— Вставайте, балбесы, — сказал он, расталкивая сопящих Крючков.
“Мерседес” стоял в каком-то непонятном светлом помещении с иллюминаторами и мерцающим пультом в углу. У массивных дверей на стуле сидел вооруженный космический пехотинец и с интересом листал “Плейбой” для гуманоидов.
Сан Саныч немного подумал, после чего все-таки тонировку стекол отключил.
Пехотинец на стуле дернулся как ужаленный, выронив журнал на пол.
— Не очкуй, братела, — сказал ему в микрофон Воротилов, — а лучше позови капитана.
Спрятав журнал под форму, пехотинец вызвал по висящему на стене видеофону капитана Румбеля, сообщив тому, что земляне желают его видеть.
— А разве они уже не спариваются? — удивился капитан. — Что-то быстро, однако.
Сан Саныч демонически рассмеялся.
Коварный план побега был им уже полностью придуман.
Во сне.
Крючки, предчувствуя заварушку, радостно захихикали, и Воротилов полушепотом поведал им свой грандиозный и одновременно простой до идиотизма план.
Двери медленно разошлись в стороны, и в помещение вошел озабоченный капитан.
— В чем дело? — спросил он братков в “мерседесе”. — Я вас слушаю.
Братья Крючки, незаметно достав из бардачка электробритву, осторожно передали ее Воротилову.
— Подойдите ближе, капитан, — сказал в микрофон Сан Саныч, — нам вас плохо слышно. Удивившись, Румбель подошел ближе.
— А так, — спросил он, — слышно нормально?
Пехотинец стоял у самых дверей, придерживая рукой выпадающий из-под мундира журнал, а капитан находился совсем рядом с “мерсом”. Лучшей позиции трудно себе было представить.
— Давайте, — скомандовал Воротилов, и выскочившие из шестисотого братья Крючки за считанные секунды скрутили капитана, ловко затащив его в машину.
С громким щелчком захлопнулись двери “мерса”.
Дело было в шляпе.
У дверей мирно лежал упавший в обморок космический пехотинец, на лице которого ярко алела обложка раскрывшегося “Плейбоя” с какой-то каракатицей в тоненьком бикини.
— A-a-a-a, — закричал капитан Румбель, руки которому братья Крючки связали за спиной галстуком, — вы что это со мной собираетесь сделать? Предупреждаю, я гермафродит, мой народ размножается с помощью перекрестного опыления пыльцой растений.
— Да заткнись ты, — рявкнул Сан Саныч, — ты нам на фиг нужен.
— Тогда отпустите меня, — резонно заметил капитан.
— Не-а, — мотнул головой Воротилов, — ты наш заложник.
— О, Боже, — простонал Румбель, — и что же вам надо?
— Сейчас узнаешь, — усмехнулся авторитет, — Сема, жми на газ.
Рванув с места, “мерседес” играючи высадил раздвижную дверь, чуть не наехав на обморочного пехотинца.
За дверью был большой коридор, вполне способный вместить не только шестисотый, но и английский “даблдеккер”.
— Ладно, пучеглазый, где здесь у вас гараж для челноков? — спросил Воротилов, раскуривая очередную сигару.
Капитан закашлялся.
— Ничего я вам, бандюгам, не скажу, — гневно ответил он, — какая низость, симулировать таинство спаривания, лелея план побега.
Пожав плечами, Сан Саныч извлек из кармана электробритву и, включив ее, поднес к голове капитана.
— Что это? — истошно заорал Румбель, припадочно дергаясь, но один из Крючков крепко держал его за ноги.
— Это? — Воротилов выдохнул струйку табачного дыма прямо в лицо заложнику. — ПВМ-300.
— Что? — не понял капитан.
— Портативный высасыватель мозгов, — мило пояснил Сан Саныч.
— Мама, — заорал Румбель, — помогите.
“Мерс” стремительно летел по длинному коридору и попадающиеся на пути военные едва успевали от него уворачиваться.
На корабле включился сигнал тревоги, сторожевой крейсер был переведен в состояние боевой готовности.
— Где челноки? — теряя терпение взревел Воротилов, поднося жужжащую электробритву к уху капитана.
— Там, — закричал Румбель, указывая рукой, — нужно повернуть направо.
