И с этими словами она вышла за дверь.
Джози подошла ближе.
— Алисса... — она слегка улыбнулась, — это Алисса. Слишком большое сердце. Слишком болтливый рот. Слишком всего. Она — само воплощение любви, и пыталась сказать, что мы хотели бы поприветствовать вас в Магдалене. Поэтому я надеюсь, вы позвоните и назначите встречу.
Дерзкая, но милая.
Спокойная и тоже милая.
Я приняла решение.
— Наверное... позвоню.
Она улыбнулась и протянула мне руку.
— Я Джози Спир.
Я приняла ее руку.
— Кэди Морленд.
— Приятно познакомиться, — пробормотала она, сжимая мою руку и отпуская ее. — Скоро увидимся. Желаю вам счастливого Рождества.
— И вам тоже.
Она коротко коснулась моей руки и последовала за подругой.
В Магдалене у меня были Джеки и Аманда, но Аманда жила не близко, поэтому мы виделись, но не так часто.
Теперь у меня был Курт.
А с Куртом (в конце концов) придет Джейни.
Но девушка нуждалась в своих девочках, и как бы дико ни было то, что только что произошло, было приятно, что незнакомые люди подошли ко мне и фактически предложили стать моими девочками.
— Мне это нужно? — крикнула Кэт с другого конца магазина.
Я посмотрела в ее сторону и увидела, что она держит пурпурный ковш, который ей совершенно не нужен.
— Сейчас Рождество, а ты покупаешь вещи для себя? — крикнула Пэм с другого конца магазина.
— Пэт и не подумает купить мне пурпурный ковш, — крикнула в ответ Кэт.
— Надеюсь, что нет, — вставила Шеннон.
Вераити подошла к матери, взяла у нее из рук ковш и направилась к кассе со словами:
— Счастливого Рождества, мама.
Кэт просияла.
Какой бы веселой и милой ни была моя семья, я старалась не кричать им, чтобы они поторопились.
В конце концов, мы вышли, добрались до продуктового магазина, потом домой, и мне пришлось сделать три пирога, чтобы два оставить для семьи.
Один для Курта и Джейни (и, возможно, Ким).
Так что теперь я ехала к Курту, и в голове у меня было полно всякой всячины.
Во-первых, мне было ужасно любопытно, где он живет. Адрес, который он мне прислал, я ввела в спутниковый навигатор (в то же время он заботливо предложил взять с собой Полночь, чему я обрадовалась, так как волновалась, ведь до этого, мы почти не проводили время порознь).
Но адрес я знала и раньше. Из отчетов следователя.
Просто никогда не мучила себя поисками.
Еще у меня в голове вертелись сказанные напоследок слова Майка, он отвел меня в сторону после того, как я попрощалась, но до того, как вышла за дверь.
— Скажи этому парню, что он придет на рождественский ужин.
Мне очень нужно, чтобы Майк перестал называть Курта «этот парень».
Однако сейчас для этого было не время.
— Майк, у него есть дочь.
— Она станет частью твоей семьи, нашей семьи, семьи, куда ты хочешь, чтобы мы его приняли, так что она тоже должна с нами познакомиться.
— Слишком рано, — сказала я ему, потому что так и было, и, должна признать, я немного обиделась, потому что он тоже должен был это понимать.
— Она не поймет, что происходит. Ей пять лет. Она просто увидит, что находится в кругу любящей семьи.
— А еще она увидит, как ты смотришь на ее отца исподлобья, — парировала я.
Майк ничего не ответил.
А это означало, что взгляда исподлобья не избежать.
— Если ты согласишься отнестись к нему честно и дать шанс, я поговорю с Куртом, — предложила я. — Если, нет, Майк, ты встретишься с Куртом до возвращения домой, но когда он будет готов к этому, и встретишься с Джейни, когда он примет решение, что время пришло, потому что я сама еще даже не встречался с ней официально, возможно, он считает, что время неподходящее.
— Показать ей, как сильно тебя любят и как сильно ты любишь свою семью, — самое подходящее время, Кэди, — ответил он. — Но я заключу с тобой эту сделку.
На этом я, Полночь и пирог вышли, сели в машину, и я написала Курту, что уже еду.
Но теперь я думала не только о том, что не должна была заключать эту сделку, но и о том, что не должна была говорить совершенно незнакомым людям в магазине кухонных принадлежностей, что нам с Куртом потребовалось почти два десятилетия, чтобы разобраться в себе. Они обе, очевидно, его знали. Он был шерифом. Мне не следовало подкидывать пищу для сплетен.
Другими словами, помимо предстоящей встречи, по пути я чертовски нервничала.
Но к тому времени, как добралась до его квартала, мои нервы были на пределе.
Вся нервозность улетучилась, когда я посчитала номера домов и, наконец, увидела дом Курта.
Я никогда не позволяла себе представлять нас снова вместе, и я также никогда не позволяла разуму фантазировать о нечто большем, особенно после того, как узнала, что у него была дочь.