Бледа почувствовал резкий прилив шока, на мгновение замер, когда дыхание перехватило в груди, а затем быстро сменилось гневом. Сердцевина Сирака в огне. Желание пустить коня в галоп и уничтожить стоящих перед ним Черенов было непреодолимым. Но это означало бы не только его смерть. Это была бы смерть его народа, Сирака. Он с содроганием вдохнул и сосредоточился на черенах вокруг вейнов.
Остроглазая Руга заметила приближающихся всадников. Она указала на них.
"Сколько их?" спросил ее Бледа.
"Может быть, пятьдесят", - сказала она после минутного молчания. "Они сопровождают больше Сирака к вейнам".
"Ах", - просияла Бледа. "Значит, больше наших сородичей, которых мы можем спасти, и больше лошадей, которых мы можем взять".
"Почему бы не поехать дальше и не перебить всю орду Черена, пока мы в деле?" весело сказала Руга.
"Возможно, мы так и сделаем", - сказал Бледа.
Он не чувствовал себя так уверенно, его глаза обшаривали равнину, бегущую вдоль берега реки.
Неужели я сошел с ума, ведя сотню воинов навстречу отряду моего врага, численностью не менее двух тысяч человек?
Надо было просто уйти, ускакать с теми воинами, которых я спас? Шестьсот сираков - страшный отряд.
Нет. Это мой народ. Я обязан им.
Он глубоко вздохнул, его рука опустилась на кожаную застежку на футляре для лука. Он расстегнул ее.
Это будет работа с луком, быстро и оперативно, иначе у нас будут проблемы.
Он посмотрел вперед: они приближались к вейнам, всадники Черена смотрели на него и его воинов. Позади них вейны становились все отчетливее; сиракские пленники в них были подавлены и плотно набиты, не было места для движения. В воздухе витала вонь мочи и экскрементов. Бледа почувствовал, как в нем разгорается гнев, а вместе с ним и страх, как кровь стучит в жилах, как неизбежность насилия обостряет все вокруг. Зрение, звук, запах - все казалось ярче, четче. Его пальцы дернулись к стрелам.
В периферийном зрении он видел, как Руга и Юл положили руки на луки.
Всадники из Сердца достигли вейнов. Двери клеток открывались, пленников Сирака заставляли забираться внутрь, подбадривая их остриями копий. Бледа увидел пожилого воина, который вел пленников. Он смотрел в сторону Бледы.
Он что-то сказал всаднику Черена, стоявшему неподалеку, и тот поскакал к Бледе. Он поднял руку в знак приветствия, затем небрежно опустил ее на лук.
Голос в голове Бледы подсказал ему, что пора, что колебания сейчас означают катастрофу.
Быстрее, чем он думал, лук оказался в его руке, а стрелы - в кулаке, первая стрела была зажата в гнезде, выпущена. Еще две стрелы в быстрой последовательности, первая попала во всадника, приближающегося к нему, брызги крови, когда он опрокинулся назад через седло. Вторая стрела попала в плечо более удаленного Черена, а третья пронзила его горло, когда он открыл рот, чтобы закричать.
Шепот и прикосновение каблуков, и его лошадь рванулась вперед, переходя с рыси на галоп, а лошадь, привязанная сзади, последовала за ней.
Юл, Руга и остальные члены его отряда рванулись вперед, широко разбегаясь, и через несколько ударов копыт в них полетел град стрел. Черен свалился с лошадей, двадцать, тридцать, больше, остальные воины потянулись к своим лукам. Отряд Бледы рванулся вперед, только стук копыт выдавал их наступление, и никаких боевых кличей.
Мы будем бесшумны, как волки в ночи, - приказал Бледа.
В него снова полетели стрелы. Он низко наклонился над седлом, коснулся колена, и Дилис свернула вправо, хотя и немного неловко с запасной лошадью, притороченной к седлу. Стрелы молнией пронеслись мимо него. Несколько криков позади него, стук падающих тел Сирака. Бледа видел, как старый воин пронзил копьем сиракского пленника. Другие пленники оборачивались на своих охранников, прыгали на них, стаскивали с лошадей.
Еще один кулек стрел, пролетевший за несколько ударов сердца, потом еще один. Он был уже почти среди них, его отряд выстроился в свободную линию. Стрела вонзилась в его седельную дугу, мгновение спустя другая стрела вонзилась в его левую руку, словно камень. Его отбросило назад, почти сбросив с седла. Он покачнулся, выпрямился, почувствовал, что хватка на луке ослабла, и сумел засунуть его обратно в чехол. Он дико огляделся, ища, откуда прилетели стрелы.
Старый воин. Он тянулся за новыми стрелами.
Руга тоже увидела его, закричала от гнева, что ее лорд ранен, прицелилась. Выпустила две стрелы за то время, которое понадобилось Бледе, чтобы сделать вдох.
Старый воин пригнулся и натянул поводья, первая стрела вонзилась в плечо лошади; она закричала и взвилась на дыбы, вторая стрела пронзила бедро воина. Он выпал из седла, копыта лошади грохнули о землю, и она бросилась наутек, протащив воина пятьдесят шагов, пока не сломалось кожаное стремя.
Кровь хлынула из бицепса Бледы. Он схватился за древко стрелы, торчащее из его плоти, и попытался переломить его - толчок боли и тошноты, грозивший опустошить желудок, заставил точки замелькать перед глазами. Он бросил это и потянулся через спину, доставая меч.
Слева от него послышалось движение, стук копыт - с берега реки показались всадники. Он усмехнулся, увидев Эллака, который вел за собой еще сотню их отряда. Они спустились к реке Селен и, сойдя с коней, повели их пешком по крутому берегу. Воспользовавшись тем, что вода спала, они подкрались ближе, скрытые от глаз крутыми берегами.
Теперь они атаковали во фланг вейнам и оставшимся Черенам, пуская стрелы. Бледа увидел, как Эллак первым достиг вейнов, и стрела отлетела от его баклера. Эллак вонзил копье в живот Черена, стоявшего на скамье для водил.
Бледа поднял меч, ища врага для убийства, и вместо этого увидел, как последний из Черенов упал с седла, его горло было рассечено мечом Юла. Он сдержал крик победы, а вместо этого поскакал к ближайшему вейну и перерубил болты, которыми он был заперт. Полетели искры, засовы упали, дверь клетки широко распахнулась, и Сирак, находившийся внутри, высыпал наружу. Он передал первому из них поводья своей запасной лошади. Еще больше сиракских всадников были там, помогая пленникам сесть в седла.