Почему-то её слова заставили меня улыбнуться. Хилл уже побежала вперёд, прыгая на песке и напевая какую-то мелодию. Мокрые светлые волосы растрепались на вечернем ветру, влажная рубашка облепила её стройное тело, а из-под джинсовых шорт выглядывала лента чёрного белья.
Алесса оказалась беспечной, доброй, но совершенно чокнутой девчонкой, которой, похоже, я нравился, и которая решительно хочет научиться сёрфингу.
В этот момент я ощутил удовольствие. Мне захотелось запечатлеть этот момент. И образ довольной прыгающей в закатных лучах Хилл, в мокрой одежде и с розовыми щеками, понравился мне больше того образа в купальнике, который я представил себе сегодня.
— Окей, я попробую разобраться с тобой, свихнувшаяся.
Я сказал это тихо, и она не услышала. Но главное, что услышал я и уже решил: я буду курировать эту девчонку. Моему покою конец.
Глава 2
Да, я давно этого не делал. Но мой долг звал меня — и я поддался влечению.
Хотя нет, не влечению. Потому что в Университет меня вообще не влекло. Я сторонился этого места. Да, «Айсленд» был большим и красивым, сюда пытались пробиться много студентов. Но мне все равно не нравилось здесь. Целая куча подростков и молодых, которые греют себя надеждами о светлом будущем и воюют друг между другом.
Я даже не хотел сегодня идти сюда, чтобы работать. Окей, я куратор. Но, быть может, они там и без меня справятся. К сожалению, позвонил Маттиас и вправил мне мозги.
В восточной части моего района Гавайских островов, стоял сам университет. В нем было много корпусов, все они просторные и красивые. Сделанные из чистого светлого камня, его высокие крыши выделялись среди средних размеров зданий. Все корпуса были связаны между собой узкой тропинкой, вокруг которой зеленел газон и пошатывались на ветру пальмы. Обычно в здание не было дверей — только широкие арки. Створки запирались лишь на ночь или во время бурь.
Во время ланча и на больших переменах, на газоне валялись студенты. Спортсмены выкраивали время погонять мяч, а искусствоведы порисовать или поиграть на инструментах. Корпуса делились на несколько учебных, на кафетерий, корпус для преподавателей, спортивный и искусствоведческий корпуса, и ещё несколько клубных, где студенты выполняли свои проекты.
«Айсленд» хорошего спонсирования, и деньги тратились на развитие заведения. Тут было красиво и уютно.
Но только не мне.
Как я уже сказал, долг звал меня. Хоть я и не хотел, но все равно поперся.
Мне нужна была Алесса.
На прошлой неделе я оценил её способности в спорте: средние. После уикэнда, я наконец соизволил посетить университет, чтобы найти её и составить план тренировок. Я же типа её учитель — куратор. Знаете, типа такой офигенно сексуальный учитель.
Ну, мне нравилось так думать.
Я остановился напротив входа в университет. На мне была свободная белая майка, джинсовые шорты и бейсболка козырьком назад. На глазах очки. Рассматривая студентов, я заметил, как за большое поле дерутся спортсмены и музыканты. Очевидно, первые хотели разогреться на нем, а вторые играть.
— Мы первые его заняли, тупые качки, — фыркнула какая-то девица.
— Двигайте отсюда, снобы, — гаркнул на неё парень,
Я лишь вздохнул. Да, снова эта атмосфера. Абсолютно та же, когда я учился тут.
Направившись внутрь, я стал бродить по коридорам, вдоль которых тянулись студенческие шкафчики. На улице пекло, и пахло зеленью и солью с океана. Но внутри университета было прохладно и приятно, отчего я расслабился и смог перевести дух. Честно говоря, я уже забыл, где находится корпус для спортивной группы А, в которой учится Алесса.
Поэтому я решил, что спрошу у кого-нибудь.
Недолго искав, я наткнулся на парня. Он развалился на скамье, облокотившись головой и спиной о стену, и тихо сопел. На взъерошенных светлых волосах сидела кепка, глаза закрывали плотные темные очки.
По нему видно, что он либо обдолбан, либо с похмелья, но я все равно решил докопаться до него. Тем более, что он вызывал во мне чувство, будто мы знакомы. Лицо его что-то ворошило в моей памяти, и, недолго думая, я уже оказался рядом.
Ткнув его рукой в плечо, я произнёс:
— Эй, пацан, подъём.
Он отпихнул от себя руку.
— Исчезни...
— Я тебе сказал встать, — уже рыкнул я и тряхнул парня за плечо. Стянул с глаз очки, чтобы попытаться грозным взглядом напугать его.
Он дернулся; по хмурым бровям я понял, что моя жертва злится. Но, окинув меня оценивающим, хоть и злым взглядом, он все же соизволил тоже снять с лица очки. Наверное, догнал, что я куратор, заметив висевшую у меня на груди карточку с пропуском. Точно, я угадал. Он пил. Белки были воспалённые, глаза уставшие.