кровь стекает по руке, по ладони, капает с кончиков пальцев на траву.
"Теперь мы ждем", - сказал он Фену. Волчья гончая свернулась у него под боком, спиной к валуну. Его кольчуга поблескивала в полумраке.
Время шло, Дрем что-то бормотал Фену, рассеянно поглаживая одно из волчьих ушей.
Внезапно Фен зашевелился, поднялся на ноги, прижав уши. Он зарычал, почти неслышно, скорее как вибрация в глубине широкой груди волкодава.
Рука Дрема переместилась на его шею и молча начала считать удары пульса.
Звук в лесу, глубоко в темноте. Шелест листвы, треск ветки.
Дрем снова надел вамбрас и встал, затянул кожаные шнуры зубами, затем снял с пояса ручной топор. Он встал на ноги, приготовил сикс и ручной топор, обшаривая глазами поляну.
Звуки доносились отовсюду, приближаясь. Топот ног, шепот лесной подстилки, проталкивающиеся сквозь листву тела.
Затем рычание чего-то, что бродило на краю темноты.
Тишина, затаенное дыхание.
Из леса вырвались фигуры, частично люди, частично звери, существа с зубами и когтями, сгорбленные и мускулистые, с удлиненными конечностями, покрытые мехом и голой кожей.
Фералы.
Десять, двенадцать, больше, выпрыгивающие из темноты, целая стая этих существ.
Фен прыгнул, столкнувшись с одним из фералов в воздухе, - столкновение с хрустом костей, глубокое рычание, треск.
Шипящий звук наполнил поляну, сверху посыпались стрелы, поражая фералов. Фаэлан и другие его сородичи спустились с ветвей, грохоча луками. Некоторые из ферралов мгновенно падали, пронзенные множеством стрел. Некоторые уклонились от железных наконечников и бросились на Дрема.
Еще один взрыв из-за деревьев, на этот раз огромный, как валун, стена белого меха и зияющая пасть, и Друг полетел в тварей, бросившихся на Дрема. Челюсти медведя сомкнулись на одном из них, лапа снесла другого, разрубив ребра и руку, другой столкнулся с грудью Друга и, пролетев по воздуху, врезался в дерево.
Один уклонился от белого медведя и бросился прямо на Дрема. Он увернулся и крутанулся на пятках, нанося удары своим сиксом, когда одичавший пролетел мимо него. Он повернулся, снова бросился на него и впечатался в него. Они упали вместе, покатились по траве, спутав конечности. Дрем попытался ударить тварь, но обнаружил, что один из его клинков застрял в плоти дикаря, а второе оружие выпало из его хватки.
Челюсти Ферала приблизились к лицу Дрема, раздался треск, щелчок зубов, и он оказался на расстоянии пальца от его уха.
Еще один рычащий звук, а затем челюсти сомкнулись на шее и плече одичалого, раздался звук разрыва плоти, кровь хлынула Дрему в лицо. Ферал завыл и заскулил от боли, когда Фен вырывал куски плоти. Когти загребали по клепаной броне, а Фен не отпускал, продолжая трясти одичалого, как крысу. И тут появился Друг: лапа обрушилась на спину Ферала, прижав его.
В голову Ферала вонзилась стрела.
Дрем поднял голову с земли, задыхаясь, и увидел нависшего над ним Фаэлана.
"Верь мне, ты сказал", - вздохнул Дрем.
Фаэлан опустился рядом с ним и протянул ему руку.
"Ты жив". Фаэлан пожал плечами.
"Сколько?" спросил Дрем, поднимаясь на ноги. Его тело болело так, словно его ударили деревом.
"Двадцать шесть", - ответил Фаэлан. Его сородичи кружили над поляной, выпуская стрелы во всех одичалых, которые еще двигались. "Это все?"
"Я не знаю", - сказал Дрем. "Но мы больше ничего не можем сделать". Он погладил Фена по шее, и волчья гончая прижалась к нему. "Моя благодарность, Фен", - сказал он, затем повернулся к белому медведю.
"Ты не должен быть здесь", - сказал он, и медведь наклонил голову и потерся мордой о грудь Дрема.
Каллен прискакал на поляну, лунный свет отбрасывал на него серебро и тень.
"Что ты здесь делаешь?" спросил Дрем. "Неужели весь отряд идет сюда? И ты не должен скакать в темноте".
"Если ему позволено не подчиняться приказам, - сказал Каллен, указывая на белого медведя, - то и мне тоже".
Дрем покачал головой.
Ловушка была его идеей. Вороны Крафа выследили в лесу ферралов, которые были лучшими разведчиками и стражами для отряда Асрота, чем любой воин. Проскользнуть мимо них незамеченным было бы невозможно. Поэтому Дрем придумал этот план. Он настаивал на том, чтобы стоять одному, потому что фералы учуяли бы белого медведя или спрятавшихся на земле воинов и отложили бы атаку. Только у Фаэлана и его сородичей был шанс остаться незамеченными.
"Неужели я пропустил все веселье?" спросил Каллен.
"Да", - ответил Дрем, покрутив плечом, которое пульсировало так, словно его вывихнули.
"Тогда я буду твоим проводником в лагерь", - сказал Каллен. "Это не займет у нас много времени. Друг проложил дорогу шириной с сарай".
Дрем открыл глаза.
Он лежал на лесной подстилке у дерева, положив голову на сумку, а плащ был натянут на него. Рядом храпел Каллен. А может, это был Фен.
Ноги в сапогах оказались на одной линии с глазами Дрема, и он поднялся на ноги, чувствуя, что его кольчуга тяжелее, чем обычно. Изнеможение становилось хорошо знакомым спутником. Бирн приближалась к нему, пробираясь сквозь спящих воинов. За ее спиной он слышал постоянное журчание реки, по которой они шли через лес. Дрем сел, протер глаза и посмотрел вверх сквозь деревья. Была полная темнота, задолго до рассвета. Он спал недолго.