Очевидно, именно Джейни справилась с ней, но по-своему.
Просто ее способ был необыкновенным.
Я услышала клик ноутбука, и как Джейни снова заговорила, поэтому снова опустила глаза на нее.
— Я рада, что время пришло. Папочка должен с кем-нибудь держаться за руки. У меня в школе есть подружка, Илария, ее мама и папа не вместе, у ее папы появилась новая леди, и когда он приходит за Иларией в школу, он много улыбается и заставляет Иларию хихикать. Иногда он был таким и раньше, но теперь он такой всегда. И вообще, Илария с папиной подругой играют в переодевалки и устраивают девичники с кино. Она говорит, что ее мама не очень довольна этой новой леди, но ее папа доволен, так что у меня все лучше, потому что мой папочка очень счастлив, и мамочка тоже счастлива, потому что ей нравится сливочный пирог Кэди, и она мне сказала, что Кэди должна быть очень милой, раз Санта принес мне подарки в ее дом, и хочет, чтобы она мне нравилась.
Джейни запрокинула голову и посмотрела на меня своими невероятными глазами.
— Может, поиграем в переодевалки? — спросила она.
Кроме Курта, в этом мире мне никогда не хотелось ничего больше, чем этого.
— Да, — прошептала я.
— А мы можем устраивать девичники с кино? — не отставала она.
— Безусловно, — ответила я.
Она одарила меня лучезарной улыбкой.
— Я переоденусь русалкой. А кем переоденешься ты?
Я покачала головой.
— Даже не знаю. Может, феей-крестной?
Она коротко кивнула.
— Нам надо найти тебе наряд феи-крестной. Как думаешь, он есть в «Нодмансе»?
— «Нордстроме», милая, — мягко поправила я. — И, нет. Но это просто означает, что нам придется найти другое место, чтобы купить наряд феи-крестной.
— Да, — ответила она, улыбаясь.
Затем она вернулась к прокрутке и кликам.
Я уставилась на ее темную головку, потом наклонилась и поцеловала ее.
Я сделал это, чтобы не разрыдаться или, может быть, не вскочить и не сплясать от радости джигу.
Это был правильный выбор. Джейни запрокинула голову и одарила меня еще одной лучезарной улыбкой.
— Ты хоть знаешь, какая ты умничка? — спросила я.
Она серьезно кивнула.
— Учительница говорит, что ум у меня острый, как гвоздь. А папочка говорит, что я схватываю все на лету.
— Что ж, они правы, — сказала я ей. — Но знаешь ли ты, насколько очаровательна?
Она выглядела смущенной.
— Хочешь сказать, красивая?
— Да, но в моем понимании. — Я подняла руку и коснулась пальцем ее сердечка. — И это потому, что ты красива не только внешне, но и внутри.
Она, казалось, была поражена.
— Никто никогда не говорил мне, что я красивая внутри.
— Так и есть, и никогда не переставай быть такой, потому что на самом деле внешность не имеет значения. Важно только то, что у тебя внутри.
Еще один серьезный кивок, который заставил меня снова ее поцеловать, что я и сделала, наклонившись и коснувшись губами ее лобика.
Когда я отстранилась, она выглядела так, будто пришла к какому-то выводу, что меня не удивило.
— Теперь я понимаю, почему ты становишься красивее, когда смотришь на папочку. Потому что то, что внутри, выходит наружу.
Ладно.
Вот и все.
Я без памяти влюбилась в дочь Курта.
Не только в ее глаза.
Не в запредельный фактор милоты.
Не в факт, что Курт помог появиться ей на свет.
А потому, что она была Джейни.
— Твой папа совершенно прав, Джейни, — ласково отозвалась я. — Ты схватываешь все на лету.
Она широко мне улыбнулась.
Кэт откашлялась и объявила:
— Думаю, пришло время для пирога.
Я посмотрела на нее.
Она стрельнула в меня широко распахнутыми глазами, а затем указала ими на лестницу.
Джейни отдала ноутбук Мелани и крикнула:
— Я помогу!
— О нет. — Кэт поднялась с одного из плетеных кресел. — Мне нужна твоя помощь в выборе платья для ужина. Это приоритет номер один. Кэди позовет помочь кого-нибудь из ребят.
Джейни не возражала, но повернулась ко мне.
— Какой пирог ты испекла для нас на этот раз, Кэди?
— С орехом пекан, — ответила я.
Еще одна ослепительная улыбка.
— Обожаю пирог с пеканом!
Я улыбнулась в ответ.
— Ты любишь с мороженым или с взбитыми сливками?
— И с тем и с другим! — воскликнула она.
Конечно.
Я бы подумала, что эта девчушка мне по сердцу, но она уже его завоевала.
Я приняла заказы от остальных, затем встала, обойдя Полночь, свернувшуюся калачиком у основания скамейки передо мной (или, что более вероятно, перед Джейни, и то, что собака лишь подняла голову, чтобы посмотреть на меня, когда я встала, но за мной не последовала, это доказывало). Кэт заняла мое место с Джейни, Мелани и ноутбуком. И после многозначительных — но счастливых — взглядов Пэм и Шеннон, я направилась вниз.