И это на довольно бедных почвах Урала, а что же получится на богатых землях Юга? Эта мысль овладела умами многих. Целая пачка проектов по строительству железных дорог в междуречьях Дуная, Днестра, Прута, Днепра, Северского Донца, Дона, уже ждала меня. Писали не только частные лица, но и наместники, губернаторы, главы Соляной и Хлебной палаты, дирекция Южных заводов – все хотели строительства железных дорог.
Но железными дорогами дело не ограничивалось – каналы тоже привлекали внимание, правда, здесь эффект от их строительства не был столь быстрым, но влияние на развитие территорий было всё же ничуть не меньшим. Беломоро-Балтийский, Камско-Двинский, Камско-Обский каналы также ждали своего воплощения. А углубление русел рек, а оросительные каналы, а новые тракты? Без них тоже никак нельзя было обойтись.
Причём выбирать надо было ещё и среди быстро приносящих улучшение для экономики и стратегических. К примеру, мост через Иртыш в Тобольске – сейчас острой необходимости в нём не видно, но в перспективе он может стать важнейшим элементом в движении на Восток.
Сколько копий было сломано вокруг этого вопроса, столько интересов пришлось учесть при его решении… Большая Южная железная дорога как развитие Донской была утверждена достаточно беспроблемно – почти все затраты на её строительство принимали на себя частные общества и отдельные ведомства, причём значительного перемещения людей и техники не требовалось, а поставки материалов и обслуживание машин принимали на себя Южные заводы.
Проект был создан при участии канцелярии Новороссийского наместничества, Азовской губернии, дирекции Южных заводов, Хлебной и Соляной палаты, пяти частных обществ. Дорога должна была соединить Кривой Рог с Новороссийском и Луганском, она значительно упрощала транспортное сообщение внутри промышленного района, что давало возможность существенно уменьшить затраты и увеличить производство.
Уголь, железо и хлеб получали выход на две могучие реки, которые протекали через заселённые земли, что давало прирост торговли и производства уже там. Из Кривого Рога продукция теперь могла значительно дешевле и проще расходиться по всей России. Мы получали доступ к новым источникам полезных ископаемых, которые в обилии водились в междуречье Днепра и Северского Донца. Длина пути была больше шести сотен вёрст, самым сложным элементом здесь был мост через Днепр, а вся стройка должна была завершиться за четыре года.
Согласовали железные дороги Москва-Петербург, которая соединяла бы важнейшие производственные и торговые центры России, Москва-Тула, приближающую Тульские заводы к главным потребителям своих товаров, и Екатеринбург-Тюмень. Вот последнюю-то мне пришлось продавливать авторитетом, указаниями на короткий путь для переселенцев на Восток, необходимостью снабжения Яицкого наместничества и наличием ресурсов на Уральских заводах, которые грех не использовать.
Строить Беломоро-Балтийский канал я не решился – всё сразу пока не выходит, остановились на соединении Камы, Северной Двины и Оби. Опять-таки пришлось принимать волевое решение, потому что экономически более заманчивым пока выглядел именно Большой Северный путь, как его называли. Но вот умений сделать его таким глубоким, чтобы по нему могли проходить линейные корабли из Архангельска в Петербург, пока не было, а без этого я посчитал его сооружение не столь важным. Исследовать начали возможный путь соединения Оби и Енисея, на что также были выделены средства.
Всё, свободных ресурсов, ни финансовых, ни производственных больше не было. С учётом переселения сотен тысяч людей, пробивания новых сухопутных дорог к Царьграду, строительства портов и крепостей на бывших турецких землях деньги и рабочая сила были уже на исходе. Вопрос полномасштабного освоения Русских Балкан даже пока не ставился – надо было обождать, чтобы военные столкновения и волнения там закончились, а промышленность подрастёт. Ну а главное, с поступлениями в казну всё улучшится – количество налогоплательщиков постоянно росло, истекали сроки бесподатного состояния для переселенцев.
Всё это мне приходилось делать, не заезжая в Столицу, по дороге – мой манифест о победе в войне с Турцией и присоединении земель Балканских и Константинополя имел просто оглушительный эффект. Наше уже почти поголовно грамотное население отлично знало, откуда пришло к нам православие, и кто был много столетий главным врагом царства Русского. Радовались все, и я просто не мог не посетить большинство крупных городов империи, не отпраздновать со счастливыми подданными эпохальную победу.