— Но я не хочу нового, — возражала Сюзанна, всхлипывая, — я хочу быть с ним. Что я сделала не так?
— Неважно, — говорила Милли, подавая ей платок, — иногда мужчины просто пропадают. Им веры нет. А этот был совсем бесполезный.
— Неправда! Он помогал мне искать Агату!
— И как, нашел? — фыркнула Энни.
Сюзанна замерла.
Нет. Не нашел. Но и сама она почти забыла о подруге. Просто встречалась с Джеком и наслаждалась прогулками с ним. Сколько же времени она не была в парке?
Три месяца. Из-за глупого и ветреного ухажера она забыла об Агате!
Ее словно что-то толкнуло в спину. Сюзанна поспешила в сад.
Белые розы вновь цвели в окружении обычных: розовых и алых. Колючий куст Агаты исчез.
Сюзанна бросилась к садовнику.
— Где они? Где черные розы?
— Господин наместник велел убрать, — садовник почтительно поклонился.
— Но я же просила оставить! Когда это случилось?
— Вчера. Госпожа, вы ведь перестали приходить к нему, уже месяца три как. Наместник решил, что вы про него забыли, и проклятый куст больше не нужен. Агата ведь не вернется, так зачем его хранить?
У Сюзанны перехватило дыхание, а потом она горько заплакала. Не вернется! Сюзанна забыла о ней, о черных розах, и все следы Агаты тихонько выкорчевали из ее жизни. Глупый отец! Глупый Джек! Зачем она им доверилась? Нужно было следить за кустом и искать Агату самой!
Она ужасно рассердилась и впервые в жизни рыдала от злости и гнева. Выгнала служанок, лезущих с утешениями, и отказалась ужинать вместе с отцом. Порвала все записки Джека и сожгла их в камине.
Но больше всего Сюзанна сердилась на себя. Только она была виновата во всем. Агата ждала ее, но так и не дождалась.
Когда слезы закончились, Сюзанна принялась составлять новый план.
Она должна снова пойти в парк к Воронам. Обойти все любимые места Агаты в городе. Ходить по улицам и спрашивать черноволосых людей о ней. Сюзанна сделает все, чтобы найти ее.
И больше никаких глупостей. Джек пусть уезжает из города и женится на ком хочет, Сюзанна же останется здесь и не выйдет замуж, пока не найдет свою подругу.
Глава 20. Заколдованный куст
Шарлотта любила цветы.
Рейвен знал это и старался радовать ее ими, когда мог. Так что, услышав о неких удивительных заколдованных розах в саду наместника, немедленно полетел за ними.
Розы действительно впечатляли.
В прошлый раз их было великое множество, но росли они отдельными, аккуратными кустами. Теперь же весь сад превратился во владения черных роз: только они цвели повсюду, прорастая сквозь землю и вытесняя другие цветы. Их стебли превратились в колючую лозу и обвивали все вокруг.
Рейвен пригляделся.
Не все. В центре черного царства вольготно цвел куст белых роз, от которых колючая лоза держалась на приличном расстоянии.
Пахло в саду просто упоительно.
Рейвен полюбовался черными розами и уже собрался слететь вниз и нарвать их, но внезапно вспомнил, что Льюис ему это запретил. Он ведь уже прилетал в этот сад и хотел достать Шарлотте алых роз, мирясь после долгой ссоры. Но не успел: она остановила его, передав приказ Великого Ворона:
«Никакого воровства в городе! И не беспокой наместника!».
Рейвен досадливо цыкнул.
Ну вот. Просто взять розы нельзя, это воровство, раз они кому-то принадлежат. Так как же получить их? Может, они растут где-нибудь еще?
Снизу раздался испуганный вскрик. Садовник, уронив инструменты, в ужасе смотрел на него.
— Эй, скажи, где в городе достать таких же черных роз? — спросил его Рейвен.
— Нигде! Это же проклятый куст!
— Проклятый? Разве проклятье падает на цветы? — изумился Рейвен.
Это звучало безумно. К тому же, проклятье Воронов распространялось с помощью серебряных вещей. Кто-то повесил их на куст? Он теперь питается жизненной силой людей?
— Его прокляла Агата Милн, — поежился садовник, — эта злая девчонка терпеть не могла свои чудесные розы. Сколько бы я за ними не ухаживал, вечно была недовольна. А как сама получила проклятье, так и куст свой прокляла, чтобы он вредил саду.
Рейвен озадаченно подергал себя за косу.
Разве Агата была колдуньей? Ему никто не рассказывал об этом.
— А как она это…
— Стой! Нарушитель!
Подоспела охрана, и садовник с облегчением спрятался за их спины.
Рейвен хмыкнул, глядя на них сверху. Он вспомнил ту ночь, когда помог Нилу пробраться в дом наместника, а сам гонял бестолковых охранников по саду.