Но я была здесь.
Мои решения привели к замене семьи, которая меня не понимала и ненавидела, семьей, которая меня обожала. Они привели к тому, что меня удостоили чести максимально скрасить последние годы жизни хорошего человека, пока он боролся с болью и умирал на моих глазах. И они привели к тому, что у меня появилась возможность вступить во владение историческим наследием и вдохнуть в него новую жизнь, выказав ту любовь, которую оно заслуживает.
Так что мои решения могут быть неразумными, но они часть меня, и в конце концов, из-за них я оказалась здесь.
Поэтому я должна их принять.
Ведь они были мной.
И с этой мыслью я побрела вниз по лестнице, через катастрофу, которая теперь была моим маяком, делая это в последний раз за несколько недель, потому что в следующий раз, когда я войду в парадную дверь, я вернусь домой.
Это случилось в субботу, четыре дня спустя.
Я шла по Кросс-Стрит Магдалены. Там располагался магазинчик подержанных книг, в котором я не успела хорошенько осмотреться, и мне нужна была новая книга (или пять), и если память мне не изменяет, у них стояла небольшая стойка с эспрессо-машиной, а я хотела кофе.
Я изумлялась красотой уличных фонарей, поэтому совершенно не обращала внимания на то, куда иду.
Поэтому, я не заметила, как дверь кафе-мороженого передо мной открылась, и оттуда выскочила маленькая девочка.
Или мужчину, вышедшего за ней следом.
Но я налетела на него, а также врезалась плечом во все еще открытую дверь.
Я вскрикнула, не от боли, а от неожиданности, сделала маленький шаг назад и открыла рот, чтобы извиниться за невнимательность, когда, подняв взгляд, посмотрела в карие глаза, которые были больше светло-карими с зеленым оттенком, что делало их интересными.
Легкие сдавило.
— Вы в порядке? — спросил голос маленькой девочки.
Я смотрела в карие глаза, которые видела вблизи постоянно — перед поцелуем, после поцелуя, лежа на подушке напротив.
— Эй, леди, вы в порядке?
Голос раздался снова, и я оторвала взгляд от Курта и посмотрела в точно такие же карие глаза, и когда я их увидела, легкие не сжались.
Мне словно разрезали каждый дюйм кожи, причиняя невыносимую боль, даже с той жизнью, что я прожила.
— Привет, — весело сказала она.
— Привет, — выдавила я, слово прозвучало придушенно.
Она склонила набок очаровательную головку.
— Вы в порядке?
— Что? — прошептала я.
— Вы столкнулись в дверях с папочкой.
Папочкой.
И затем случилось это.
Боже.
Боже.
Это случилось, и я не могла остановиться. Я хотела. Должна была. Я видела ее фотографии. Знала, что она существует. Я должна была быть в состоянии остановить это.
Но не могла.
Я не могла сдержать наполнивших глаза слез, глядя на самого прекрасного ребенка в истории человечества.
— Вы не в порядке, — прошептала она, уставившись на меня расширившимися глазами.
— Кэди, — пробормотал Курт.
Я быстро отступила на шаг.
Вздернув голову, чтобы смотреть на его плечо, я пробормотала:
— Нормально. Хорошо. Я в порядке. Простите.
— Кэди, — повторил Курт.
Мне показалось, что он тянется ко мне, и я отшатнулась, чувствуя, как по щекам стекает влага.
— Я… я... — Я взглянула на дочку Курта. — Тебе нужно съесть его, милая, — выдавила я, неуклюже кивая на рожок с мороженым в ее руках. — Оно тает.
С этими словами и сдавленным всхлипом я перевела взгляд на Курта, повернулась и бросилась прочь.
Я села в машину, и у меня хватило присутствия духа не двигаться, уставившись на руль, глубоко вздохнуть, прежде чем завести мотор, провести руками по щекам, осторожно выехать на улицу и отправиться домой.
Казалось, прошел год, прежде чем ворота открылись, и пока я ждала, мой телефон начал звонить.
Я не обращала на него внимания, а когда ворота открылись, объехала гараж и припарковалась рядом со студией.
Я вышла из машины, схватила сумочку и вошла в дом.
В тот момент я не знала, как поступить. Все слова, что я произносила про себя, убеждая, что все в порядке, я могу это сделать, я поступила правильно, находилась там, где должна быть, исчезли, испарились, стоило мне только взглянуть в лицо дочери Курта.
Я выставила себя полной дурой. Я напугала его девочку.
Боже.
Боже.
Почему я не справилась с этим лучше?
Не похоже, что я не знала, что такое может произойти (в конечном итоге).
Просто я не думала, что это произойдет так скоро.
Телефон зазвонил снова, и чтобы хоть как-то отвлечься от только что испытанного унижения, я вытащила его из сумочки и уставилась на экран.