— Лиса! Лис, прошу тебя, — доносились обрывки фраз. — Лис, очнись, отогни от себя галлюцинации. Это все неправда.
Я замотала головой, жалостливо заскулив.
— Я здесь, я с тобой. Открой глаза!
Образ умирающей мамы стал расплываться, и через эту рябь я начала видеть что-то другое. Что-то реальное.
— Тише, тише, спокойно. Все хорошо, слышишь? Все хорошо...
Я ощутила, как он обнял меня, а потом погладил по голове. Ясные желтые глаза, блестящие в темноте, были с волнением уставлены на меня. Галлюцинации почти исчезли в тот момент, когда я стала понимать и видеть, где нахожусь и что происходит.
Тревога, страх и ужас медленно исчезали в груди и голове, давая возможность успокоиться и вдохнуть свежего воздуха.
Я задрожала, втягивая воздух с какой-то жадностью.
Передо мной на коленях стоял Марьен, сжимая мои руки в своих ладонях. Он сосредоточенно смотрел на меня, силясь понять, закончился ли у меня припадок. Я сидела на кровати, сгорбившись, и смотрела сквозь брата в пустоту. Погладив меня по плечу, Марио тихо спросил:
— В норме?
Я опустила на него взгляд. Он сам едва проснулся: взъерошенные светлые волосы, мятая пижама и заспанный вид. И именно я его разбудила. Снова.
— Да, — отречено ответила я, ощутив прожигающий стыд. — Все прошло.
Во рту стало горько от неприязни к самой себе. Я — выродок. Почему именно у меня в голове все так сложно? Почему я не могу жить спокойно, не мучая по ночам брата и себя?
— За что мне это? — подавленно сказала я.— Это наказание за то, что я не смогла помочь маме?
Марио вдруг испугался.
— Эй! Не надо так говорить, ты ничего не могла сделать, — он облизнул сухие губы, сев рядом со мной на кровать. — Не надо мучиться из-за этого.
Я взялась за голову, зарывшись пальцами в волосы.
— Я убогая. Психичка. Слабая.
Марьен закинул мне руку на плечи и приобнял.
— Нет, Лис. Ты можешь навалять кому угодно. Ты не слабая. И ты прекрасно контролируешь себя. Ты не психичка. И ты прекрасна. Ты не убогая.
Он каждый раз говорит мне это, пытаясь внушить слова в мою голову. Я понимаю, что он лишь успокаивает меня. И все это ложь.
— Не ври мне, Марио. Ты говоришь это, потому что ты — моя семья, и пытаешься поддержать.
— Алесса. Это потому, что лишь я знаю о том, что у тебя проблемы. Если бы кто-то другой узнал, что у тебя сумеречное расстройство сознания и какая ты сильная, раз живешь с этим и справляешься, тобой восхитились бы.
— Не дай бог кому узнать об этом! — всплеснула я руками.— Я умру от стыда!
— Зря, — хмыкнул брат.— Вот увидишь. Тот, кто примет тебя такой и полюбит, избавит тебя от этого. Ты перестанешь стыдиться себя, забудешь и отпустишь ту ночь, когда мамы не стало. И припадки пройдут. Просто нужен кто-то кроме меня, кто поможет.
Я опустила голову, тяжело вздохнув. Это невозможно. Невозможно полюбить и принять такого человека, как я. Такого ненормального, слабого, жалкого. Того, кто видел, как родной человек умирает, и кто не сумел помочь.
Я ненавижу себя.
— Не хочу даже слышать об этом, — ответила я и забралась на кровать с ногами. — Я сама заставлю болезнь уйти. А ты не смей говорить никому об этом. Понял? Никому.
Марио лишь послушно кивнул, и лег рядом со мной. Он всегда ложится рядом, дожидается, когда я усну, и идет обратно к себе. Чаще всего я просто притворяюсь, что уснула, чтобы он не беспокоился и смог сам уже спокойно лечь спать. В этот раз я поступила точно так же.
Закрыв глаза, я задумалась в окончательно чистом, очнувшемся сознании. Что было бы, если бы все узнали? Представляю, как бы ужаснулся Киллиан. Он и без того считает меня слабой и без малого чокнутой. А тут еще и оказывается, что это правда. Он бы точно скривился и отказался бы курировать меня. А если бы узнал Саймон? Может, он бы и не засмеял меня? Ведь он провел со мной вечер на той вечеринке, зная, что Киллиану нет до меня дела. И показывал свои фотографии в гараже. Может, он поймет?
Я не привыкла доверять людям. Потому что очень легко ошибиться в том, кому верить можно, а кому нет. Проще не верить никому, чтобы не получить нож в спину. Но легче ли от этого? Легче ли закрыться от всех, чтобы избежать боли? Или стоит раз рискнуть ради человека, который, возможно, заслуживает этого? А как понять, что это правильно, и что все не окажется обманом? Можно ли доверять людям, или лучше не тешить себя надеждами и справляться самому?