— Я сейчас переговорю с Бриаром, — сказал Иггон, — может быть, кого—то посоветует. Может, ты, Мия, кого–то знаешь, кто мог бы возглавить народ Лок–Райдхани?
— Вы знаете, то, что я вижу и слышу последнее время, никак не входит в привычные нам рамки. Многие вожди, советники, главы гильдий …ну и подобные им старшины, привыкли жить и вершить дела по канонам, которые дали нам наши Создатели. Теперь же всё пошло прахом. У многих в глазах я читаю непонимание и какую–то безысходность. Пришедшие к нам беженцы вообще, как замороженные. Только работа их и отвлекает. И где взять такого человека, или группу людей, которые бы смогли принять окружающую действительность, понять, что делать с магией и одарёнными, возглавить нас и верно нас направить, сохранив при этом и род человеческий, и наши свободы, и каноны, завещанные Создателями? Не знаю пока такого человека. Может, со временем и появится он, но есть ли у нас это время? Вся надежда на вас, уважаемые магистры.
Аг’Во задумчиво тёр виски, и смотрел как бы на Иггона, и как бы сквозь него. Тот поднялся с кресла, подошёл к окну и, скрестив руки, стал смотреть во двор замка. Мысли, которые роем вились в его голове, были безрадостными.
— М–да, — наконец прервал затянувшееся молчание Аг’Во. — Ситуация. Может ты, Мия, возглавишь народ Лок–Райдхани?
— Я — простой лекарь, с небольшими магическими возможностями, — устало ответила она, — Работы в ближайшее время, я так понимаю, шукши мне много добавят. А ещё считать подводы, спорить со старшинами и старостами, хитрить, увещевать — это не мое. Каждый должен следовать своему предназначению.
— В любом случае, ждём наших ребят, собираем информацию, ну и готовим людей… к новой жизни, — задумчиво сказал Иггон. — Всё. До встречи. Пойду–ка я к Бриару.
— Я сейчас переговорю со своими альвами и тоже присоединюсь к тебе, — сказал Аг’Во, и все разошлись, каждый погружённый в свои мысли.
Глава 20
Для обсуждения плана по освобождению своих друзей Баэль выбрал укромное место под раскидистой елью, откуда практически не было видно догорающего костра шукшей. Через некоторое время к нему присоединились Сван, его собрат Хован, девушка Лана, оказавшаяся невысокой темноволосой красавицей, с крепкими ногами и руками, которые белели на фоне тёмного леса, так как её тело едва было прикрыто в интимных местах. Такой наряд она объяснила нежеланием носить с собой одежду в зубах и часто переодеваться. Кроме того, к ним присоединились два коренастых блондина, лица у них покрывали бороды, заплетённые в косу, их тела были переплетены жгутами мускулов, а из одежды присутствовали только набедренный повязки. Они представились как Ждан и Нук. Особое внимание альв обратил на последнего прибывшего. Им оказался поистине огромного размера парень. Его рост был примерно четыре с половиной локтя. Мышцы покрывали тело, как каменные валуны. Живот немного выдавался вперёд, но толстым его назвать было нельзя. Русые волосы, серые, строгие глаза, которые внимательно смотрели на мир из–под широких надбровных дуг и высокий лоб дополняли образ этого великана. Сван представил его как Малош.
Баэль не знал, насколько он может доверять этим людям, и как далеко они готовы пойти, чтобы выручить его друзей. Но все сомнения рассеяла Лана. Девушка оказалась весёлой и разговорчивой. Хоть ситуация и не располагала к веселью и длинным разговорам, но из её краткого рассказа, представлявшего всех собравшихся, альв понял, что шукши пару месяцев назад уничтожили всех жителей маленькой деревни, в которой жила девушка со своей семьей. Сама она со своим отцом и братьями занималась гончарным делом. Мужчины изготавливали посуду, а она разрисовывала. Вернувшись с реки, где она собирала кварц для глазури, она нашла только пепелище и трупы.
Малош жил в небольшом городке. Был лесорубом и углежогом. Постоянно был в лесу, поэтому избежал участи своих соседей. Когда пришёл с очередного рейда в лес, увидел ту же картину, что и Лана — пожары, кровь и тела убитых земляков. Пошёл в соседнюю деревню в надеже найти кого–то живого, но там нашёл только плачущую Лану. О том, что она перевёртыш, узнал, когда вышел из лесу, увидел её и, обрадованный, бросился через кустарники напролом. Девушка испугалась шума, обернулась в рысь и бросилась на парня. Тот, не ожидая такого, сам обернулся на медведя, и стал от неё убегать. Так они и познакомились.