Водитель в нем был, словно ребенок, радующийся своей игрушке. Призрак таких повидал много. Все они думали, что победа заключается в том, на какой машине ты гоняешь, но истина была в том, как ты умеешь управлять этой машиной.
— Все готовы? — прокричал Латинос и кивнул, дав девушке знак, что пора стартовать.
Шикарная блондинка вышла в центр и, встав перед машинами, сорвала с шеи платок, после чего, улыбнувшись, махнула им. Энрике нажал на педаль газа, и его мустанг рванул с места, оставляя позади себя лишь пыль. Музыка бомбила на всю, он переключал скорости, все его внимание было приковано к дороге и машине, которая пытается его обогнать, в какой-то миг перед его глазами появилась она, словно видение. Её лицо, глаза… и Рамирос чуть не врезался, отвлекшись, не увидев резкого поворота. — Да что с тобой?! Соберись!
Кого он пытался обмануть? Чувства к ней не остыли, просто смешались с ненавистью. Он желал её так же, как и раньше, только вот не испытывал былой нежности. Ярость вспыхнула в нем, и остаток гонки мужчина провел в состоянии слепой и жгучей озлобленности на нее, на себя, на весь мир…
Он победил, как и всегда, дважды грубо подрезав выскочку. Красный Феррари чуть не улетел с моста, но призраку было плевать — его методы всегда были жесткими. Он вернулся с победой, но, как всегда, не стал выходить из машины. Молодежь знала: мистер Икс не обнаружит себя, и снова исчезнет в ночи, но это не мешало им радоваться его победе. Загремела музыка, и парни и девушки стали танцевать, распивая горячительные напитки, а на мобильный Энрике пришло смс о поступлении денежных средств на его счет. Своя схема получения выигрыша. Он покинул место гонки, направившись почему-то туда, где когда-то хотел сделать предложение Эсмеральде. Остановив машину и заглушив мотор, Рамирос тяжело вздохнул, откинувшись на спинку сиденья.
Набережная. Место, где они так часто раньше сидели по ночам, встречая рассвет, и строили грандиозные планы на совместное будущее. Он не заметил, как достал из пачки сигарету и закурил, открыв окно.
— Эсмеральда-Эсмеральда… — прошептал он, едва шевеля губами, затягиваясь и выдыхая дым…
Рано утром, на рассвете, Энрике сидел уже в другой своей машине. Он любовался рассветом, красотами красок, что палитрой разливаются в небе с каждым восходом лучей солнца. Его мысли были далеки от тела: он думал о ней. О том, с какой легкостью ей удалось вернуться и стереть каждый проклятый день без нее. Этот запах, запах её тела, который он смог ощутить в эту ночь, танцуя и прижимая её к себе, как когда-то. Он пробудил в нем все то, что с таким усилием Рамирос запрятал глубоко в себя в ожидании момента, когда сможет отомстить. Но разве способен он причинить ей такую же боль?
Тремя часами позже.
— Ко мне никого не впускать, мне нужно разобраться с документами, а в три у меня встреча. На звонки я тоже отвечать не стану, поэтому всем говори, что меня нет.
— Хорошо, мистер Родригез, — он прошел в свой кабинет, а секретарь Мария, улыбнувшись, записала все указания. Полтора часа ему удалось поработать в спокойной обстановке. Когда дело касалось бизнеса, разум его полностью очищался, и это помогало не думать о ней. Но шум за стеной, повышенные тона и резко распахнувшаяся дверь нарушили его покой, приведя эту демоницу прямиком к нему. Он не поднимал головы, молча продолжая изучать договор дальше, так, словно её нет в кабинете, и воздух, начинавший электризоваться и создавать абсолютно невероятную атмосферу, ему так же не ощутим.
— Я пройду? — как-то тихо спрашивает она, а он все так же неотрывно смотрит на белый лист, текст которого просто плывет, и эту строчку сверху он читает уже трижды. — Хотелось еще раз взглянуть в твои глаза, Энрике.
Голос такой тихий, вкрадчивый, и с толикой страха. Но так ли это? Он медленно поднимает глаза, и смотрит на неё исподлобья, холодным и пустым взглядом, при этом все же обжигая каким-то зловещим огнем, опаляя ей крылья, как ночной бабочке, своим светом.