Огромная сфера «Локи» приблизилась. Штурмовики этого, конечно, не видели, но Гётц на всякий случай поглядывал на развертки поисковика – и заметил, что катер направляется вовсе не к слипу основных стартовых створок.
Разумное решение, мысленно одобрил он капитана. Что может быть лучше, чем черный ход – особенно когда про него не знают враги? А у «Локи» такой имелся.
– Включить поисковики, активировать броню, перевести оружие в боевое положение! – раздалась в переговорнике команда капитана. – Развернуть проекцию внутренних помещений объекта! Так, парни, заходим через аварийный шлюз! Капрал Гётц, со своим звеном вскроешь эту консервную банку!
– Есть, сэр! – привычно рявкнул капрал, хлопнул подчиненных по спинам и выстроил перед выходом.
– Под хорды катера не соваться! – предупредил Гётц штурмовиков. – Повисите в сторонке, сам справлюсь!
– Прикрыть спину? – заикнулся кто-то из молодых.
– Задницу себе прикрой, недоумок! – рявкнул Гётц. – Еще не хватало, чтоб кто-то болтался за моей спиной с оружием на боевом взводе!
Щелкнула диафрагма, звено штурмовиков выпало в черноту космоса. «Локи» выглядел мертвым: не мерцали экраны Фридмана, не притягивала шлейфовая гравитация, не мерцали посадочные дорожки на слипах – на огромном корабле вообще ничего не светилось. И хорды двигательной установки не сияли губительным светом, что было очень странно, но в данном случае неплохо. Гётц разок попал под хорды, впечатлений хватило на всю жизнь, больше не надо. Капрал подлетел к корпусу корабля, поискал радиационные метки маркеров. Маркеры оказались на месте, как и пиропатроны. Руки выполнили привычные манипуляции. Овал входа в аварийный шлюз дрогнул и медленно повалился внутрь.
– Молодец, капрал! – похвалил капитан. – Работаем, парни, живо, живо, пошли! Капрал, на тебе периметр!
– Есть, сэр! – бодро отозвался капрал.
Никакого периметра в шлюзовой камере не предполагалось, но не говорить же подобное капитану, когда тот руководит операцией? Так что капрал со звеном просто отодвинулся к стенам, чтоб пилоты «Кровавого орла» ненароком не сделали из штурмовиков неаппетитную и, да, кровавую кашу, втискивая катер внутрь.
«Кровавый орел» варварски вогнал когти посадочных якорей в покрытие шлюзовой камеры и плотно встал. Штурмовики вереницей поплыли из катера, занялись установкой аварийной перепонки и распечатыванием доступа к внутренним помещениям корабля. Гётц в общей суете участия не принимал. Он прислушивался к ощущениям. Что-то смущало его чуткий инстинкт самосохранения. Чтоб проверить догадку, он даже отцепился от стены. Да, похоже, его насторожило именно это. Гравитация была. Но очень-очень слабая. Как будто работала гравитационная установка зеленой зоны.
– Кэп, зеленая зона работает, – доложил он.
– Знаменитые предвидения капрала Гётца? – тут же язвительно откликнулся капитан. – Они же посталкогольные страхи капрала Гётца? Капрал, займитесь делом!
– Есть, сэр! – рявкнул Гётц. – По плану операции мои парни идут аръергардом! Ждем начала движения, готовы к выполнению задачи, сэр!
– Так-то лучше. Ведь можешь, когда хочешь, Гётц! Я из тебя еще сделаю настоящего солдата…
– Парни, смотрите во все стороны! – буркнул капрал подчиненным. – Здесь что-то не так, или я не капрал Гётц!
Обижаться на капитана не имело смысла. Как он мог поверить какому-то капралу, если приборы капитана гравитации не определяли? Это капрал чуял гравитацию непонятно чем. Он вообще многое чуял. Вот сейчас, например, он был убежден, что в глубине корабля есть живые люди.
Огромный люк раскрутили вручную и отодвинули. В шлюзовую камеру ворвался воздух, парочку зазевавшихся штурмовиков даже приподняло потоком и ощутимо приложило об стену. По крайней мере, герметизация корабля не была нарушена. Но огромный экипаж «Локи» тем не менее не подавал признаков жизни.
Раздалась команда на движение, и штурмовой отряд поплыл внутрь мертвого корабля. Гётц выждал, чтоб набрать необходимую дистанцию, махнул своему звену и сам, настороженно озираясь, вплыл следом.
Внутри «Локи» было… странно. Широкие и абсолютно пустые коридоры наполняла какая-то слабосветящаяся взвесь. Поначалу еле заметная, по мере продвижения к зеленой зоне она становилась все плотней и плотней, пока не превратилась в настоящий туман. Синий светящийся туман. И появилась ощутимая гравитация. В зеленой зоне действительно работала как ни в чем не бывало внутренняя гравитационная установка. И кто-то там ее обслуживал, выходит. Капрал поморщился: капитан, естественно, и этого вывода не сделал. Понятно, занят руководством, думать некогда. А вот капрал Гётц на этой стадии операцию бы уже свернул – потому что дроны о гравитации почему-то не доложили. Это было непонятно, а капрал непонятное очень не любил. Непонятное в космосе означает смерть.