— Твоя подруга уехала?
Я перестала думать о сердечных приступах и пожарах и снова сосредоточилась на Курте.
— Да.
— Ладно.
Он стоял.
Я стояла.
Он не уходил.
И я не просила его уйти.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать (и не для того, чтобы попросить его уйти), когда он посмотрел по сторонам и спросил:
— У тебя есть собака?
Я покачала головой.
— Никаких домашних животных.
Он снова посмотрел на меня.
— Тебе надо завести собаку, Кэди.
— Курт, я еще не совсем устроилась. Маяк будет готов только через несколько недель. После этого я подумаю о том, чтобы завести щенка.
— Ты здесь совсем одна, вокруг обширная территория, тебе бы надо завести животное. Лучшая система раннего предупреждения, которую ты можешь иметь.
— Я займусь этим вопросом.
— Овчарку или ротвейлера, ретриверы и лабрадоры слишком дружелюбны, — посоветовал он (хотя это звучало скорее, как приказ).
— Хороший совет.
— И никаких дамских собачек. Они ни хрена не помогут.
Определенно приказ.
— Они милые и умеют лаять, Курт.
— Они не вселили бы страх даже в мою дочь.
— Наверное, ты прав, — пробормотала я.
Он выглянул за сетчатую дверь, потом снова посмотрел на меня.
— Мне нужно вернуться к дочке, — заявил он.
Я молча кивнула.
— Конечно.
— Заведи собаку, — приказал он.
Я снова кивнула, но ничего не сказала.
— Кэди, ты приняла решение остаться здесь, — тихо, но беззлобно произнес он. — Ты знаешь, как обстоят дела. Я ясно выразился по этому поводу. Тебе нужно держать себя в руках.
— Ты прав, — прошептала я в знак согласия. — Это было... — Я слегка встряхнула головой. — Ты прав.
Он заколебался, казалось, он собирается что-то сказать, но вместо этого просто кивнул и повернулся к двери, произнеся:
— Береги себя, Кэди.
— И ты тоже, Курт.
Он открыл сетчатую дверь, положил на нее руку, и я подумала, что он сделает то, что всегда делал Курт — просто уйдет.
Но он остановился в дверях, посмотрел себе под ноги, потом повернулся и посмотрел на меня.
— Тебе не следовало так поступать с нами.
Я стояла на месте и просто смотрела ему в глаза.
— Не могу понять, что творилось у тебя в голове, когда ты приехала сюда и сделала это с нами.
— Курт…
— Я был хорош. Ты была хороша. Все это осталось в прошлом.
Я стиснула зубы.
— Как думаешь, что я испытал, когда ты показала мне свои чувства там, на тротуаре, посмотрев на меня глазами полными слез?
О, Боже.
— Я…
— Пожалуйста, ради Бога, держись от меня подальше.
Я точно не планировала столкнуться с ним и его дочерью в кафе-мороженом, а потом перед ними разреветься.
Но я все-таки переехала в его город и купила маяк — не какой-нибудь милый домик, спрятанный в лесу в двадцати милях отсюда, а маяк, который был виден практически отовсюду в городе.
Пока эти мысли проносились у меня в голове, я заметила, что он все еще не сделал того, чего всегда делал Курт — снова ушел.
Он стоял там, по большей части за дверью, но не совсем за ней, тело повернуто ко мне, глаза прикованы к моим глазам, ожидая.
Ожидая.
Чего?
Чего же он ждал?
— Я буду держаться подальше, — тихо сказала я, думая, что говорю ему то, чего он ожидал.
На его лице промелькнуло выражение, которое я не смогла точно прочитать (но мне показалось, что смогла), прежде чем он на секунду закрыл глаза, открыл их и кивнул.
И тогда Курт повернулся и ушел прочь.
— Так чего же, по-твоему, он ждал? — спросила я Кэт через несколько часов после того, как убралась в ванной, вернулась из города с задания по значительному пополнению запасов винного шкафа, поставила цыпленка в духовку и сидела на веранде с бокалом вина в руке.
— Хм? — спросила она в ответ.
— Курт, когда он стоял там, как думаешь, чего он от меня ждал? Потому что, Кэт, то, что я сказала, я имею в виду, не знаю, прошли годы, и честно говоря, я едва его знала, когда думала, что точно его знаю. Но он выглядел… он выглядел... — Я не могла поверить в то, что сейчас скажу, но сказала именно это. — Он выглядел разочарованным.
— Милая, прости, знаю, ты хочешь услышать ответ, но я ни разу не встречалась с этим парнем. Я, правда, не могу сказать.
— Я должна вернуться домой, — пробормотала я.
— Нет! — Кэт чуть ли не кричала, и это было так неожиданно, что я дернулась в кресле.
— Что? — спросила я.
— Нет, э-э... нет, понимаешь, я имею в виду, это место великолепно, ведь так? — она говорила очень быстро, как-то странно, будто шла на попятную.