Теперь они стали настоящими десантными кораблями, пусть и не предназначенными для больших морских походов, могущими плавать только вблизи берега, но зато способными перевозить роту солдат с артиллерией и быстро высаживать её там, где необходимо. Трудно было, да, но справились – рота участвовала в Бургасском деле, а Лущилин даже был представлен ко второму Святому Георгию.
А потом все черноморские полки, да ещё и батальон, переброшенный из Астрахани, перевезли в Бургас, где и начали готовить к главному делу.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
Тянуть со штурмом Константинополя было никак нельзя – и европейцы могли что-нибудь сотворить, да и турки вполне способны были прийти в себя. Но у нас в строю оставалось чуть более пятидесяти тысяч человек – сражение при Адрианополе обошлось нам совсем не даром. Да, в госпиталях было более двадцати тысяч, ещё почти сорок застряли недалеко, в Болгарии, но ожидать их подхода мы действительно не могли — слишком уж время было сейчас дорого.
Немного улучшило ситуацию появление в нашем расположении болгарских повстанцев. Пусть и запоздавшие к битве, плохо организованные и не лучшим образом вооружённые, люди были всё же вполне боеспособны, очень злы и мечтали отомстить туркам как за века угнетения, так и за теперешнее уничтожение местного населения. Более двенадцати тысяч человек, почти год провёдших в боях с турками, отступили в горы и там отбивались до подхода наших войск. Они все желали участвовать в освобождении древней столицы православия и были к этому готовы. Требовалось лишь довооружить их и поставить над ними толковых офицеров.
Штурм начался ранним утром. Полуразрушенные стены Константинополя, построенные ещё при Восточных Римских императорах, не могли надолго задержать атакующих, но сдать крупнейший и важнейший город, столицу, символ Оманской империи, султан не мог и не хотел. После первого удара гренадер турки отступили в сам город. Узкие извилистые улочки были прекрасным местом, где ещё весьма многочисленные войска Абдул-Гамида вполне могли нанести нам поражение.
В бой втянулись все наши ударные части, болгары и примерно половина пехотных полков. Суворову, командовавшему резервом, было невероятно сложно сдержаться, но я был с ним. Мне очень хотелось присоединиться к Отто и сражаться, но никак нельзя так рисковать государю, да и армия нам ещё была нужна, чтобы просто растратить её в Стамбуле. Туркам после полудня стало казаться, что бой идёт удачно, но не тут-то было. Сперва остатки турецкого флота и оборонительные сооружения с моря принялся громить Грейг, а затем началось тщательно подготовленное вооружённое выступление христиан в городе.
На этот раз, в отличие от восстания в славянских землях Болгарии и Сербии, оно было лучше подготовленным, а количество оружия, привезённого в город, было очень больши́м. Турки с началом войны в Валахии и Добрудже совершенно запретили торговлю в своих европейских землях и провозить военные грузы туда стало очень тяжело, это заставляло болгар сражаться чуть ли не мотыгами и кузнечными молотами. Такая слабость снабжения и привела к столь многочисленным жертвам и почти полной свободе, полученной башибузуками на просторах болгарских земель.
Но вот даже слегка ограничить оборот товаров в Константинополе было никак не возможно – огромный торговый центр мира не мог бы жить без этого, да и правительство Высокой Порты не имело возможности отказаться от доходов, которые давали и государственной казне, и личным состояниям вельмож важнейшую часть поступлений. То, что мы не смогли сделать в Мёзии, вполне получилось в Стамбуле. Так что оружия и наших агентов в Стамбуле было много, поэтому вспыхнуло в тылу у султана знатно.
А потом, в дополнение ко всему на причалах Константинополя начала высадку наша морская пехота.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
- Быстрее. Быстрее! Соблюдать порядок, братцы! Симонов! Вон туда, к сараям двигайся! – Лущилин, рыча от азарта, командовал выгрузкой своей роты. Уже настали сумерки. Натренированные солдаты чётко выполняли давно отработанный манёвр, по десяткам выбегали по сходням на берег, где их принимал поручик Симонов и организовывал продвижение к портовым сооружениям и прикрытие высадки. Лёгкие пушки быстро поднимались из трюма и скатывались на берег. Надо всем величественно гремела артиллерия русского флота, разрушая всё, что привлекало хотя бы малейшее внимание канониров.