Продолжая чистить зубы, она кивнула.
Курт снова поцеловал ее в нос.
Подняв голову во второй раз, он пробормотал:
— Встретимся в постели.
Она снова кивнула, улыбаясь и не переставая двигать щеткой.
Да, его Кэди сорок один год, а она все также мила.
Он быстро ее обнял, отпустил и вышел из комнаты.
Он натянул пижамные штаны, прошелся по дому, проверил двери, выключил свет, и к тому времени, как добрался до спальни, Кэди уже вышла из ванной и лежала под одеялом в его постели.
Это было самое прекрасное видение, которое он видел с тех пор, как этим утром в детском саду дочка помахала ему на прощание.
Так что, идя через комнату, Курт не отрывал от нее взгляда.
А затем присоединился к ней в кровати.
Глава 22
Рай
Кэди
Наши дни...
ПОЛНОЧЬ ГАВКНУЛА, содрогнувшись всем телом, отчего я проснулась.
В кровати Курта.
Я приподнялась на локте как раз в тот момент, когда она снова зарычала и спрыгнула с постели.
Было почти темно, но я видела слабый свет, льющийся из коридора, потому что оставила его на кухне для Курта.
В тот день мы вместе обедали в «Уэзерби» и умудрились пройти через это, не отправившись на поиски туалетной комнаты, чтобы заняться сексом.
Как же потрясающе делать что-то каждый день, как, например, встречаться со своим мужчиной в его обеденный перерыв. У меня никогда такого не было.
Мне это нравилось.
И все же я скучала по сексу.
В тот вечер он пришел на ужин, и я запоздало испекла для своей семьи (и для Курта) пирог из спагетти.
Он его одобрил.
Впрочем, я уже знала, Курт Йегер любит пироги во всех видах. Когда-то я сделала ему пастуший пирог, и он ему тоже понравился.
Тем не менее, его вызвали с работы, так что он ушел вскоре после того, как Декстер и Корбин попросили по четвертому куску, то есть около восьми часов.
Взглянув на стоявший на ночном столике будильник Курта, я увидела, что уже почти час ночи.
Но не услышала никакого лая.
Я решила, это означает, что Курт дома.
Я откинула одеяло, и меня обдало холодом, начисто стерев остатки сна.
Курт был дома, так что я слезла с кровати, вышла из комнаты, добралась по коридору до лестницы и спустилась вниз. Щурясь, в попытке привыкнуть к свету из кухни, я налетела на дверь. Поморщившись, я увидела, как Курт, в светло-коричневой рубашке шерифа и бежевой футболке под ней, направляется ко мне, а рядом с ним гарцует Полночь.
— Детка, тебе не следовало вставать, — сказал он, подходя ко мне и протягивая руку к выключателю, чтобы погасить свет на кухне.
Он обнял меня за плечи, развернул и повел вверх по лестнице.
— Все в порядке? — спросила я.
— Самоубийство.
Я почти остановилась на ступеньках, но давление на плечи от рук Курта заставило меня идти дальше.
— О Боже! Мне жаль. Какой ужас, — прошептала я.
— Такое случается. В это время года можно гарантировать, по крайней мере, один случай. — Его глубокий голос звучал одновременно измученно и утомленно.
Сказать, что суровость его работы не ускользнула от меня, было бы преуменьшением. Я окунулась в нее с головой, как никогда раньше.
Однако, зная теперь об этом, я растерялась.
— Не знаю, что сказать, — сказала я, чувствуя себя бессильной помочь, даже подыскать правильные слова.
— Это работа, Кэди, — сказал он, и теперь его голос звучал просто устало. — На самом деле это описание любой работы. Случается какое-то дерьмо, и оно может предстать во многих формах, после чего мы бросаемся в бой.
Мы вошли в его комнату, и он легонько подтолкнул меня к кровати.
— Возвращайся в постель. Я пройдусь по дому, проверю, все ли в порядке и вернусь.
Я чувствовала, что лучше всего будет сделать так, как он просил (или, точнее, приказал), поэтому вернулась в постель. Я не стала звать Полночь. Позволила ей составить компанию Курту, пока он делал то, что должен был, перед тем, как отправиться спать.
Он вернулся, прошел в ванную, я увидела, как зажегся свет, прежде чем за ним (и Полночью) закрылась дверь.
Он вышел в пижамных штанах, которые были на нем накануне вечером, и которые я повесила на крючок сзади на двери, и свет в ванной погас.
Они с Полночью присоединились ко мне в постели.
Я тут же повернулась к нему.
Он сразу же притянул меня к себе.
— Что я могу сделать? — прошептала я.
— Можешь снова заснуть. Я устал как собака, Кэди. Нужно ненадолго закрыть глаза и покончить с этим днем.
Что же, яснее некуда.