— Я просто волновался, что у некоторых людей найдутся не только словесные возражения, но и желание решить вопрос неугодного короля более радикально.
— А ты нам на что? — притворно удивился Варкалис.
— Чту за честь служить вам, — с сардонической усмешкой ответил Тсан, нарочито расшаркиваясь. Такой поклон уже лет сто был не в ходу ни в одной из современных стран, и лишь на подмостках бродячие циркачи всё ещё кланялись подобным образом.
— Фигляр, — обозвал его Варкалис и отвернулся к Айни. — Светоч мой, пойдём обедать. А этот тут пусть остаётся.
Айни засмеялся и поманил Тсана за собой. Тот пошёл, улыбаясь.
***
Еда была выше всяческих похвал. Или же Тсан попросту соскучился по пище, приготовленной не на костре, а на плите и съеденной не всухомятку на бегу, а с тарелок с помощью вилки и ножа. Варкалис приказал ему сесть рядом с ними и поесть спокойно.
— Тут только мы, — говорил он, — никаких знатных фамилий и королевских регалий. Сядь и поешь спокойно, как ел с нами до этого. В этом замке нам с Айни никто не угрожает, телохранителем будешь потом.
«Я всегда телохранитель», — хотел было сказать Тсан, но промолчал и послушно сел подле Айни за стол.
Айни был… Кажется, он был счастлив и всем доволен. А ещё… Свечение кожи было видно даже сквозь его белую рубашку. Случайно повернув голову, Тсан разглядел узор, проступающий на его коже, но ничего не сказал.
После обеда Варкалис сказал, что хочет пообщаться со своим старым другом, а Тсан и Айни, если хотят, могут осмотреть замок.
— Я надолго не задержусь. А вы пока найдите Шассера, он должен быть на кухне. Пусть составит вам компанию. Здесь есть зимний сад и внутренний двор с редкими деревьями. Моя матушка увлекалась их выращиванием. Коллекция оружия, говорят, не такая обширная, как в столице, но экземпляры попадаются более редкие; сам я не берусь утверждать, потому что не особо ловок с оружием и не разбираюсь в нём. Айни, попозже найдём Тайсу и снимем с тебя мерки, эта женщина отличная портниха. Хочу, чтобы твои рубашки были с полупрозрачными плечами и спиной.
— Зачем? — спросил Айни.
— Не хочу, чтобы такая красота была спрятана под одеждой!
— Так, может, мне целиком раздеться? Я везде красив, — ехидно поддразнил его Айни. — Правда, не знаю, что делать, когда наступит зима. Говорят, у вас она очень сурова.
Варкалис засопел и ничего не ответил. Вид у него сделался сумрачный. Интересно, а если бы Айни действительно вздумалось ходить голышом, Варкалис бы наловил волков и соболей, чтобы пошить из их шкур тёплый плащ? Он бы позволил Айни делать то, что ему хочется?
— Конечно, я поговорю с мастерицей Тайсой, — улыбнулся Айни. И в этой доброй искренней улыбке Тсан опять увидел ту принцессу из своего детства. У него защемило сердце. — И, если она предложит что-то дельное, то мы выберем вместе. Хорошо? Иди же к своему другу, супруг мой. Он тебя уже заждался. Тсан, проводишь меня?..
Варкалис остался стоять и смотреть им вслед. «Он потакал бы любому капризу Айни, — подумалось Тсану. — Просто Айни настолько привык довольствоваться малым и вести жизнь скромной воспитанной и послушной девочки, что ему ничего не нужно. Он не просит. Не осознаёт, что можно попросить, и ему это дадут».
Как сложно, наверно, будет Варкалису выбирать для него подарки.
***
Тсан сразу спросил об оружейной, и Шассер подробно рассказал, как до неё добраться. А «госпожу Айни» он вызвался сам сопровождать в прогулке по замку. Сперва Тсан раздумывал проследить за ними и убедиться, что Айни не причинят вреда; разделяться с ним было ему так же немыслимо, как остаться без своей тени. Но Айни сам повернулся к нему и сказал:
— Оставь меня одного. Отдохни. Побудь там, где хочется тебе. Шассер присмотрит за мной.
Шассер тут же склонился в поклоне. Тсан оглядел его, невысокого, щуплого, заметил парные ножны с кинжалами у бёдер, за голенищем сапог — кинжалы для метания, отметил особый пошив пояса с небольшими карманами и вспомнил, с какой неотвратимостью находили свою цель той ночью на перевале иглы с ядом, украшенные яркими кистями. Шассер защитит. Он сможет.
