Время - Ночь
- Время? - сонно бормочет Она.
- Ночь, - отзываюсь я негромко.
Она придвигается и перекидывает мне руку поперек груди. Я отворачиваю голову и смотрю в окно. Среди переплетения веток растущего под ним дерева висит нарезанная ими на куски луна. Как круг сыра на черном блюде. Подавать порционно.
Как Она вчера сказала? “Теперь я тебя понимаю. Ты говорил, что сохнешь по мне и тоскуешь. Теперь я испытываю то же самое. Извини, но не по отношению к тебе”.
Даже не вспомню сейчас, что я почувствовал в первый момент. Не вспомню, потому что ошарашенное сердце вдруг бухнуло так, что мозг переключился на него, не сохранив в памяти тот ужасающе маленький, но такой жизненно важный момент первой реакции. Наверное, я был ошеломлен. Я и сейчас ошеломлен. Мыслью о том, как можно так переживать, теряя то, что никогда тебе не принадлежало. Попросту не было твоим, да и всё. Она ведь никогда не была моей. Не стала моей. Мечте не суждено было сбыться. Я оказался лишь мостиком, мостиком, перекинутым через провал между тем ужасным, что закончилось, и тем замечательным, что началось. Не более. Человек, который никогда не оглядывается назад, просто переходит бездонный провал по хлипкому мостику - и оставляет его за спиной. Навсегда. Это правило жизни.
А Она… Она любит двигаться вперед. И я знаю, что Она этого не сделает, не обернётся. И самое страшное - будет права. Потому что я для неё - это тупик при движении вперед. А Она - молода, у неё впереди вся жизнь. И новые счастливые отношения.
Двойственное чувство. Я и рад за неё, потому что как же не радоваться за счастье человека, который так быстро стал тебе настолько близок, что каждая минута в разлуке с ним стала пустой... А с другой стороны... Чувство потери настолько глубоко, что хочется выть.
Даже то, что мы спим вместе, не преуменьшает это чувство, а скорее, только усиливает. Да. В эти минуты я счастлив. Но лишь эйфория секса проходит - и это отвратительное состояние вновь накрывает с головой, подобно морскому приливу. Потому что как только луна поблекнет, Она встанет, стараясь не разбудить. Пройдет в ванную. Но лишь скрипнет диван, когда Она грациозно поднимется с него, как я просыпаюсь. Я открываю глаза и лежу неподвижно, глядя в окно, всей спиной ощущая её неторопливые движения. Чуть позже шумит вода. Я вздыхаю и закрываю глаза. Я вижу, как Она наклоняется над ванной, её чудесные волосы вытягиваются вниз мокрыми сосульками, тонкие пальцы взбивают пену шампуня в густых прядях. Шампунь пахнет земляникой. Вся Она пахнет земляникой. Этот аромат у меня ассоциируется теперь только с ней. С чувственными губами. С чудными, всегда словно удивленными, глазами цвета малахита. С маленькой грудью, тонкой талией. С плоским животом, покрытым довольно густым пушком вокруг пупка, что меня просто невероятно возбуждает.
Шум воды смолкает. Мои глаза закрыты, но я вижу, как Она вытирает волосы темно-синим полотенцем, склонив голову набок и внимательно глядя на себя в зеркало. Потом в мои чуткие уши врезается гул фена. Забавно. Я так уверенно убедил её, что сплю, как убитый, что Она совершенно не боится разбудить меня этим грохотом.
Фен замолкает. Я знаю, что происходит. Только что созданные локоны обрамляют её лицо, которой Она приблизила к зеркалу вплотную. Чуть приоткрыв губы, Она красит ресницы, слегка прикрывая и вновь распахивая глаза... Я готов лежать и слушать эту короткую тишину каждое утро. Но это невозможно.
Хлопает дверь и через несколько секунд начинает ворчать электрочайник. Время побудки.
Я слышу, как Она идет ко мне, и замираю в ожидании первого прикосновения.
Касание её пальцев моей спины пронзает насквозь. Она проводит ими вверх по позвоночнику, запускает их в мои волосы. Наслаждение так велико, что у меня перехватывает дыхание. Потом я открываю глаза и поворачиваюсь к ней, улыбаясь. На неё нельзя смотреть без улыбки. Это неземное создание распространяет вокруг себя почти ощутимые волны обаяния...
Дальнейшее полностью предсказуемо и поэтому каждый раз вызывает почти физическую боль.
Мы попьем чаю. При этом я не смогу отвести глаз от её лица, а её взгляд будет блуждать по кухне и ни разу не встретится с моим. Потом Она наденет свою серую куртку и виновато посмотрит на меня, трогательно беря за руки.
- Мне пора. - Она говорит это легко. Для неё все решено, и решение наполняет её радостью от его правильности. Сейчас Она поедет к тому, с кем счастлива. То, что Она уезжает к нему от меня, не омрачает этого счастья.