— Ты допустил такое? — с немалым удивлением спросил Малк.
— Попробуй не допусти что-нибудь с Кэди. Если она чего-то хочет, то делает, — ответил Курт.
Или уговаривает его, чтобы он не возражал.
Или, по крайней мере, притворялся, что все в порядке, но вместо этого находил способ с этим смириться.
— Мне знакома эта боль, — пробормотал Рен, муж Элли, который мог быть племянником криминального авторитета, но, по словам Малкольма, занимался легальным делом, и был таким симпатичным парнем, что Курт даже мог назвать его красивым.
— Мне тоже, — сказал Хэнк.
— Это у них в крови. Инди и Элли на фоне Китти Сью и ее лучшей подруги Кэти — новички, — сказал Малкольм.
Ли отсалютовал бутылкой пива.
— Выпьем за жизнь, которая никогда не будет скучной.
Остальные мужчины подняли бутылки и чокнулись горлышками.
Затем поднесли их к губам.
— Малк! — Услышав из коридора крик, все мужчины посмотрели в ту сторону. — Этим летом мы та-а-а-ак отдохнем в штате Мэн!
— Когда свадьба? — спросил Малкольм.
Курт снова повернулся к нему.
— Где-нибудь этим летом, — ответил Курт.
Вокруг глаз Малкольма появились морщинки.
— Тогда, Мэн летом.
— Я чувствую, что должен довести сестру до сердечного приступа. Пойду, уберу со стола, — объявил Хэнк. — Мне кто-нибудь поможет?
— Я, — сказал Ли.
— Ага, — пробормотал Рен.
Они ушли.
Курт, Малкольм и Том смотрели им вслед.
— Наконец-то ты добрался до хорошей части, — тихо сказал Малкольм, и снова Курт повернулся к нему, видя, как Каллум, прижавшись к дедушке, засыпает. — Ты получаешь удовольствие, делая их. А потом получаешь удовольствие, наблюдая, как они растут и находят свою любовь. А потом получаешь вот это. — Его рука, лежащая на подгузнике Каллума, приподняла ребенка на полдюйма. — Какое-то время тебе было хреново. Но с этим покончено. И теперь все хорошо.
— За это я тоже выпью, — сказал Том, поднимая пиво.
Курт тоже за это выпьет.
Поэтому они с Томом и Малкольмом снова принялись за пиво.
А потом, как в старые добрые времена, но без стресса, напряжения и трагедий, вместо этого с детьми, внуками и витающими вокруг надеждами, выпили еще.
Курт не был большим поклонником смотреть, как Кэди полностью вынимает изо рта его член.
Хотя ему нравилось, что после она использовала этот рот, чтобы проложить путь вверх по его животу и груди.
И ему очень нравилось, когда ее губы касались его губ, и он чувствовал, как она пристраивается, чтобы оседлать его бедра.
Но она не поцеловала его.
Он положил руки ей на бедра, скользя одной рукой вверх по позвоночнику, а другой — в противоположную сторону, чтобы попасть в другую цель.
Обе руки замерли, когда туман благодати, которым Кэди наполнила его голову, рассеялся, и он понял выражение ее глаз.
— Без презерватива, — прошептала она.
Курт почувствовал, как его губы скривились.
О, да.
Понимали с полуслова.
Но он все же спросил:
— Ты уверена?
— Уверена, — тихо сказала она. — А ты уверен?
Он почувствовал, как иной вид пламени ударил его в живот, он обнял ее, поднял голову, одаривая поцелуем, перекатил на спину и скользнул внутрь.
Каждый раз.
Господи.
Каждый раз.
Рай.
Как только он оказался полностью погружен в нее, он пробормотал:
— Уверен.
В этот миг Кэди улыбнулась.
Он подтянул ее колено и глубоко вонзился в нее, вбирая в себя вздох Кэди и чувствуя, как он устремляется через член к яйцам.
— Если девочка, то Грейс, — сказал он ей в губы.
— Хорошо, милый.
— Если мальчик, то Дин.
Она вцепилась пальцами ему в волосы, обхватила ногами его бедра, приподнимая собственные, чтобы принять каждый его удар, а другой рукой крепко обнимала его за спину.
— Как скажешь. Можешь назвать их как хочешь.
Он двигался внутри нее быстрее, и поскольку она была такой покладистой, он заявил:
— И кольцо, которое я подарю тебе на день рождения — не подарок на день рождения. Это подарок на помолвку.
Это вызвало еще один вздох, и не только потому, что на последнем слове он резко вошел.
— Хо... рошо, — выдавила она между двумя толчками.
— Да— – настаивал он.
— Все, что хочешь, — выдохнула она, пытаясь поцеловать его в губы.
Он удержался, заметив:
— Создав прецедент, чтобы получить то, что хочу, — он скользнул внутрь и начал вращать бедрами, — я даю тебе то, чего хочешь ты.
Она впилась ногтями ему в спину, а его бедра в ответ сжались.
— Перестань меня раздражать, — предупредила она.
— Ты любишь, когда я тебя раздражаю, — ответил он.
— И это тоже раздражает.
Он улыбнулся.