Шероховатый язык прошелся по бледным щекам Оладе. Миг и тихий стон разрезал мертвую тишину. Ресницы дрогнули — девушка открыла глаза. Еще недавно ясные звезды подернуты розовой дымкой чужеродной магии. С пересохших губ сорвался хрип-просьба:
— Воды.
Старая нянька поднесла круглую чашу. Фосса первая сунула нос и внимательно обнюхала подношение. После одобрительного рыка, принцесса, наконец, напилась.
— Какое облегчение! — Восхитился кто-то из присутствующих. — Дивное животное вернуло деву с того света. Все же жаль, что фамильяры почти исчезли с Антая.
— Палка о двух концах. Сила вызывает зависть и распри.
— Странно, что у лишенной магии есть «проводник», а у первых лиц нет.
Предупреждающее «т-с-с» и смешки недоброжелателей слились в одно.
Звон свадебных колокольчиков заставил опомниться мамок, нянек и прислужниц.
Невесте давно следует быть в ритуальном зале!
Шум поднялся почище прежнего. Принцессе поправляли платье и прическу, щипали щечки, чтоб появился румянец, напоминали ритуальные фразы.
Оладе безучастно взирала на суету. Туман яда так до конца и не отпустил. Глаза слипались. Губы время от времени сводило судорожной улыбкой. Окончательно отключиться от действительности не позволяла любимица. Дочь коэна погладила фоссу между ушами.
Моя хорошая… Как же ты вывернулась из когтей Пармис? — Животное телепатически уловило мысль, жалостливо мяукнуло и прижалось к ноге. — Будет тебе. Я тоже соскучилась. Давно мне не отдавливали ноги и спихивали во сне с подушки.
Фосса фыркнула и ласково боднула хозяйку. Пора на выход.
***
В напряженной тишине зала стук каблучков прозвучал канонадой. За дверями выла обиженная фосса — охрана не пускала ее внутрь.
Проходя мимо со-правительницы, принцесса вздрогнула. Ей почудился тот же удушливо-сладкий запах, что и накануне.
Похоже на аромат «дурманного дерева». — Мелькнула паническая мысль.
Бругмансия действует на свалт-алфов гипнотически: оставаясь в сознании, они не отвечали за свои действия. Много преступлений совершалось с помощью проклятого зелья.
Так вот чем был пропитан «розовый туман»
Оладе приблизилась к жениху и, помедлив, вошла в круг. Со стороны Шиама огонь странно зашипел, точно на угли пролилась вода. Сердце сжалось от дурного предчувствия.
Повеселевший филид энергично взмахнул руками. Ритуальные письмена загорели пуще прежнего. За окнами загремели салюты, крики и здравницы: хорошая весть дошла и до простых свалт-алфов.
Филид отрезал у принцессы прядь волос и бросил в ритуальную чашу. Локон вспыхнул, но не оставил следов на скучающем там кольце. Придворный маг на мгновение замер, нервно передернул плечами, но продолжил обряд. Не один он заметил огрех. Ультрамариновые глаза советника посветлели, приобретая опасную зелень. Прекрасное лицо превратилось в маску лютой ненависти. На кончиках пальцев то возникали, то пропадали крошечные молнии.
Обручальное кольцо в стране Огня не просто символ. Замкнутая полоска метала означала не только стабильность, неизменность, вечность и бесконечность, но и верность в любви. Без тонкого кружочка невозможно получить благословение Ома, ибо именно его бросали в жертвенный синий огонь, получая взамен неистребимые временем ритуальные татуировки на запястьях.
На стандартный вопрос, принцесса безучастно ответила:
— На то воля великого Огня.
Огненные пиктосемисы взмыли вверх. Снаружи в сверкающей лазури трижды полыхнули молнии.
— Сомкните руки и проследуйте в храм, дабы Великий Ома подарил благословение вам и вашим детям.
Не успел филид закончить фразу, как ударили в литавры, запели свирели под мелодичные переливы арфы. Певчие затянули древние гимны. Матроны украдкой утирали слезы. Не всякому посчастливиться увидеть свадьбу владык страны Огня. Вот будет что рассказать внукам!
Свалт-алфы поспешили создать коридор из искр и огненных шутих. Пармис стояла ближе всех. Казалось, золотое платье стало продолжением огня. Засмеявшись какой-то шутке придворных, со-правительница повела рукой в сторону невесты. Из приоткрытого перстня посыпалась искристо-розовая пыльца.