— Хорошо, — Тсан склонил голову и направился к выходу из кухни первым.
Путь к оружейной комнате на втором этаже проходил мимо библиотеки, — Тсан сквозь приоткрытую дверь заметил деревянные полки от пола до потолка, лестницы на полозьях, установленных вдоль этих самых полок, и только потом сообразил отойти на шаг назад и осторожно заглянуть в щель. Напротив незажжённого камина, спиной к окну с видом на горную пропасть и боком к двери, сидел в глубоком кресле Варкалис. Мужчина рядом, должно быть, и был Эдриалом, человеком без титула. Огненно-рыжий, с небольшой бородкой, среднего роста и среднего телосложения, он был одет с изяществом и некоторой вычурностью в тёмно-синий с голубыми и лиловыми вставками костюм. Он ходил из стороны в сторону мимо камина, маяча перед глазами у Варкалиса. Он хромал. Тсану показалось, что одна нога у него повреждена и потому плохо сгибается.
— Нет, Эдриал, не могу, — сказал Варкалис, видимо, после длительного раздумья. Его голос был почти не слышен, эхо в библиотеке отсутствовало, и все звуки: прихрамывающие шаги, голоса, скрип мебели доносились до Тсана как сквозь бархатную пелену.
— Предложи ты мне это ещё года два назад, я бы всё бросил и отправился с тобой. Но сейчас — нет.
— А что тебе мешает? — голос у Эдриала оказался высокий и выразительный. Таким голосом хорошо читать баллады. — Да, умер твой брат, но у твоего отца есть дитя и от другого брака!
— Дочь королевы Лисс? Во-первых, она женщина, во-вторых, ты бы её видел. Партеногенез в действии, Эдриал. Не мне тебе рассказывать, как и почему такое произошло. Мы с тобой вместе учились в Духовной обители.
— То есть… Королева Лисс…
— Мой отец может приводить в дом кого захочет. Но я не отдам трон этой иномирной матке! Хотя, конечно, надо сказать ей спасибо за то, что она родила дочь, а не очередного бесполого трутня. Мне никогда было не понять Рой…
— Понятно. И поэтому брак.
Варкалис кивнул.
— И… Ты сможешь? Сам? Или брак фиктивный? Через окно галереи я видел того черноволосого… Телохранитель? Или нечто большее? Слишком уж сверкает глазами. Такие всегда были в твоём вкусе.
— Эдриал, — Варкалис протянул его имя и прикрыл рукой лицо. — Ты сам сказал, что нам нужно прекратить, а теперь — что? Разыгрываешь ревность? Зачем?
— Да, я сказал! Потому что ты не захотел отправиться со мной! И затем, что я так и не смог забыть…
— Нет, Эдриал. Теперь уже я говорю — нет. Ты друг мне, но не более…
Тсан услышал движение за спиной и порывисто обернулся.
Никто раньше не мог подкрасться к нему незамеченным! И, тем не менее, рядом с ним, на расстоянии двух шагов, сейчас стояла женщина.
Высокая, с короткой мужской стрижкой, чёрные волосы припорошены сединой, как пылью, глаза будто в прищуре, высокие вздёрнутые скулы, придающие лицу надменное выражение. Варварка из северных земель, — понял Тсан. Ещё он понял, что рука его почти выхватила кинжал из-за пояса. Он осторожно вернул оружие на место, а руку отвёл в сторону.
— Я Лу Джи, — проговорила женщина. — Я служу дому Варкалиса в качестве экономки здесь, в замке Орлиное Гнездо.
Тсан перевёл дыхание.
— Я видела вас, когда вы приехали с господином и его… спутником.
У жителей северных земель, ведущих кочевой образ жизни, нет обряда, аналогичного свадебному, — вспомнил Тсан. Они образуют временные союзы — на сезон или на несколько лет, — для определённой цели: рождения ребёнка, войны с соседними племенами, совместного выживания в неурожайный год. Есть военные союзы, есть союзы торговые, есть воспитательные. Совместное дело священно, союзы нерушимы, пока цель не достигнута. Быть спутником — значит идти вместе по жизни в данный период времени. Я бы мог быть таким же равноправным спутником и для Айни, и для Варкалиса, если бы мы жили на севере, — подумалось ему.