Доживу ли я до утра? Так хочется в последний раз увидеть солнце
Вдруг полыхнул камин. На холодных до сей поры углях застыл охваченный алой пеленой фамильяр. Мотнул головой, точно звал за собой.
Не могу… нет сил…
Словно прочитав мысли, фосса выпрыгнула из камина и подбежала к хозяйке. Шершавый язык стал охаживать самые глубокие раны. Вскоре Оладе смогла неуверенно подняться на колени и медленно поползти к выходу. Голова кружилась, желудок то и дело сводило судорогой, руки-ноги подкашивались. Каждый метр давался с неимоверным трудом. У пылающего камина дорогу преградило встревоженное животное.
— Что?
Болезненная судорога заставила повалиться на бок. Фамильяр блеснув алым взглядом, подтолкнул мордой к огню. Ужас перед стихией открыл второе дыхание, и девушка откатилась в сторону. Фосса с рычанием наступала. Клацнули острые зубы.
Она взбесилась?
Даже слезы высохли. Сухие поленья подозрительно затрещали. Потухшие угли ожили. Пламя в камине полыхало все ярче. Силы окончательно покинули принцессу, она безвольно лежала у самой решетки. Языки подобрались совсем близко и страстно поцеловали изгиб стопы. Крик застрял в горле. Несколько алых угольков скатились на плиты и запутались в рыжих волосах. Запахло паленым. Огонь, точно хищник подкрадывался все ближе и забирал все больше.
В точности, как мама… значит судьба
___________________
аeternitas¹ — вечность
бюксы² или весовой стаканчик используется при исследованиях, связанных с высушиванием сыпучих материалов. Используются как емкость
фамильяр³ (familiar), — волшебный дух, служивший колдунам. Фамильяры помогали по хозяйству и в различных бытовых делах, но также при случае могли помочь околдовать кого-нибудь. Считался разумным, имел собственное имя и чаще всего принимал форму животного. Так как они выглядели как обычные животные, то вполне могли шпионить за врагами хозяина. Некоторые колдуны полагались полностью на фамильяра, как если бы он был их ближайшим другом
Глава 4.
Утро распахнуло глаза и сонным предрассветным туманом взглянуло на дремлющий Исуриум. После изысканных яств, головокружительного веселья и, что уж кривить душой — чрезмерного возлияния, коэн, высокопоставленные гости да придворные лизоблюды забылись непробудным сном. Стены замка содрогались от многоголосного храпа, собаки смачно грызли под столами объедки, а теплый ветер гонял по мраморным ступеням обрывки бумажных цветов и мишуры.
Лишь со-правительница так и не сомкнула глаз. До самого рассвета неотрывно следила она за бушующими отблесками огневицы над одной из башен. Там, в пышно убранных покоях, на тонких батистовых простынях тешились друг другом новобрачные.
Будь все проклято!
Под опухшими глазами залегли глубокие тени, губы искусаны в кровь, а сердце сжимала холодная рука отчаяния. Из горла рвался полурык-полустон.
Как же она ревновала!
Пармис отбросила в сторону изорванный в клочья платок. Невыносимо отдавать любимого мужчину другой. Пусть даже на время. Но как иначе захватить власть и сместить ненавистного супруга? Древний род должен прерваться. Только глупые клошары все еще верят, что Семьи четырех держав ведут свой род от Великих стихий.
Глупая чернь. Есть и более достойные, чтобы править империей. Главное год перетерпеть — страшный яд уже проник в гнилую кровь старого коэна.
Окружающий мир на мгновение смазался и пошатнулся. Пармис потерла виски. Что-то нездоровиться в последнее время — дурнота все чаще омрачает существование.
Надо бы отдохнуть, теперь я в ответе не только перед собой, но и перед крошечным счастьем под сердцем
Новый приступ тошноты подкатил к горлу. Женщина достала из кармана пузырек из мутного стекла и выпила несколько глотков остро пахнущего зелья.
Перекинуться бы хоть словечком с милым другом. Чтобы знать о взаимности, чтобы верить и не страдать.
Решено!
Пармис осторожно приоткрыла дверь будуара, и опасливо оглянувшись по сторонам, скользнула в недра полутемного петляющего коридора. Она легко уходила от пытливых глаз стражи и зевающих слуг. Тяжелые портьеры, изысканные гобелены и сокрытые порталы тщательно прятали от посторонних тайные входы-выходы. Испачкав подол в пыли, спугнув несколько летучих мышей женщина, наконец, достигла цели.