Рыцаря с монахом, конечно, заметили, но городские ворота открывать не спешили, и пришлось даже покричать. Затем через окошечко двери их подробно выспросили. Альберт назвался капитаном Уолшем и рассказал, что потерял всех своих людей, отражая штурм аббатства Ва, а сам чудом избежал пленения. Теперь же он просит пустить его в город для передышки по пути в Бордо. А брат Валентин объявил, что направляется в местный собор с церковным поручением.
Их впустили, сразу же заперев ворота, но Альберта предупредили, что ему надо показаться на глаза губернатору города – Рейно дю Фэйлу. От ворот путники поехали по зажатой стенами улице этого плотно застроенного городка, которая вела на холм с крепостью, но по пути остановились, чтобы перекусить в харчевне. Отведав местного пива и жареной колбасы, они не стали рассиживаться и направились к открытым воротам крепости. Там их уже никто ни о чем не спрашивал. Спешившись в просторном дворе, они оставили лошадей у коновязи перед массивным безыскусным донжоном, и Альберт попросил стражников, охранявших вход, объявить о нем губернатору. Валентин ничего не говорил, но всем своим видом показывал, что они вместе, и пока примостился на каменной скамье, предназначенной для облегчения посадки на лошадь.
Однако лицо Валентина вдруг разительным образом изменилось. Он побледнел, а глаза было невозможно поймать.
– Смотрю, вы нуждаетесь в отдыхе, брат Валентин, – сказал Альберт, отвернувшись, и рассеянно разглядывая обыденно сновавших солдат во дворе крепости. – На вас лица нет. А если вы решили задействовать свой план, так хоть поставьте меня в известность.
Наконец вышел оруженосец и направился к Альберту, но Валентин неожиданно вперед выскочил и суетливо запричитал, что у него очень срочное дело к губернатору, что он идет издалека и просит принять его первым, раньше благородного сэра Роджера. Дело, мол, не терпит отлагательств. Оруженосец задумался, переводя взгляд с рыцаря на монаха и обратно, затем кивнул головой и увел брата Валентина за собой. Альберту все это очень не понравилось, а минут через двадцать подошел рыцарь с непроницаемым лицом в сопровождении четырех солдат и сухо выразил готовность отвести и его к Рейно дю Фэйлу.
Пришлось подниматься на третий этаж, где находилась приемная губернатора, и Альберт невольно залюбовался видом из верхней бойницы: вся местность была как на ладони. Однако же сильно настораживал звон доспехов пяти человек сопровождения. Двери были распахнуты. Рейно дю Фэйл, человек лет пятидесяти, в черном камзоле с серебром, стоял у стола в просторной и неуютной комнате, а к стене, спрятавшись среди полотнищ разноцветных флагов, боязливо жался брат Валентин.
Альберт растерянно вышел на середину, не зная, как правильно приветствовать губернатора, но это и не понадобилось. Дюжие латники схватили его под руки, да так, что он не мог и пошевелиться, а сзади подошел рыцарь и вынул из ножен на поясе Альберта кинжал.
– Так объясни мне сейчас, рыцарь, кто же убил английских солдат в деревне – француз или англичанин? – с издевкой спросил губернатор. – Монах мне только что все поведал.
– Вранье! – прохрипел Альберт. Такого поворота событий он точно не ожидал.
– Я, может быть, и не поверил бы ему, – Фэйл кивнул в сторону монаха, – да у меня есть еще свидетели. А посему мне даже разбираться неинтересно, почему ты так поступил. Рыцарь, который запятнал себя ложью, не достоин носить не только золотые шпоры, но и голову. Я не буду разбираться, англичанин ты или только выдаешь себя за него. Послезавтра на рассвете тебя казнят, – с этими словами губернатор отвернулся и подошел к окну. – Однако будет тебе небольшая уступка. Монах сказал, что ты пришел сюда, чтобы поговорить с Зеркальным Дьяволом. У тебя будет с ним встреча. Вы будете ждать казни вместе, в одной темнице. Так попросил брат Валентин, а коли он оказал мне услугу, то и я не буду глух к его просьбе. Монахи тоже бывают весьма изощренны в вопросах наказания, а у отцов-инквизиторов даже есть чему поучиться. Поблагодари же его.
– Мерзавец! – крикнул Альберт. – А еще вино мое пил и про алхимиков так складно рассказывал! Какой ты после этого алхимик, жалкий предатель!
– Алхимик? – заинтересовался губернатор. – Мне интересно будет пообщаться с настоящим алхимиком.
– Я лишь разбираюсь в житиях великих алхимиков и их книгах, не более, – тихо ответил отец Валентин, не поднимая глаз.
– Это уже не так интересно, но я уверен: и о превращении металлов ты что-нибудь да расскажешь, – произнес губернатор елейно и, повысив голос, приказал солдатам: – А этого в темницу к чернокнижнику!