– То есть, – начал догадываться офицер, – Олег сейчас снимает облегченные трассеры, чтоб в освободившиеся ниши поставить… что?
– Спецоборудование, – признался стрелок. – Такая штучка для… в общем, штучка. Вы не поймете, но вам понравится. Только она не лезет. Не совмещается, дрянь. Но мы ее сейчас подпилим, подрежем и кувалдой ее, кувалдой, как принято у нас, русских…
– Снимаем, что устарело для боя, ставим средства защиты от лазеров, системы невидимости, то-се, всякую хрень! – проворчал пилот и снова взялся за манипулятор холодной сварки. – Конструкторы – уроды! Если уж слизали базу задарма у европейцев, то могли б в оставшееся время улучшить системы РЭБ? Работай теперь за них… уроды…
Последнее слово донеслось уже из внутренностей диска.
– Как вам должна осточертеть война, – тихо пробормотал офицер. – Вы же участвовали во всех, начиная с первой звездной. Горели в крейсерах, высаживались с десантами, дрались в обороне крепостей, у вас военного опыта больше, чем у всех ныне живущих – и все равно вы проигрывали, проигрывали все вместе с Россией… но почему-то не сбежали ни к европейцам, ни к америкосам. Хотя наверняка могли.
– Не болтайте лишнего, товарищ император! – непочтительно буркнул старшина. – Нас нет, мы умерли давно. И вообще не ваше это дело. Ваше дело – вон, Лючия третий раз мимо проходит. Наверняка что-то разведывательное по Седьмому флоту желает сообщить… без свидетелей.
И огромной ладонью подтолкнул своего командира и лидера бунта в нужном направлении. Офицер поморщился, потер левую сторону груди и действительно пошел, но не вслед за стройной испанкой, а на шум в ремзоне.
В ремзоне происходило то, что и предполагалось: среди завалов битой техники сошлись грудь в грудь временный комендант «Локи» майор Быков и зампотех центральной базы космофлота генерал Кожевников. Два русских медведя в берлоге выясняли, кому в ней править. Группы поддержки угрюмо оценивали силы противника и пододвигались на убойную дистанцию. Офицеры-техники базы справедливо желали поквитаться с обнаглевшей десантурой, десантники справедливо готовились отстаивать свое право распоряжаться на «Локи». Офицер снова поморщился. Генерал Кожевников, чуть ли не единственный в руководстве, умел работать и работал, властной рукой правил гигантским организмом центральной базы космофлота. В критический момент не побоялся взять командование на себя, вывел личный состав с минимумом потерь – небывалый поступок для представителя генералитета. Техники готовы были стоять за генерала насмерть. А десантники – за своего майора, не предавшего роту в бунте, прошедшего с ней огонь и смерть в драке с Пятым флотом. Офицер заметил притаившихся за металлоломом бойцов в экзоскелетах. Что-то следовало делать, пока не полетели клочки по закоулочкам – в самом прямом смысле.
– Смирно! Равнение на императора! – прокатилась внезапно команда.
Офицер оглянулся – его полосатые телохранители невозмутимо торчали за спиной. Старшина-десантник еле заметно улыбался.
В наступившей тишине офицер прошел к месту действия. Внимательно оглядел красного от злости майора, бледного от ярости генерала. Что-то следовало делать.
– Товарищ майор, господин генерал. Реальность такова: вы, товарищ майор, никогда не сможете эффективно руководить столь сложным организмом, как «Локи» – в силу отсутствия специальных знаний и управленческого опыта. Вы, господин генерал, никогда не сможете занять руководящую позицию в иерархии восставших – вы из высшего руководства российского космофлота и причастны ко всем творящимся там мерзостям. От немедленного расстрела вас отделяет всего один шаг. Этот шаг – уважение мое и ваших подчиненных. Не теряйте его.
Генерал выпятил челюсть и попробовал шагнуть вперед – но наткнулся на дульный срез «Шмеля» одного из телохранителей. Как показалось офицеру, очень болезненно наткнулся. Десантники не собирались церемониться с представителем генералитета.
– Бригада спецназ «Внуки Даждь-бога» уходит в глубокий рейд, – продолжил офицер, невозмутимо глядя на злые лица собравшихся. – Все желающие биться за будущее России поступают в распоряжение временного коменданта «Локи». Остальных прошу проследовать обратно в спас-модуль. Приводные маяки будут транслировать эс-оу-эл на всю мощность. Надеюсь, спасатели российского космофлота обнаружат вас раньше, чем европейцы. Товарищ майор, подготовьте службы корабля к работе в невесомости, последнюю треть полета гравитационные преобразователи будут заглушены…
– Вы идиоты? – не сдержался генерал. – Корабли огневой поддержки не приспособлены к эксплуатации в невесомости, это вам не элементары!