Младшие мальчики сидели все вместе на диване, смотрели по телевизору какой-то фильм, и я уточнила у них: будут они просто пирог, с взбитыми сливками или с мороженым (или и с тем и другим).
Спустившись вниз, я заметила, что Элайджа больше не с мужчинами. Дейли и Пэт сидели на диване. Майк развалился на полу перед камином на огромных подушках, которые я купила до их приезда именно для этой цели.
Курт сидел в моем кресле у камина, вытянув перед собой скрещенные ноги, обхватив пальцами стакан с виски и не сводя с меня глаз, пока я спускалась по лестнице.
Увидев его таким в моем доме, я подумала, как жаль, что нам придется ждать долгие годы, чтобы вернуться на маяк.
Но, с другой стороны, мне, вероятно, было бы все равно, где он расслаблялся, наслаждаясь виски.
Пока он был рядом со мной.
— А где Элайджа? — поинтересовалась я.
Майк посмотрел на Пэта, потом на меня и посоветовал:
— Не спрашивай.
— О, — пробормотала я.
Элайджа так и не ушел к себе.
Он отправился к Вераити.
Интересное развитие событий.
— Время для пирога, — объявила я. — Ваши пожелания. И, Курт, милый, ты мне поможешь?
Услышав мою просьбу, он изучающе на меня посмотрел, но ничего не ответил.
Он встал и пошел на кухню, присоединившись ко мне.
В тот день я испекла два пирога, и они стояли прямо на кухонном островке.
Я не пошла ни к ним, ни к холодильнику за взбитыми сливками и мороженым.
Я подошла к Курту, схватила его за руку и потащила к раковине.
Его довольное выражение «у меня-есть-женщина, у меня-есть-дочь, я-в-сказочном-доме-болтаю-с-хорошими-парнями-с-виски-в-руке» изменилось, став озабоченным, когда он продолжал меня изучать.
Он поставил виски на стойку у раковины и спросил:
— Все в порядке?
— Да...
Я быстро рассказала историю с Джейни в комнате наблюдения.
Пока я говорила, его взгляд переместился на лестницу.
Когда я начала сбавлять обороты, он посмотрел на меня.
Я закончила словами:
— Полагаю, это подтверждает множество вещей. Во-первых, ты был отчасти прав. Но она не впитывает все, как таковое. Она наблюдает. И для пятилетнего ребенка она с удивительным осмыслением воспринимает все так, как это вписывается в ее мир. Это поразительно, но и восхитительно, и я не знаю, но это может свидетельствовать тому, что у нее исключительный IQ.
От моих слов губы Курта дрогнули.
Мне это понравилась, но я еще не закончила.
— И во-вторых, происходящее между тобой, мной и даже Ким, ни в малейшей степени не ускользает от нее. Она все видит. Все понимает. — Я наклонилась к нему и попыталась не дать улыбке расплыться по лицу. — И она этим довольна.
— Я бы сказал, это все подтверждает, — пробормотал он, больше не выглядя обеспокоенным, он не ухмылялся, а широко улыбался, и эта же улыбка отражалась и в его глазах.
— И последнее, Курт, Ким действительно потрясающе справляется со всем этим, я не знаю точно, но полагаю, учитывая все это, мы могли бы действительно создать для Джейни нечто замечательное. Большинство бывших не ладят друг с другом, и обычно расставание папы и мамы проходит плохо, и детям приходится это преодолевать. Но если с Джейни так не будет... хочу сказать, разве это не было бы здорово?
Он обнял меня за талию, притягивая ближе, чтобы сообщить:
— Частично это все еще может быть от чувства вины, Кэди. Она знает, что я люблю Джейни. Понимает, что я не могу представить свою жизнь без дочери. Но это не отменяет того, что она натворила или потраченных мною пяти лет, чтобы заставить ее заплатить за это. Она все еще может хотеть загладить свою вину.
Я была сбита с толку.
— Разве это плохо?
— Просто хочу сказать, что Ким и раньше поступала опрометчиво, когда впадала в панику или не добивалась своего. И эта опрометчивость привела к тому, что она использовала меня, чтобы забеременеть без моего согласия, заставив по любому остаться в ее жизни, а затем, когда поняла, что это не работает, использовала нашу дочь, угрожая забрать ее у меня, чтобы попытаться заставить меня подчиниться. Так что я благодарен ей за спокойное отношение к нам и демонстрацию готовности помочь создать для Джейни новую реальность. Но я думаю, что потребуется больше, чем пара месяцев, чтобы Ким нормально реагировала на то, что ты теперь в нашей жизни, чтобы я мог расслабиться.
— А чему ты не подчинился?
— Она хотела, чтобы мы снова были вместе.
Я смотрела на него, чувствуя, как мои губы приоткрылись.
— Да, — сказал он. — Она знала, что я не хочу, и сказала, что это не имеет значения. Джейни нужны и мама и папа. Она сказала, что между нами что-то было. Если бы мы поработали над этим, то смогли бы вернуть это, и психанула, когда я отказался. Что касается меня, то я был в бешенстве, что она хоть на секунду могла подумать, что я спущу на тормоза ее поступок. Так что можно сказать, ситуация и так была безобразной, став еще хуже, когда к делу подключили судью.