— Значит, ты живешь здесь? — попыталась я разбавить молчание.
— Уже нет, — ответил Сай. — Моя сестра приехала, и сейчас я живу у нее.
— У тебя есть сестра? — чуть пораженно спросила я.
— Не родная, а двоюродная.
Я кивнула. Отвернулась к нему спиной, засмотревшись на развешанные повсюду снимки. Вот Саймон совсем юный, радостный и счастливый. В одной руке у него доска для серфинга, другую он закинул на такого же юного Киллиана. На втором снимке Саймон уже с кем-то другим, тоже с улыбкой на лице. И таких снимков было целое множество.
Мне он казался беззаботным и добрым человеком. Он помог мне на вечеринке, обратив на меня внимание и согласившись побыть рядом. Я видела, как Киллиану не было дела до этого, поэтому Сай оказался хорошим утешением. Хотя странно, что начала я вечер с ним, а закончила с Кастелланом. Это ведь он, как сказал, донес меня пьяной до дома. Марьен, наверное, не видел этого, иначе не позволил бы такому случиться.
Я ощутила прилив тяжелого отчаяния. В ту ночь я могла бы побыть вместе с Киллианом и послушать его, просто поболтать. Но я напилась. А потом, как сказал Марио, у меня снова был припадок. Ясное дело, отчего утром я едва соображала.
Ненавижу эту слабость. Слабость — это убожество.
А я обязана быть сильной. Моя сумеречная спутанность как дыра внутри, порочащая и портящая всю меня целиком.
Я чувствую себя пристыженной девицей, которая прячет свои пятна за спиной. Я ненавижу врать и скрывать что-то, но если кто узнает, что на самом деле я слабачка — я просто умру от стыда.
Когда я обернулась, чтобы что-нибудь сказать, неожиданно отпрянула. Саймон оказался совсем близко, рассматривая меня.
— Чего ты так боишься? — усмехнулся он. — Мы уже бывали наедине.
— Я не боюсь, — немного соврала я. Или нет; я не боялась, а нервничала. — Мы даже целовались на вечеринке. Я помню.
Я заметила промелькнувшую улыбку на его губах. Пару часов назад он казался грубым и отчуждённым, абсолютно незаинтересованным во мне. А сейчас льнет, как кот к сметане, рассматривая меня и ухмыляясь.
Я его не понимаю. Я нравлюсь ему или нет?
— Тогда тебя ничего не испугает, если мы уже делали это?
Саймон склонился ко мне, прикрыв глаза.
***
— Вы нашли?
Я зашёл как раз в тот момент, когда Саймон взял со стола тетрадь с нотами, а Хилл свою бутылку с сидром.
Цивильно. Все очень цивильно. А я боялся, что тут что-нибудь может произойти.
— Она просто потерялась, — равнодушно ответил Саймон.
— В твоём хламе? Не мудрено, — пожал плечами я. — Я удивлён, что ты сам такой чистый, когда живёшь здесь.
Стаймест направился в мою сторону, где был выход на улицу. Он вытер угол губ, глянув на меня. Его тёмные глаза даже не блестели, не отражая свет. Из-за густых ресниц, которые делали зеницы будто бы бархатными.
— А я и не живу здесь. Моя сестра приехала, я сейчас у неё ночую.
Он вышел, а я замер на месте. Его сестра? Внутри заворошилось что-то. Я понятия не имею, как она выглядит, но знаю, что ее зовут Стелла. И что когда она приезжает, случается кое-что плохое. Такое, что влияет на Саймона.
Мои мысли прервала Алесса, приглаживающая волосы и тоже идущая к выходу.
— Нам разве не пора на тренировку? — обыденным тоном спросила она.
Я кивнул.
И ощутил облегчение. Раз его сестра здесь, Стаймест точно не будет приставить к Алессе. У него теперь совсем другие заботы.
***
Как и ожидалось, небо совсем потемнело от густых свинцовых туч, заполнивших небо. Близился дождь, и океан разошёлся не на шутку. Волны, словно дикие, бились друг о друга, бушевали и ревели. Ветер свистел между пальмами, растрепав мне и Алессе волосы. Под боком она держала доску, задумчиво всматриваясь в горизонт. Золотые глаза сощурены, губы поджаты.
Мыслями она была точно не здесь.
— Посерфить не выйдет, — сказал я. — Хорошо, что мы тебя к доске не успели пристегнуть... Ты слушаешь?
Она повернулась, несколько раз заморгав.
— Ага. Ну тогда не будем сегодня.