"Я не буду бежать от Черена", - сказала Саран, и голоса позади нее забормотали согласие. "Я не покажу им спину. Я не слабая".
"Умереть сейчас - слабый выбор", - сказал Бледа, его холодное лицо Сирака было неподвижным и безэмоциональным. "Умри мы сейчас, и Черен станцует на наших костях и сотрет имя Сирака с этой земли. Следуй за мной, останься в живых, и я клянусь, что у тебя будет шанс исполнить нашу месть".
Эллак тихо хмыкнул в знак одобрения. Бледа была рада такой поддержке.
"Как мы можем надеяться победить их?" - воскликнул другой голос. "Ты сам сказал, что их слишком много. Лучше умереть, сражаясь, в нашем Сердце, защищая наш клан, чем умереть, убегая. Преследуемый и выслеживаемый, как бродячий козел".
"Да", - согласились Саран и другие.
"Есть и другой выбор", - сказал Бледа. "У нас есть друзья на западе. Союзники. Мы поведем Джин и ее орду туда. И как только мы окажемся там, с нашими союзниками рядом, мы повернем и убьем их. Джин, ее почетный караул и всех воинов Черена, которые следуют за ней".
"Союзники? Чужеземцы! Бен-Элим такие же наши враги, как и Черен", - прошипела Сарана. "Какая от них польза? Они предадут нас".
"На западе все изменилось", - сказал Бледа. "Я думал о них так же, но война с Кадошимом все изменила. Она выявила и лучшее, и худшее". Бледа вспомнил дорогу в Форне, как он сражался вместе с матерью против стаи фералов, вспомнил, как Кол и Бен-Элим бросили его, улетели и покинули их.
Но не все бросили меня.
Он склонил голову, мысли о Рив заполнили его разум, как она вылетела из темноты в лагере Ульдина и спасла его от верной смерти; он видел ее яростную улыбку, почти чувствовал ее дыхание. Как ее крылья обхватили его, мягкие перья прижались к его спине. Он провел рукой по груди, где под пластинчатым плащом и шерстяной туникой сидело серое перо, прижатое к сердцу. Он бы вернулся за Рив, если бы не что-то другое.
Где ты? Удалось ли тебе справиться с заданием Ордена Яркой Звезды? Будут ли они с нами на поле боя против Асрота?
Асрот.
Возвращаться нужно было не только ради любви, хотя и этого было бы достаточно для Бледы. Он ненавидел Кола и не доверял ему, но он доверял Мейкалу. Он знал Бен-Элима совсем недолго, но его слова на их коротком совете наполнили Бледу тем, чего он не чувствовал уже давно.
Надеждой.
Мейкал сдержит свое слово. Соберет всех, кто выступит против Асрота и его кадошим. А они - великое зло, даже большее, чем Джин и ее отродья Черен. Асрот должен быть побежден, и для этого Сирак нужен на западе.
"У нас есть союзники на западе, и они достойны нашей дружбы. Некоторые среди Бен-Элимов. Гиганты. Орден Яркой Звезды".
Его воины посмотрели друг на друга, и сотни разговоров начались. Даже в Арконе Орден Яркой Звезды был известен, хотя в основном по сказкам и басням.
"Но наш народ здесь. Наш дом здесь", - сказала Саран.
"Нет, мой дом здесь", - сказала Бледа, коснувшись его сердца. "И здесь". Он положил руку на Эллака, потом на Ругу, перешел к Юлу, а затем жестом обнял их всех. "Мы родня, клан; мы - Сирак, а не эта пыль, на которой мы стоим. Где бы мы ни были, там наш дом".
Кивки в знак согласия.
"Я - ваш король, последнее дитя Эрдена. Вы следуете за мной, или нет". Он пожал плечами. "Это ваш выбор. В любом случае, я не изменю своего курса".
Без колебаний Юл оказался рядом с ним.
"Ты убил Ульдина; я последую за тобой до конца этой земли". Он посмотрел на Саран и ее последователей. "Я простой человек. Я люблю своих сородичей и свой клан. Я даю и выполняю свою клятву. Я умею пускать стрелы и владеть мечом, но я мало что знаю о стратегии. Я знаю, что Бледа обещает мне отомстить за смерть Эрдене". Он сделал небольшую паузу, по его щекам пробежала дрожь. "Бледа обещает мне шанс победить Черена. Он обещает мне месть". Он пожал плечами. "Мне этого достаточно".
Над ними воцарилась тишина.
" Вы последуете за мной?" спросил Бледа.
"ХАЙ!" - раздалось из толпы. Саран встретилась взглядом с Бледой и отрывисто кивнула.
"Хорошо", - сказал Бледа. "Теперь мы поедем и покажем нашим врагам, что значит сражаться против Сирака".
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ ДЖИН
Джин остановилась и вытерла пот с лица, сплюнула на землю капли крови. У нее болела челюсть, кровь текла из губы в том месте, где ей в лицо врезался острие меча. Она пощупала языком и обнаружила, что зуб выпал.
Все же я отделалась лучше, чем ты, подумала она, глядя на ранившую ее женщину. Ее голова откинулась в сторону, наполовину отсеченная Герелом. Увидев кровь на лице Джин, он впал в ярость и сбил обидчицу с седла, а затем бросился на другой отряд сиракских воинов. Джин переместила свой вес в седле и поскакала за ним, ее почетный караул выстроился в линию позади нее.
Они врезались в сираков, в бурю мечей и копий, в оскаленные лица и крики, меч Джин быстро двигался в коротких, экономичных ударах. Она рубила и колола, делала выпады и раскачивалась. Сирак сражался с дикой отвагой, на которую способен только загнанный в угол, но ее почетный караул был слишком многочисленным, слишком искусным, и за несколько ударов сердца все сираки перед Джин были мертвы.
Она посмотрела на Герела: он сидел на своем коне, весь в крови, лицо - красная маска, грудь вздымается. Джин усмехнулась.
Мы здесь, в сердце врага моего клана, наносим им смертельный удар. Не думай о Бледе и будущем. Наслаждайся настоящим.
"Вперед, - сказала она, подгоняя коня.
Лагерь горел, дым и пламя уничтожали тысячелетнюю культуру, ее клан пронесся по нему, уничтожая тех, кто построил это место, кто жил здесь, отказываясь уходить.
Я восхищаюсь ими. Они знали, что я иду, видели, как наш воин приближается по равнине, и знали, что их больше. Но они решили остаться. Они решили выстоять.
Битва пронеслась через эту часть Сердца и двинулась дальше, звуки стычек то тут, то там разносились по широким пространствам между огромными геррами, гораздо большими, чем обычный лагерь. Они были построены, чтобы вместить весь Сирак, несколько тысяч человек.
К ночи все будет сожжено дотла.