Старшина помедлил, потом вскинул ладонь к шлему и тяжело побежал к выходу.
– Вот так мы и командуем! – пожаловался офицер. – И вот что еще: не тормози, комэск! Амазонкам – старт!
И они побежали следом за старшиной…
Истребитель в прицельной глобе отчаянно замигал опознавателем.
– Мы вас предупреждали! – заорал стрелок. – Всех предупреждали! А вы в спину бьете! Нет теперь своих, получай!
Дисколет коротко дрогнул, истребитель полыхнул взрывом.
– Ракеты на нас тащил, сволочь! – ахнул стрелок. – Вовремя я его! Ну, гады… Серж, прыгай в контакт, щас я им!
– А я что делаю?!
Разовая электроника мигнула и сдохла, стрелок матерно выругался.
– С корабля боевого управления снова олл-аут шарахнули, – буркнул старшина. – Не страшно, радары у нас еще есть. И амазонкам я поставил. Отстрел кожухов, ловите цели!
Сопровождение целей восстановилось. Офицер привычно поймал в захват контур SS, чуть подправил, чтоб попасть по хордам, и дал короткую очередь. Европеец закувыркался в сторону матки Штерна.
– Европейцы и так уходят, – процедил пилот. – Контроль над маткой восстановили, прячутся в ангары, кто жив остался. Карателей вали!
– Не могу, – пробормотал офицер. – Что-то в глазах двоится… Чем меня по голове дали, кто видел? Гудит!
– Гудит у него! – проворчал пилот и совершил маневр. – Радуйся, что есть чему гудеть, герой! Ты же гранату из «залпа» шлемом ловил! Съехал в люк и подставил башку! «Семерку» спасал, герой! Мы думали, без головы останешься, а у тебя просто гудит! Повезло, лазеры достали гранату на подлете! Олежка, бери трассеры на себя, у кэпа гудит…
…Офицер с трудом выпрямился в компенсаторе. Наверно, он сколько-то времени провел без сознания, потому что бой кончился. По крайней мере, «семерка» ровно шла чуть в стороне от шлейфа «Локи», и никто на нее не нападал.
– Старшина, доклад.
– Уходим, командир, – устало отозвался Буревой. – Уходим в «черную бороду». «Семерка» в охранении, только мы на ходу и остались. Идентифицируем своих. Ищем, наводим, затаскиваем в створки, если требуется. Каратели… отстали, в общем.
– Мы Усольцева завалили, вот они и отстали, – так же устало добавил стрелок. – Лично крошил гада, насмерть.
– Корабль боевого управления? – вяло удивился офицер.
– Да. А что? «Косатки» не бессмертны. Здорово, что очнулся, командир. Мы думали, ты умер. У тебя кровь шла.
– У мертвых кровь не идет, – прошептал офицер. – Амазонки?
– «Двойку» потеряли… сгорели девчонки. Прикрывали нас, когда «Косатку» валили, и нарвались. Восемь хорд – не двадцать четыре, маневра не хватило. А защита кончилась.
Офицер сглотнул и провел ладонью по воспаленным глазам.
– Наших сколько вернулось?
– Мало. Мало, командир. Последних подобрали пару часов назад, больше никого…
– А это кто?
Старшина вгляделся в сферу, поймал цель в захват системы слежения.
– Не знаю, – пробормотал он. – Но узнаю. Если глоба работает – идентифицирую визуально. Если общая связь – на слух. Нет связи – опознавательный номер прочитаю. Номер скрыт – выбьем ему хорды и затащим в створки, там десантура дежурит…
– Чем выбьем? Трассеры пустые давно.
– Мы два раза боекомплект пополняли, пока ты лежал! – возразил стрелок. – Есть чем. Поближе подойдет – прыгнем на контакт и дадим…
– Ну вы летаете! – сказал из глобы капитан-контрразведчик. – Еле догнал. Я же не профессиональный пилот!
– Михеев! – прошептал офицер. – А я тебя похоронил. Какой ты молодец!
И офицер все-таки заплакал.
– Да ладно тебе, – неловко отозвался капитан. – Я бы раньше успел, да сестру искал. А там бой…
– Что?!
– Лючия – пилот высшего класса, успела отстрелиться от постановщика помех, – пояснил капитан. – Он большой, под ударом лазера сгорел не сразу…
Офицер с безумной надеждой уставился на него. Потер глаза, крутнул головой, словно избавляясь от наваждения…
– Эй, на «семерке»! – встревоженно сказал капитан. – Вам на своего командира совсем наплевать?! Его надо срочно к врачу, я отсюда вижу!
Офицер счастливо улыбнулся и ткнулся лицом в панель управления огнем. Потому возвращение на «Локи» прошло мимо его сознания, как и перемещение в шикарный, по-европейски первоклассный медблок.
Считаю и буду стоять на том твердо: новая сила в этом бою реально вышла на арену истории. Именно силой ее посчитали все заинтересованные стороны. Причем силой сверхъестественной. Ничем другим успехи бунтовщиков объяснить не получилось.