— Вот Мэнэлтор и будет размышлять о своём участии во всем этом.
— Но Акхорна не остановят мэллорны. Если Мэнэлтор не покорится воле Иерарха, тут будет пепелище и куча трупов.
— И я об этом. То ли ты Великий, но живой магистр под пятой Иерарха, то ли ты Великий Магистр, погибший за народы Алан'Ивур, тайно воспеваемый тёмными вечерами в домах, оставшихся в живых тёмных альвов.
— У тебя именно такое видение нашего будущего, дружище? — грустно улыбнувшись, спросил Иггон, — Ты думаешь у нас нет шансов противостоять Акхорну? Нам суждено либо погибнуть, либо стать на сторону Иерарха?
— Шанс всегда есть. И нам необходимо всё сделать, чтобы его использовать. Давай–ка попробуем прикинуть, где этот шанс находится.
— И я об этом — как–то не хочется быть марионеткой у Акхорна. Тем более, я уверен в наших гномах, людях и альвах — их создавали в соответствии с предназначением, а не как корм для бешеных шукшей или как рабов для сошедшего с ума Иерарха.
Магистры замолчали, каждый уйдя в свои мысли. Попивая нектар под тихий шелест листвы, они ждали, когда восстановятся их подопечные. Подошедший тёмный альв предложил им пройти в беседку, где будет накрыт обеденный стол. Аг’Во хотел отказаться, но Иггон настоял на его присутствии. За столом под огромной кроной уже сидели бодрый Баэль, Тириэль, Линни, Фел и следопыты Дак и Пит. Им уже поведали о сегодняшней стычке с Акхорном. Их хмурые лица говорили о переживании за Марка, ведь именно о нём и Геде они должны были в первую очередь заботиться и охранять. Близнецов за столом не наблюдалось. На вопрос об их состоянии присутствующий тёмный альв ничего не знал, но пообещал разузнать и рассказать.
Хоть все и были вымотаны сражением с Акхорном и последовавшим лечением, приём пищи протекал вяло. Один Линни поглощал еду с большой скоростью, отдавая предпочтение мясным блюдам. Под конец трапезы пришла Геда. Щёки её немного порозовели, но выглядела она очень уставшей и опечаленной.
— Есть новости о состоянии Марка? — спросил у девушки Иггон.
— Я только что от него. Он жив, но без сознания. И я по–прежнему не слышу его. Маги тёмных альвов не могут ответить, что с ним.
— Тогда покушай немного, а потом мы с магистром Аг’Во сходим к нему.
— Может быть сразу пойдем? Вы ж покушали уже? – с мольбой в голосе сказала Геда.
— Пойдём, но сначала поешь, — строго сказал Аг’Во, — я все понимаю, но, если ты от истощения начнёшь падать в обморок, лучше никому не сделаешь.
Геда покорно села за стол, отщипнула кусочек от пирога, потом поковырялась в каше, и сжевала куриную ногу, заботливо протянутую Линни.
—Ну хоть так, — сказал Иггон, — пойдём к нему. Фел, ты с нами. И ты, Линни. Может быть, ваше умение нам понадобится.
Тёмный альв проводил компанию к поляне, где на диванчике лежал Марк, укрытый плащом, который был на Мэнэлторе во время сеанса связи с Акхорном. Рядом стояли два тёмных альва и о чём–то тихо говорили. Увидев подходившую делегацию, они замолчали.
— Есть ли какие–то сдвиги в его состоянии? — спросил Аг’Во.
— Нет, магистр, — ответил один из альвов, — по распоряжению Владыки Мэнэлтора мы укрыли человека плащом Лаэналии. Но пока не заметили активности мозговой деятельности. Аура его восстановлена, но что–то его держит за кромкой.
Аг’Во подошел к Марку и приспустил с него плащ. Лицо парня выглядело умиротворённым и расслабленным. Кожа была бледная, но не критично. Магистр закрыл глаза и начал медленно водить руками над Марком. После одного из пассов ресницы больного немного дрогнули, что не осталось незамеченным. Геда радостно сжала кулаки и прижала их к груди. Аг’Во ещё сделал несколько пассов и открыл глаза.
— Геда, ты можешь напеть какую–нибудь песню, которую вам пела мать в детстве?
— Да, — удивлённо ответила девушка.
— Мне кажется, что на его память стёрта или очень глубоко спрятана. Он не может и не хочет возвращаться к нам. А детские воспоминания — самые яркие и теплые. Фел, послушай, что будет петь Геда.
Девушка, немного смущаясь, запела колыбельную. На втором куплете её голос окреп и стал более уверенным. Фел уловил мотив и начал наигрывать на свирели. Аг’Во поманил к себе Линни. Тот все понял, и открыл путь к Абсолюту. Магистр взял гнома за руку, опять закрыл глаза и положил ладонь на лоб Марка.
Когда Геда закончила петь и стихла музыка свирели, Аг’Во резко убрал руку от Марка и начал всматриваться ему в лицо. Веки парня вздрогнули, он медленно открыл глаза и обвёл всех, стоящих около него. Взгляд остановился на сестре. В глазах прочиталось узнавание, и Марка слабо улыбнулся.