В Пруссии в этой компании особых задач не ставилось, только сдерживание Фридриха-Вильгельма от попыток вломиться в Богемию и Польшу. Браницкому было предложено повторить рейд Хаддика и он, ворвавшись в Померанию, принялся с таким энтузиазмом разорять деревни и города, что собранной заново прусской армии пришлось заняться противодействием его налётам. Но когда в Силезии объявился и сам знаменитый австрийский фельдмаршал, то польскому гетману стало значительно легче.
Одновременно Мекноб начал наступление в Восточной Пруссии, а Круз полностью блокировал все порты противника. Показательные бомбардировки Мемеля[13] и Кольберга[14] заставили пруссаков сосредоточить в своих гаванях значительные силы для противодействия возможному десанту. Таким образом, армия Фридриха-Вильгельма была связана, а всё ещё недостаточная её численность не позволяла Пруссии даже думать о переносе военных действий на территории Польши, России и Австрии.
Основной удар должен был осуществиться в Турции – союзные войска здесь имели в своём составе более двухсот тысяч человек и вели их наши лучшие командиры. Потёмкин решил присоединиться к Вейсману. Мама не хотела его отпускать, боясь за его жизнь. Смерть Румянцева была ею воспринята очень близко к сердцу, но удержать Гришку от подвигов уже не мог никто. Мне пришлось пообещать, что Вейсман проследит за его поведением, будет беречь его как зеницу ока.
План османов был как раз противоположен нашему – они рассчитывали в этом году удержать нас подле своих крепостей, подобно тому как их армия всю прошлую компанию простояла вокруг Стратилатова. Султан вытягивал войска отовсюду, даже корабли алжирских пиратов привлекались для будущего наступления против нас, французы и англичане слали своих советников. Турки усиливались, но для этого требовалось время, и они собирались его получить.
Тулча[15], Исакча[16], Мачин[17], Браилов[18], Гирсово[19], Бабадаг[20], Силистрия, Туртукай[21], Кюстендже[22] – это неполный список турецких крепостей только в Добрудже, которые предстояло взять нашей армии. А в Болгарии нас ждали Журжа[23] и Пазарджик[24], Плевна[25] и Шумла[26]… Десятки твердынь, больших и маленьких турки построили для контроля над православными землями, отлично вооружили их и наполнили гарнизонами.
Вспыхнувшее в прошлом году восстание сербов и болгар, помогло остановить османский натиск на Австрию, но ещё более насторожило противника. Турецкие войска отошли к крепостям, а на просторы Балкан высыпали десятки тысяч башибузуков, в число которых могли войти даже самые отпетые преступники. Иррегулярам поставили только одну задачу – убивать, и для этого они могли творить всё, что заблагорассудится.
Валахам хоть было куда бежать – русские и австрийские земли были рядом. Поток беженцев превышал даже самые плохие прогнозы, десятки тысяч обездоленных людей прибывали в Дунайское наместничество. Там срочно возводили новые карантинные лагеря и склады для продовольствия, именно туда перебросили почти половину всего Чумного ертаула, чтобы предотвратить эпидемии.
А вот куда было бежать болгарам и сербам? Да, часть их пока смогла укрыться в горах, но лишь часть. Русский бригадир Борис Ласси[27], находившийся в армии дяди, которая начала наступление чуть раньше нас, сообщал в своих письмах о жутких картинах истребления славян в Сербии. Наши войска рвались в бой, но я железной рукой тормозил продвижение к турецким твердыням до подхода нашего нового оружия – особых осадных бригад.
Под общим постоянным руководством объединялись тяжёлая артиллерия, инженерные войска, подразделения ракетчиков, гренадеры и егеря – почти десять тысяч человек, отлично обученных брать крепости. До войны мы смогли полностью сформировать только одну, под командованием генерал-поручика Меллера[28], но после победы под Стратилатовым, захваченный осадный парк турок позволил начать формирование и второй.
Для взламывания значительного количества укреплений, которые располагались на нашем пути, нужен был такой инструмент, и мы ждали подхода новых подразделений. Меллер должен был идти с Суворовым, так как в Добрудже крепостей было значительно больше, а вторая бригада генерал-майора Карпухина, которая была всё же слабее, с Вейсманом. Наконец в конце марта тронулись и наши силы.
Большая дубина особых бригад оказалась сюрпризом для турок, и Суворов всего за две недели взял отлично укреплённый Браилов, потом быстрым ударом захватил не ожидавшую его прихода Исакчу, Тулча и Сулина[29] при появлении русских капитулировали сами. Всего полтора месяца потребовалось нашим войскам, чтобы сломать первую линию Дунайских крепостей османов и высвободить почти пятнадцать тысяч солдат из наших гарнизонов.