— Я слышала, ты идёшь на вечеринку сегодня, — невзначай сказала я, рухнув на свою кровать и подняв глаза на брата.
— Ага, с куратором, — кивнул Марио, накинув на плечи футболку. — Что, тоже хочешь?
— Я уже иду, — горло заявила я и улыбнулась. — С Киллианом.
— С этим засранцем? Ну ты даёшь, — усмехнулся Марьен.
Он подошёл к моей кровати и облокотился о прикроватную тумбу.
— Он мой куратор, — зло ответила я и сощурилась. — И тем более...
Мысль не завязалась, потому что я поймала взглядом бегающую за спиной брата его полуголую подружку. Она надела шорты, а сейчас старательно искала бюстгальтер. Ее не смущало ничего: она светила своей грудью. А что такого? Я — девочка, а с Марио она уже спала и он все видел. Но меня это немного сбивало.
— Тем более?.. — переспросил брат.
— Тем более он классный и... — я нахмурилась. — Послушай, ты, — прервалась я и села на кровати, обратившись к той девушке. — Может, все же наденешь лифчик? Ну или прикройся.
Рыжеволосая девица смущённо улыбнулась, пожав плечами и прошептав: «Прости, прости». Она прикрылась, и продолжила поиски. Я вздохнула:
— Он классный, и настоящий профессионал.
— Да, но он такой высокомерный.
Я пульнула в брата невидимую молнию. Но его точно уколол мой взгляд.
— Кто бы говорил, — произнесла недовольно я, и Марьен ухмыльнулся. — Я даже не хочу идти на тусовку без Киллиана.
Марио задумчиво посмотрел куда-то, потерев подбородок.
— Послушай, Лис, — заговорил он, одновременно наклонившись и нащупав пальцами лифчик. — А ты не привязалась к нему часом?
Разглядев чёрный кружевной бюстгальтер, он кинул его за спину. Девушка ахнула и подцепила своё белье, старательно застёгивая его. Я невольно засмотрелась на то, с каким умным и серьёзным видом эта интеллектуалка пыталась соединить застёжки. Около минуты рыжеволосая надевала своё белье и одевалась.
— Глупости какие, — фыркнула я, не отрывая взгляда и не моргая. — Он просто талантливый... Крутой, сильный... Хорошо учит...
Я прервала это гипнотизирующее зрелище, отвернувшись к брату. А он смотрел на меня в ответ, пытаясь пригладить платиновые волосы.
— Уф, Алесса, — вздохнул он и присел ко мне на кровать, закинув руку мне на плечи. — Только не тупи и не бегай за ним. Он не воспринимает тебя всерьёз, мне кажется.
Я рассеянно кивнула.
— Да я не бегаю. Мне просто хочется ближе узнать его.
— Только регулируй своё «ближе», окей?
Я встала, решительно кивнув.
— Успокойся, Марио. Он тоже заинтересован во мне и не будет делать гадости.
— Ну-ну, — с сомнением промычал брат. — На вечеринке посмотрим.
Я подошла к шкафу, став выбирать одежду, а Марьен выпроваживал девушку.
Глава 4
— Карие глаза — самые красивые, — в полной уверенности заявил Марьен.
— Это ещё почему?! — обернулась я, оторвавшись от куста плюмерий.
Брат повременил с ответом несколько секунд, засмотревшись на витрину. Он всегда имел своё мнение на каждый счёт, предпочитая осведомлять о нем резко и грубо.
— Потому. — Он ухмыльнулся, довольный своей загадочностью.
Но когда Марио напоролся на мой недовольный и выпытывающий взгляд, развёл руками и заговорил:
— Карими глазами обладают необычные люди. Я не говорю о почти черных или совсем темно-карих. Я говорю о тех глазах, которые легко меняют свои оттенки. Карие глаза могут быть насыщенными золотыми, а могут быть яркими красными, или с шоколадным отливом, или с зеленью. Карие глаза — самые красивые, необычные и яркие, — вновь подытожил он.
— И что, ты даже не рассматриваешь другие цвета? — с насмешкой спросила я.
— Неа.
Я вспоминал карие глаза Саймона, друга Киллиана. У меня были особые планы на него этим вечером.
Сегодня Марьен заявил, что планирует закрутить с кареглазой девушкой. На мой логичный вопрос, — «Почему?» — я получила именно такой ответ. Что за жуткое варево в голова моего брата я разбираться не стала. Лишь медленно отвела взгляд, и вновь принялась рассматривать город. Гонолулу всегда жил словно в выходной. Он отсыпался до пяти вечера, а потом огни на улицах загорались, бары открывали свои двери, начинала играть музыка, и численность разных мероприятий в поселении переваливала за миллиард.
Вечеринки, шоу, праздники, конкурсы, бесплатные банкеты — каждый вечер и ночь все крутилось и вертелось, и утихало лишь к утру.