— Одобрение нечто подобного попахивает конфликтом интересов, — вставил Джейк.
— Не уверен, что они готовы отступить, но уверен, что некоторые из их приятелей, имеющих членство в клубе Магдалены, тут же не подключатся, чтобы протолкнуть одобрение всего этого без участия кого-либо в Магдалене, — сказал Курт.
Джейк не сводил с него глаз.
— И ты, правда, ничего не можешь предпринять по этому поводу.
— Как человек, я могу высказать свое мнение, и как гражданин, могу отдать свой голос, но как шериф я не могу предпринять никаких шагов, особенно в отношении этого вопроса, учитывая, что владелец собственности, которая больше всего пострадает, если начнется стройка, — моя будущая жена.
Джейк кивнул.
— Я поговорю с Уивером.
— Арнольдом Уивером? Адвокатом? — спросил Джуниор.
Джейк посмотрел на Джуниора и в подтверждении своих слов кивнул.
Это был хороший знак. Курт знал Арни Уивера. Он родился, вырос и обосновался с семьей в Магдалене, но не так давно потерял жену, а еще, являясь членом городского совета, он упорно стремился сохранить город таким, каков он есть. Вероятно, не потребуется много времени, чтобы уговорить его возглавить решение вопроса по преодолению любых юридических трудностей, с которыми им придется столкнуться, чтобы потянуть время с тем, что происходит с парковой зоной, прежде чем удастся внести новый референдум в бюллетень, аннулировав старый.
— Можешь попросить его связаться с Джеки из исторического общества, — предложил Курт. — Кэди пояснила Джеки звонок Терри, и та обезумела. В совете исторического общества Магдалены есть несколько влиятельных людей, и если объединить их возможности, тогда как Уивер займется городским советом Магдалены, можно продержаться достаточно долго, чтобы в ноябре выбить еще одно голосование.
— Завтра же ему позвоню, — ответил Джейк.
— Микки, — проворковала Алисса. — Думала, любимчиком этого вечера будет Курт, не говоря о тебе, мой прекрасный здоровяк, — сказала она мужу, послав ему смачный поцелуй, и оглянулась на Мика. — Но ты его обставил!
— Теперь они взялись за тебя, — без всякой надобности сообщил Курт Микки.
Мик положил руку на спинку стула Амелии.
Амелия повернулась к своему мужчине и посмотрела на него почти так же, как несколько минут назад Кэди смотрела на Курта.
Да, она была хорошенькая.
И судя по тому, как смягчилось лицо Мика, когда он поймал ее взгляд, Курт получил подтверждение тому, что дела у его друга идут не просто хорошо, а потрясающе.
Курту это нравилось.
Бывшая жена Микки была порядочной женщиной, но алкоголичкой, которая относительно нормально существовала в этом мире, не считая тех случаев, когда помощники Курта останавливали ее за вождение в нетрезвом виде. И ей это сходило с рук, потому что Мик столько раз спускал на тормоза ее проступки, особенно перед их детьми.
Но дети подросли, и Мику стало все труднее и труднее сглаживать ситуацию, он выставил ей ультиматум. И когда она предпочла бутылку мужу и семье, Микки пришлось признать, что все кончено.
Ситуация была хуже некуда, и было дерьмово наблюдать, как Мик справляется с решением разделить семью в попытке обеспечить детям нормальную жизнь с ним, и улаживает последствия по возвращении их от матери.
Он не знал, что сейчас происходит с бывшей женой Мика.
Он только знал, что Мик не из тех мужчин, кто заставляет своих детей проходить через подобное с матерью только ради того, чтобы найти себе другую женщину, которая могла бы принести в их жизнь что-то, кроме нежности, появляющейся на лице Микки при виде ее улыбки.
Подошли официанты с уставленными бокалами подносами.
Курт взглянул на Кэди, которая с улыбкой принимала бокал вина, и ему не захотелось рассказывать ей то, что он еще ей не сказал. То, чем только что поделился с мужчинами о Бостоне Стоуне.
Это бы свело ее с ума.
Она потянулась за бокалом и подняла его, — видимо, Пэм произносила тост, в котором мужчины не участвовали, — и Курт позволил счастливому удовлетворению на ее лице поселиться у него внутри.
Эта женщина в шикарном платье была частью его жизни. Ее собака была частью его жизни. Ее семья была частью его жизни. И все это было частью жизни его дочери.
Он не хотел иметь дел с Бостоном Стоуном.
Более того, он не хотел, чтобы ей пришлось иметь дело с Бостоном Стоуном.
Но если они смогли пройти через то, что уже прошли, и в итоге она сидит за столом (далеко от него, но все же рядом) со своей семьей и его друзьями, одетая в это платье и с таким выражением лица, то они пройдут через все, что бы ни планировал этот мудак Бостон Стоун.