«Люди слишком привыкли быть порознь и делать только то, что хочется. Но теперь придется сплотиться и действовать организованно, сообща… Словом, еще посмотрим, кто кого», – рыцарь прервал собственные размышления и, дождавшись, пока Верникс растворится в портале, сделал шаг вперед.
Перед ним мерцал сиреневый овал портала, за которым клубилось густое марево, похожее на вишневый сироп. Араник вздрогнул и ощутил неясную тревогу. «Будь что будет!» – решил он и ступил внутрь. Невидимая сила толкнула его в грудь, сверкнула яркая вспышка – настолько ослепительная, что на мгновение рыцарю показалось, будто это последнее, что он видит в жизни. Но внезапно все вокруг потемнело, и его сознание окутал загадочный холодный мрак. Рыцарь чувствовал себя плывущим в пространстве, лишенном времени и материи.
Это могло длиться целую вечность, но вот тьма словно расступилась, обернулась знакомым предрассветным небом, затянутым тучами. Он обнаружил, что стоит на обочине дороги возле старого кладбища, того самого, где его совсем недавно привечал лич.
Уставившись на могильные холмики и недоуменно потирая лоб, Араник прислушался к собственным ощущениям. И обманчиво-спокойным тоном спросил самого себя:
– И что я здесь забыл?
От влажной земли тянуло холодом и сыростью. Рыцарь невольно поежился и понял, что оказался совершенно один, а его друзья каким-то образом переместились в точку сбора без него. От осознания собственной беспомощности изнутри стала подниматься волна ярости, затмившая разум. И вдруг сзади послышался знакомый, набивший оскомину скрип. Резко обернувшись, Араник рявкнул:
– Эвелисс, демон тебя раздери!
– Здесь я, Мастер, – проскрипел скелет, скорчившись в привычной улыбке.
– Какого… демона я здесь оказался? – зарычал рыцарь.
В воздухе зловеще мелькнуло отточенное лезвие, но в последнее мгновение Араник остановился, держа меч у шеи костлявого слуги.
– Почему ты здесь? Где герцог Вир Монт?
– Я доставил его в заброшенную церковь, а затем ты меня позвал за собой, и меня перенесло сюда.
– Что за глупые выдумки?! Не звал я тебя! И не сюда я хотел, – и тут его осенила внезапная догадка. Злобно взглянув на поднятую нежить, он поддел ее рукоятью меча, направляя в сторону кладбища.
– Где там наш знакомый лич? Пошли, упокоим кое-кого.
Перешагнув через грязный сугроб, мужчина прошел мимо толстых каменных столбов и ступил на территорию города мертвых. Эвелисс шел впереди, что-то неразборчиво бормоча и периодически оглядываясь на пылающего праведным гневом Араника.
– Здесь он, Мастер…
Рыцарь вгляделся в предрассветный сумрак и увидел, как между неровными рядами заброшенных надгробий и старых могильных плит шагает высокий силуэт, озаренный тусклым красноватым свечением.
– Так-так, благородный рыцарь-некромант, прошу в гости, – ухмыльнулся лич, бесшумно приблизившись к ним на расстояние не более десяти шагов.
Араник молча вертел родовым кинжалом, и, решив подождать с наказанием, спросил, глядя в кроваво-красные глаза рыцаря смерти:
– Это ты меня сюда переместил?
– Даже если бы захотел, то не сумел бы.
– Не держи меня за идиота! Что я, по-твоему, сам захотел к тебе в гости? – возмущенно вскрикнул Араник.
– Могу лишь предположить, что ты подсознательно выбрал это направление и каким-то образом изменил структуру магического потока.
– Врешь! – в бешенстве топнул Араник. – Я не умею открывать порталы и тем более менять их структуру.
Эвелисс беспокойно мялся на месте, опасливо переводя взгляд с одного рыцаря на другого. В этот момент к личу подплыла черная фантомная фигура и, протянув отросток, похожий на длинный палец, что-то прошипела. Рыцарь смерти взмахом руки отослал призрака и сверкнул глазами.
– Недалеко отсюда темные культисты начинают проведение ритуала призыва. Не хотелось бы, чтобы появившийся высший демон все тут распотрошил. И так поднимать некого. К тому же там есть неплохой трактир – тебе ведь вряд ли подойдет моя пища. Что скажешь, Араник Благородный?
На окраине Кресса – небольшого городка с единственным постоялым двором – адепты темного культа проводили ритуал призыва высшего демона. Они выбрали пустующий дом городского судьи, выходивший окнами на дорожный тракт. В спокойный предрассветный час прислужники зла расставили в должном порядке изображения темных сущностей, чаши с кровью и костями принесенных в жертву мужчин и женщин.