"Скажи мне", - сказала Джин.
"Они разделились. Всадники вошли в каждый овраг".
Внутри Джин закричала.
"Бледа, должно быть, направляется на запад", - сказала Джин. "Не в Тарбеш на юге. Если он направится в Тарбеш, то попадет в ловушку. Оттуда ему придется плыть в Страну Верных. Так какой же путь ведет на запад?"
"Невозможно сказать", - сказал Тарк. "Если только ты не знаешь землю. Это южные земли Сирака. Я всю жизнь совершал набеги на территорию Сирака, но никогда не был в пределах пятидесяти лиг от этих южных земель. Чтобы ответить на твой вопрос, нужны местные знания. Кто-нибудь знает эти земли?" - спросил он.
Капитаны Джин стояли все вместе. Хулан, Жаргал, Вачир, Медек, Эссен - все капитаны, возглавлявшие небольшие отряды в кампании Джин против Сиракского хартленда. Все они качали головами, говорили "нет".
Джин сделала длинный вдох.
"Тогда мы должны разделиться", - сказала Джин. "Сколько разных маршрутов, Тарк?"
"Шесть", - ответил разведчик.
Еще один непроизвольный вдох, Джин изо всех сил пыталась сдержать кипящий гнев.
"Хулан, Жаргал, Медек, Эссен, Вачир, возьмите по пятьсот воинов. Остальные со мной".
Овраг быстро крутился, земля была усеяна галькой и камнями. Идти приходилось медленно, Джин ощущала течение времени, как горящую свечу в груди. Воск таял, свет угасал. Тарк ехал впереди нее, ехал некоторое время, потом замедлился, осматривая землю.
Он указал на лишайник на валуне, когда Джин проезжала мимо него: потертость, прилипший к ней конский волос. Чуть дальше по лощине - куча конского навоза.
Было еще тепло.
Солнце начало опускаться к горизонту, температура падала.
Нет. Если наступит темнота, мы никогда его не найдем.
Тарк крикнул, другие воины позади Джин закричали.
Впереди показался силуэт лошади и всадника, стоящих у валуна. Голова лошади была опущена, она ела траву. Всадник сидел с прямой спиной, одетый в кожаный плащ и железный шлем, не обращая внимания на то, что Джин скачет к ним по лощине, а за ее спиной пятнадцать сотен Черенов.
Не успела Джин опомниться, как лук оказался в ее руках, стрела была нанизана и пущена по воздуху. Она вонзилась в плечо всадника.
Всадник покачнулся, затем затих. Никакого крика боли. Он даже не посмотрел в сторону Джин.
Вокруг зазвенели стрелы, темное облако поднялось и опустилось, раздался звон, когда тридцать стрел вонзились во всадника. Тот свалился с седла и исчез. Лошадь слегка вздрогнула, затем успокоилась и продолжила есть.
Джин пустила лошадь в галоп, не обращая внимания на местность, и первой добралась до лошади и всадника.
Черен оказался рядом с ней на несколько ударов сердца позже, луки были направлены во все стороны, ожидая засады и стрел, о которых все думали.
В этом месте овраг выравнивался, в нем был бассейн с чистой водой, вокруг которого росла темно-зеленая трава. Здесь было больше лошадей и всадников, разбросанных вокруг. Некоторые из лошадей пили из бассейна, другие ковырялись в траве, и все их всадники были странно прямоходящими и совершенно не интересовались Джин и ее воинами-черенцами.
Джин посмотрела на лежащего на земле воина, из которого торчала масса стрел.
Из него торчали.
Джин спрыгнула с лошади и ударила воина ногой. Кожаный плащ отвалился, обнажив ветку дерева, плащ был набит травой и соломой. Она стояла и смотрела на это, мгновение ее разум пытался понять, что она видит.
Затем она подняла голову к небу и закричала.
Далеко-далеко в горах раздался звук рога.
ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ БЛЕДА
Бледа держал свой лук наготове, стрела была наложена на тетиву, правая рука держала еще две. Он посмотрел на изрезанную линию горизонта, на солнце, погружающееся в горы.
Мы почти добрались. Он думал, что пугала на лошадях спасут их, и чуть не поцеловал Ругу, когда она предложила эту идею. Двадцать их запасных лошадей запрягли и пустили в галоп по каждой лощине, а к спине каждого привязали чучело из веток и кустов, набитых в сиракские доспехи.
Ему было больно терять сотню их лошадей, но если это даст им достаточно времени, то это будет разница между жизнью и смертью. Бледа и его сто восемьдесят воинов отправились вверх по лощине, которая, как был уверен Руга, вела к перевалу Тетис. Единственная проблема заключалась в том, что в лощине произошел обвал камней, и Бледа со своим отрядом был вынужден сойти на землю и расчистить проход. Это заняло слишком много времени, и хотя после этого они двигались быстро, учитывая скалистую местность и крутизну тропы, прошло совсем немного времени, прежде чем всадники с тыла поскакали вперед и предупредили Бледу, что слышны звуки преследования.
Вскоре после этого раздались крики и звон стрел, один из его воинов упал со стрелой в шее.
Бледа повел свой отряд дальше, с безрассудной скоростью, надеясь сохранить разрыв достаточно долго, чтобы солнце село и наступила ночь. Но тут они наткнулись на второй камнепад. Было слишком поздно. Черен настигал их.
И вот он сидел в седле, а вокруг него выстроилась сотня всадников с луками в руках и ждал. Он похлопал по шее своего коня, мерина, взятого у Черена. Он заскулил. Бледа весь день ездила на Дилис, и она, вся в соли и поту, отдыхала вместе с другими запасными лошадьми. Юл был рядом с ним, лук в кулаке.
"Не надо глупой храбрости", - сказал ему Юл. "Я присягнул Эллаку".
"У нас есть план", - сказала Бледа. "Я буду его придерживаться".
Юл хмыкнул.
Они выстроились в ряд поперек лощины, скалы и валуны охраняли оба фланга.
Хорошее, защищенное место, - подумала Бледа, - если бы я был белокрылым. Их стена из щитов хорошо бы сработала здесь, а эта земля не предназначена для лошадей. Нам нужно пространство, открытая равнина, чтобы вести войну.
Но кто знает, сколько Черенов скачет за нами по этой лощине?
Послышался стук лошадиных копыт, вой, и за поворотом огромного гранитного валуна показались фигуры. Одна лошадь, две, еще несколько, они рассредоточились по лощине, двигаясь осторожно.