Интересно, бывают люди, которым идёт их дикость? Которые без живого блеска в глазах напрягают ещё больше, чем в обычном состоянии? Я невольно задумался об этом, потому что в голове мелькнула мысль: «Хочу чокнутую Хилл обратно». Не знаю, как, но я уже привык к её тупым шуткам и подколам. Смирился ещё тогда, на пляже, когда вытащил из океана.
Меня бесило её неуважение ко мне, я ведь старше. Но ещё больше бесила эта флегматичность. Хотелось толкнуть её в плечо и крикнуть: «Очнись!».
Мы уже добрались до берега. У входа на пляж я свернул направо, пройдя через небольшой пустырь, а потом кусты зарослей. Я не хотел быть на берегу для туристов, где их целые десятки. Я направился к той части пляжа, где только местные серферы.
Пока Хилл по моему указанию раздевалась, я достал ей доску. Я тоже скинул джинсы и майку, оказавшись в купальных шортах. Солнце лизнуло меня лучами по загорелой гладкой коже, и я с удовольствием выгнулся, чувствуя себя в своей стихии.
Через минуту рядом стояла Хилл. У меня аж мурашки пробежали по коже. Сбитые на бок платиновые волосы, в которых торчал цветок, красный купальник на завязках и незатянутый на щиколотке ремень от доски. Я снова наклонился, чтобы покрепче застегнуть его.
— Готова, обезьянка? — спросил я и, поднявшись, ухмыльнулся.
— Мгм, — выдохнула она и шагнула к воде.
Непрошибаемая женщина. Я недовольно фыркнул и направился в воду с ней. Она забралась на доску, а я стал объяснять, как правильно держать на ней равновесие и как ловчее поворачивать. Хилл слушала меня внимательно, хотя и без энтузиазма. Она пыталась повторять движения, которые я показывал, выглядело забавно.
Пока я говорил, не заметил как гребень волны уже подобрался к нам и с лихвой окатил, откинув на пару метров назад. Меня накрыло с головой, но я привык к такому и, оттолкнувшись от дна, быстро вынырнул. Спустя секунду вынырнула и Алесса, которая взъерошила мокрые волосы и выплюнула солёную воду.
— Ты в норме? — спросил я и подплыл к ней.
Там, где оказалась она, дна уже было не достать. Я заметил её какой-то обеспокоенный взгляд, мечущийся по поверхности воды.
— Д-да, — неуверенно ответила она.
Она все вертелась, будто искала что-то. Нахмурилась.
— Что такое? — нехотя спросил я, хотя и знал, что она не скажет.
— Н-ничего. Ты объясняй дальше, продолжай...
Я оглядел её. Сквозь прозрачную лазурную воду я видел её ноги и тело. От правой ноги отходил трос, который крепился к ремешку на щиколотке. Я сжал челюсть.
— Где доска? — дошло до меня.
Я встретил взволнованный взгляд солнечных глаз.
— Где доска, Хилл?
Замявшись, Лис опустила голову, пытаясь держаться на плаву.
— Её волной сбило под воду. Она застряла в кораллах, я думаю. — И резко оживилась. — Но это не важно! Объясняй дальше, я сейчас достану её.
У меня аж дыхание сбило от злости и возмущения.
— Хилл! Ты сама её не достанешь, сил не хватит! Дура, чего сразу не сказала?! Сейчас накроет второй волной, и ты потонешь! Тебя даже к берегу не откинет, нога-то к доске привязана! Вместе с ней в кораллах и застрянешь! А они режут ногу до кости, острые, как бритва!
Она заметалась, как дикая, нырнув под воду и попытавшись отстегнуть ногу от ремешка. Но у неё всегда с этим были проблемы, и уж если на поверхности она неважно справляется, то под водой точно не отстегнет.
Я подплыл ближе к ней, решив, что сам отстегну её. Но она оттолкнула меня, я даже не ожидал этого.
— Киллиан, нет! Я сама, — буркнула она и продолжила возиться.
Как я не начал дышать огнём от злости в тот момент?
— Ты совсем двинутая? Тебя накроет сейчас!
Я снова подплыл к ней, но она пихнула меня ногой в живот и оттолкнулась подальше.
Да что за черт её укусил сегодня?!
Я краем глаза заметил, как набегает вторая волна. Она уже набрала силу, и, скользив к нам, стала становиться меньше и ниже, но ударная сила от этого не спадёт.
Я тихо выругался, и, за несколько секунд до удара волной, подскочил к Алессе и прижал к себе, нырнув под воду.
Все звуки, весь шум и весь дневной свет померкли. Все осталось там, на поверхности. Под водой движения становились плавными, звуки глохли, свет искажался и превращался в мелкие блики. Белый нежный песок на дне изредка поднимался и клубился, когда происходил удар волной.
Я, все ещё прижимая к себе Алессу, которая слишком удивилась, чтобы как-то сопротивляться, спускался ко дну, держась за трос от её ремешка. По нему я мог найти доску. Мы подобрались к острым мерцающим кораллам, которые твёрдой хваткой держали доску. Я нащупал неострую их часть пальцами, и, одной рукой обнимая сжавшуюся Хилл, развернулся и ударил по ним ногой. И снова. Все удары сглаживались и были медленнее, чем хотелось, но сил хватило.