Свернув в одно из ответвлений коридора, “мерс” остановился в небольшом тупике, заканчивающимся овальной дверью.
— Как ее открыть? — спросил Воротилов, зловеще размахивая бритвой.
— Дверь реагирует на голос, — ответил, бледнея, Румбель.
Сан Саныч сунул капитану под нос микрофон:
— Давай открывай живо.
— Сезам, откройся, — просто сказал в микрофон Румбель, и овальная дверь ушла вверх.
За дверью стояли боевые роботы и несколько офицеров с лучевиками.
Воротилов многозначительно подмигнул капитану.
Румбель судорожно сглотнул.
— Не стреляйте, — крикнул он в микрофон, — пропустите их.
Офицеры недоуменно переглянулись, но все же отступили, отведя роботов и освободив проход в гараж, где стояли челночные звездолеты.
— Наши требования, — гремел в отобранный у капитана микрофон Воротилов, — миллион кредиток наличными, пять импульсных лучевиков и челночный звездолет, до отказа заполненный топливом, в противном случае капитан будет уничтожен.
Офицеры побледнели и через десять минут погрузили выкуп террористам на один из челноков.
— А теперь пошли вон, — гаркнул Воротилов, — и роботов своих заберите, не то я сверну капитану шею.
— Не надо, — прошептал Румбель.
Осторожно попятившись к выходу, офицеры покинули гараж, а сидящий за рулем “мерса” Крючок, плавно заехал в просторный салон космического челнока.
— Сема, проверь, нет ли засады, — приказал Воротилов.
Сема, выбравшись из машины, тщательно обследовал помещения космического корабля и, вооруженный лучевиком, вернулся к шестисотому.
— Все чисто, Сан Саныч, можете вылазить, — радостно сказал он.
Воротилов вытер взмокший ежик на макушке и, открыв дверцу, поволок за шиворот капитана из “мерса”.
— Теперь-то вы меня отпустите, — взмолился Румбель, — если я пропущу хоть одну серию “Кибермарии”, я этого не переживу.
— Заткнись, — рявкнул Воротилов, толкая капитана к креслу пилота, — Сема, развяжи лупоглазому руки. Сейчас будем взлетать.
— Что? — переспросил Румбель. — Вы хотите, чтобы я…
— Конечно, — удивился Воротилов, — а кто ж его поведет, мы, что ли?
И братки басом заржали, сильно напомнив при этом новых марсиан.
— Ну все, получилось, — Сан Саныч с облегчением откинулся в гравитационном кресле.
Космический челнок плавно парил в открытом космосе, оставив далеко позади и планету Цербер-3, и переполошившийся сторожевой крейсер “Смердящий”.
— Ну и куда теперь? — спросил за штурвалом капитан Румбель. — Предупреждаю заранее, что это не крейсер, топлива мало, до Земли челнок не дотянет.
Сан Саныч напряженно думал.
Проблемы множились, как морские свинки, или скорее как сидящие друг в друге матрешки.
В принципе звездолетом Воротилов мог попробовать управлять и сам, без помощи заложника-капитана, поскольку он зорко наблюдал за Румбелем, когда тот выводил челнок из гаража крейсера. Управление звездолетом очень походило на управление трамваем. Две педали и клаксон.
— Так, ну куда теперь, — нудил капитан, тоскующий по любимому телесериалу, — решайте же скорей.
— Нам дальше, — ответил принявший решение Сан Саныч, — а тебе наружу.
— Куда? — не поверил своим ушам Румбель.
— Наружу, — повторил Воротилов, постучав пальцем в иллюминатор, — ты нам больше не нужен. Братва, тащите скафандр.
Капитана снова пришлось связать, а один из Крючков принес из шкафчика у шлюзовой камеры скафандр.
— Что за фигня? — удивился Сан Саныч, рассматривая странные валенки, треух и телогрейку.
— Какой был, — пожал крутыми плечами Крючок.
— Это не фигня, — обиделся связанный Румбель, — это гениальное изобретение профессора Сумасбродова — космический костюм “Спиридоныч”.
— Ну раз так, — сделал вывод Воротилов, — то в нем ты по космосу и погуляешь.
Втолкнув капитана в шлюзовую камеру, Крючки снова развязали ему руки и, отдав скафандр, вернулись на челнок.