У него перехватило горло.
Ему показалось, что он услышал щелчок.
— Черт побери, Кэди! — закричал он, обогнув пикап.
Но он сказал это мертвой тишине.
Она исчезла.
Он завел грузовик, проверил, чтобы на дороге никого не было и дал задний ход, он перезвонил ей только тогда, когда уже выехал на шоссе.
Она не ответила.
Он подумал, не включить ли ему полицейскую сирену, но это было крайне неэтично, и в тот момент он не стал этого делать.
Но он действительно гнал, как летучая мышь, вырвавшаяся из ада.
Когда он добрался до маяка, за оградой не было ни машин, ни грузовиков, и это означало, что строительство закончено и они останутся одни.
Это было хорошо.
Плохо было то, что после того, как он проехал через ворота, подъехал к дому, вышел из машины и приблизился к нему, из дома не донеслось лая.
Он подошел к кухонному окну, выходящему на море, и заглянул внутрь.
Ни Кэди, ни Полночи, никакого движения.
Он подошел к гаражу и заглянул в боковое окно.
«Ягуара» там не было.
Она добралась до дома, взяла собаку и уехала.
Твою мать.
Он достал телефон, позвонил ей, попал на автоответчик и оставил сообщение.
— Кэди, прослушав сообщение, позвони мне и скажи, где находишься.
Затем Курт вернулся в свой кабинет.
Он сделал все возможное, чтобы сосредоточиться на работе.
Его лучшие попытки не увенчались успехом, так что он просто создавал видимость.
И когда пришло время, он отправился в детский сад за своей девочкой.
Они поужинали вместе.
Убрали со стола.
Уютно устроились перед телевизором.
Он почитал ей перед сном.
Оставил ее со Шнуки в кроватке и включил ночник.
Он спустился вниз и позвонил Кэди.
Она не взяла трубку.
Он почувствовал, как сжался желудок.
Но его губы шевелились.
— Позвони мне, — прорычал он в трубку.
А потом отключился.
На следующее утро, отведя Джейни в детский сад и ничего не услышав от Кэди, Курт поехал обратно к маяку.
Прибыв на место, он увидел то, чего не заметил днем ранее.
По всему пути от ворот до гаража виднелась расчищенная от снега широкая полоса, тянувшаяся вдоль всего фасада гаража, и узкие дорожки вокруг маяка.
Ни одной лопатой такого не сделаешь, если только не потратить на это часов шесть. Должно быть, у нее была косилка со снегоочистителем.
И хорошая.
Он также увидел, что Кэди украсила все к Рождеству.
Но, подъезжая к воротам, он удивлялся, как она справилась.
По обе стороны двустворчатых ворот висели большие зеленые венки, а вдоль шести секций забора с обеих сторон тянулись тяжелые хвойные ветви. Такие же поднимались примерно на восемь футов вверх по всей окружности маяка, еще больше их было на двери маяка, вдоль крытой дорожки между гаражом и домом и на самом гараже. Двери дома и гаражные ворота она украсила такими же большими венками, которые он увидел при въезде. Завершающим штрихом стали увешанные гирляндами сосны в горшках по обе стороны от дверей дома и большие сосны по обе стороны гаража.
Он полагал, что ночью все они светились, и это представляло собой чертовски классное шоу праздничного веселья. На самом деле, вид и сейчас был чертовски классным. Чтобы попытаться отвлечься от мыслей, что его ждет впереди при разговоре с ней, он сосредоточился на том, как ей удалось сделать все это самой.
Курт остановился у ворот, вышел и направился к кодовой панели.
Он понял, что прав. Ветви и венки были с лампочками.
А когда их зажгут, это наверняка станет грандиозным шоу.
Он уже набрал две цифры на панели, когда почувствовал движение, поэтому сделал два шага назад, чтобы посмотреть сквозь железные прутья ворот, низко расположенных посередине.
Кэди он не увидел.
Он увидел крупного мужчину, трусцой приближавшегося к нему. Молодой, лет двадцати с небольшим, ростом с Курта, но, вероятно, весивший на фунтов тридцать-сорок больше в части широких мускулистых плеч и живота.
— Эй! — крикнул парень, продолжая к нему бежать.
Курт посмотрел на дом. Он не видел ни грузовиков, ни машин, но, возможно, ремонт еще не закончен.
— Я пришел увидеться с мисс Морленд, — сказал он парню.
— А вот и нет.
Курт резко выпрямился.
— Простите? — спросил он, когда мужчина остановился по другую сторону ворот.
Парень посмотрел на куртку шерифа, на него, но остался неподвижно стоять за воротами.
— Извините, я не хочу никаких неприятностей, но должен сказать, что вы ее не увидите.
— Могу я спросить, кто вы? — поинтересовался Курт.