Это заставило кровь Джина быстрее забурлить. Черены были суровым народом, измученным тяжелой жизнью в Море Травы. Услышать, как они так говорят о ней, было еще одной сбывшейся мечтой.
Она улыбнулась - акт доверия, ее подарок Тарку.
Он посмотрел вдаль и съел еще немного каши.
"А вот и Хулан со своими всадниками", - сказал он.
Джин проследила за его взглядом, увидела мелькание всадников на лугу, знамя на ветру. Хулан возглавлял одну из небольших групп, которые Джин послал в пограничные земли Сирака. Если план сработал, то сегодня к ней присоединятся все десять отрядов. А потом они вместе ударят по Сердцу.
Джин сидела на лошади и смотрела вдаль. Рядом с ней сидели Тарк и Герел, а ее отряд собрался и ждал. После Хулана в ее лагерь прискакали еще шесть капитанов, все с рассказами о победе и резне, но остальных трех отрядов не было видно. Никто не прибыл с полудня, а солнце уже опускалось к горизонту.
"Мы больше не можем ждать", - тихо сказал Тарк, пока Джин осматривала луга.
Где же они? подумала она, глядя на запад.
Только заходящее солнце и лиги волнистых лугов.
"Я знаю", - сказала она. "Мы должны ехать без них". Она подняла кулак, и Тарк поднес рог к губам. С грохотом, похожим на раскат грома, боевая рать Черена начала движение, Джин повела их за собой. Она еще раз оглянулась через плечо, надеясь увидеть на горизонте всадников с ястребиным знаменем, но их не было.
Где же они?
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ БЛЕДА
Бледа ждал в тишине. Он сидел верхом, низко склонившись над шеей Дилис, и войлочная крыша герра поглаживала его по голове.
Как долго? Идут ли они? Я совершил ошибку?
Уши Дилиса прижались вперед. Он напрягся на мгновение, а затем услышал его.
Стук копыт.
"Спокойно", - прошептал он, похлопывая ее. Он снял шлем с седельного крюка и натянул его на голову, застегнув подбородочный ремень.
Стук копыт стал громче, а затем раздался первый крик, боевой клич Черена.
Бледа поднес рог ко рту и дунул, одновременно прикоснувшись ногами к своей лошади, и она пришла в движение, вырвавшись из герра. Вокруг него ярко горел дневной свет. Бледа отбросил рог и схватил свой изогнутый лук из чехла, кучу стрел, нацелил и стал стрелять.
Навстречу ему галопом неслась группа всадников, синие дилы, ястребиные знамена, луки и горящие факелы в кулаках.
Он выстрелил в стену всадников, коснувшись коленей, чтобы заставить Дилис двигаться - оставаться на месте, когда сотня боевых луков Черена направлены в его сторону, означало верную смерть. Дюжина стрел вонзилась в пространство, которое он только что заполнял. Одна вонзилась ему в плечо, покачнув его. Он схватился за древко стрелы, дернул и вытащил стрелу. Крови не было. Наконечник стрелы пробил две железные пластины его ламеллярного плаща, но кожа и шерсть под ним зацепили острие. Он отбросил стрелу в сторону.
Вокруг него сиракские всадники выскочили из других геров, Юл, Руга, Эллак, еще десятки, и через семь или восемь ударов сердца они галопом понеслись к Черену, Бледа вел их, все низко склонились над своими лошадьми, стрелы летели из их луков. Бледа услышал позади себя крик, стрела пронеслась мимо его лица, другая задела его шлем. Он опустошил свой кулак со стрелами и увидел, как всадники падают в рядах Черена, так близко, что теперь он мог видеть лица, выражения удивления и сомнения среди своих врагов.
Вы увидите, каково это - вести честный бой; на этот раз вы не будете налетать, как ястребы, на ничего не подозревающую мышь.
Бледа и его воины настигли отряд Черена и обогнули их за ночь, проделав долгий, трудный путь, ведя своих лошадей шагом сквозь тьму. Перед самым рассветом они обнаружили лагерь Сирака, к которому направлялись Черены, и предупредили их.
Бледа сунул лук обратно в чехол и потянулся за мечом. До него донеслись боевые крики сираков, и он знал, что сейчас на фланги Черена набросится еще больше его отряда - ловушка сработала. Клинок с шипением лег в его руку, и он усмехнулся.
Охотник стал добычей.
Два строя столкнулись, конская плоть врезалась друг в друга, кости затрещали, Бледа хрюкнул от удара, парируя удар сверху, опустил меч вниз и в сторону, сделал встречный выпад, который встретил сопротивление кожи, а затем плоти. Он освободил клинок, услышал крик, и тут же лошадь понесла его вперед, не давая времени проверить, мертв ли его противник или только ранен. Он покачнулся и нанес удар справа, слишком быстрый для парирования противника, его меч отскочил от шлема и вонзился между шеей и плечом. Его цель захрипела от боли, но все равно бросилась на Бледу, нанося удар мечом в грудь.
Копье вонзилось Черену в плечо, пробив вареную кожу и плоть, и Эллак оказался рядом с Бледой. Он толкнул, столкнув Черена с его лошади, и воин с воплем упал и исчез среди грохота копыт.
Бледа поскакал дальше, рубя и рубя по обе стороны от него. Это была толкающаяся масса. Пот застилал глаза, боевые крики и вопли заполнили уши. А потом он ворвался в воздух и пространство, пробился сквозь строй врагов и натянул поводья, чтобы повернуть.
Он сделал паузу. Битва была практически завершена. В исходе не было никаких сомнений. Его собственный отряд пополнился спасенными им сираками - к его первоначальному отряду добавилось более трехсот всадников. К ним присоединились и воины из этого лагеря - еще полторы сотни. В общей сложности с ним ехало почти шесть сотен сираков. Против них ехало не более двух сотен Черена.
Воины Сирака победно били кулаками по воздуху, среди них раздавались крики. Бледа почувствовал их радость. Это была страшная и волнующая вещь - встретиться в бою с другим мужчиной или женщиной, зная, что через короткое время один из вас, скорее всего, будет мертв. Просто довести дело до конца, выйти с другой стороны конфликта и понять, что ты жив, - все это вызывало прилив радости и облегчения. А у сираков к этому добавлялось ликование от того, что они столкнулись в бою с извечным врагом и одержали победу.